Элизабет Торнтон - Любовный поединок

— Ты действительно непредсказуема! — хрипло произнес Джулиан.

Он показался ей не страшным и не желанным, а смешным.

— А вы ожидали иного с вами обращения, сэр? — с усмешкой она увернулась от его протянутых к ней рук. Теперь их разделял массивный круглый стол. Вокруг него можно было гоняться друг за другом до бесконечности. Серена углядела свежие ссадины на его лице.

— Эти раны ты получил в сражении за мою честь?

— Ошибаешься. Разве Флинн тебе не успел рассказать? После нашего с ним приключения я отправился к одной замужней леди. Но неожиданно вернулся ее муж. Пришлось прыгать из окна спальни. Мне не повезло. Я напоролся в саду на розы с острыми шипами.

— О, как захватывающе интересно!

— Но я же не мог остаться ни с чем в эту ночь. На мое счастье, соседка моей возлюбленной не спала. Она все видела и поманила меня пальчиком…

— К чему все эти сказки Шахерезады?

— К тому, что я хочу тебя!

— Я пришла сюда не за этим.

Игра в салочки вокруг стола внезапно закончилась. Он опустился на стул, она тоже села по другую сторону стола. Джулиан достал из кармана халата смятый документ.

— Вот наш брачный сертификат. Можешь его разделить на половины и даже скушать, но, может быть, сначала вместе поужинаем?

— Я должна его сначала прочитать. За годы, прошедшие с тех пор, я обучилась грамоте.

— Я боюсь давать документ тебе в руки. Ты его мгновенно проглотишь и не подавишься.

Она вдруг задумчиво опустила голову, опершись локтями о стол, и долго-долго всматривалась в его глаза.

— Я знаю, ты считаешь меня причиной всех твоих бед. Это неправда! И ты это знаешь.

— Почему ты все время убегаешь от меня? — так же тихо и спокойно спросил Джулиан. — Я хочу любить Серену, а не взбалмошную девицу Викторию Нобль. По-твоему, содержатель игорного притона не достоин твоей любви? Признайся честно, что ты обо мне думаешь? Или я полицейский шпик, или я дешевка, залезающая рукой под любую юбку? Когда ты превращаешься в Серену Уорд, я становлюсь тебе ненавистен?

— А почему ты так жесток со мной? — едва слышно произнесла Серена. Она, не боясь, что он снова кинется на нее, встала, взяла с буфета графин с вином, наполнила бокалы.

— Давай выпьем за Викторию Нобль! И простимся с нею…

И так, сидя за столом друг от друга на почтительном расстоянии, они молча осушили несколько бокалов.

Потом Джулиан заговорил. Он сказал, что мечтает иметь много детей, которые бы резвились у него в поместье в Южной Каролине, а Серена вдруг всплакнула. Он обошел стол, обнял ее за плечи, прижался губами к ее щекам и почувствовал соленый вкус ее слез.

Может быть, из-за непривычного для нее количества выпитого ею вина, а еще более из-за умиротворения, внезапно наступившего в ее душе, Серене вдруг захотелось стать слабой, беззащитной, спрятаться под чьим-то добрым крылом. Она протянула руки, Джулиан коснулся кончиков ее пальцев. Потом его горячие ладони обхватили ее запястья.

— Прости, прости, прости! — шептала она.

— За что, любимая моя?

— За все…

Серена молила его о прощении за все то зло, которое ему пришлось испытать в жизни, но и ему надо было бы упасть перед ней на колени и раскаяться.

Джулиан, как на исповеди, рассказал ей все о своем прошлом, она поведала ему о своих девичьих грехах.

Свечи в подсвечниках догорали. Он оторвался от нее, чтобы сменить их. Серена сказала:

— Я считаю, что мы дружески поужинали. Пора перейти к деловому разговору.

— Подожди немного, — попросил Джулиан. — Я заменю свечи. А то в доме вспыхнет пожар.

— Разумеется, я подожду, — согласилась она.

— У меня к вам просьба, леди Серена. Закройте глаза и не смотрите.

Удивленная его чопорным обращением, она так и сделала. Темнота, шорох шагов, ожидание чего-то…

— Теперь откройте глаза! — приказал он. Вся комната была озарена пламенем свечей в бесчисленных канделябрах.

— Я устроил праздник. Повод к этому есть. Даже два. Или мы навеки вместе, и это наша повторная свадьба, или я сжигаю наш брачный контракт, опрокидываю свечи, и мы гибнем в пожаре.

— Ты шутишь?

— Игорный притон достоин участи быть сожженным дотла!

— Жалкий актеришка! — воскликнула Серена.

Джулиан сбросил на ковер канделябр с горящими свечами. Запахло сначала дымом, потом появилось пламя.

— Я тебя сожгу на костре, как ведьму, если ты не станешь моей женой, — произнес он ровным голосом.

Ни один мускул не дрогнул на его лице.

Глава 23

Сверена успела затоптать огонь. Только зловонный запах заполнил комнату.

— Почему ты не выбросила эту бумажку в реку? — спросил он Серену, помахивая перед ее носом сертификатом, как злой школьник, издевающийся над девчонкой.

— Потому что я уважаю Закон, в отличие от тебя, потому что у меня есть религиозные принципы. Такой воспитала меня моя матушка, и я не собираюсь нарушать ее заветы, у тебя нет ничего святого за душой. Ты и должен взять на себя труд сжечь его.

Джулиан бросил бумагу ей в лицо, но она отмахнулась от нее.

— Хватит играть со мной! — он вновь зло ощерился. — Я уверен, что ты явилась сюда соблазнять меня, и клянусь Богом, ты этого добилась… Я в твоем распоряжении, Серена, готов…

— Самовлюбленный болван, — сквозь стиснутые зубы процедила Серена. — И мысли такой у меня не было.

— Ой ли! Ты здорово прихорошилась к нашему свиданию… Зачем бы это?

Она посмотрела на него с презрением.

— Последний раз предлагаю тебе выбор, Серена! Или уничтожь эту бумагу своими руками, или веди себя со мной соответственно документу, как моя верная и покорная жена.

Серена гордо вскинула голову и скрестила руки на груди.

— Не угрожай мне, Рэйнор. Я тебя не боюсь.

Он отбросил бумагу, которая медленно спланировала в угол комнаты и легла там на одну из книжных полок.

— Что бы ни значил твой жест, он ничего не меняет!

Серена нахмурилась.

— Это многое меняет. Иди ко мне, моя женушка.

Джулиан наступал на нее, широко разведя руки, она отступила, споткнулась, упала на софу, сжалась в комок, оскалила зубы, как загнанный, но приготовившийся к последней схватке зверек.

— Я сразу же раскусила тебя, Рэйнор. Поняла твою истинную сущность, кем бы ты ни притворялся. С первого взгляда, как увидела тебя. Ты дикий, безжалостный. С тобой опасно иметь дело. И тебе нельзя верить. Джулиан усмехнулся.

— Если б ты сейчас посмотрела на себя, Виктория…

— Не смей называть меня этим именем!

— А почему? В моих глазах ты именно Виктория. Тебе постоянно хочется воевать и обязательно одерживать победы. Без этого ты жить не можешь.

— Разумеется, — Серена с издевкой поклонилась ему. — Спасибо за комплимент.