Саманта Джеймс - Идеальный жених

Но ничто из того, что он испытывал тогда, не подготовило его к этому. К этой ночи. К тому, что она окажется такой сладкой... невероятно сладкой. Мир сверкал и кружился у него перед глазами, и звезды ослепительным дождем хлынули на него с небес, осыпая его мириадами сверкающих брызг.

Ночь, взорвалась...

Глава 17

Из Бата они вернулись через неделю.

С той самой минуты, когда Джастин сделал ее своей, Арабеллу больше не мучили ни страхи, ни сомнения. Она ни о чем больше не жалела. Выйдя замуж за Джастина, она, возможно, приняла самое верное в своей жизни решение – впрочем, если вспомнить, то особого выбора у нее не было. Но сказать по правде, теперь это уже не имело большого значения – она знала, что в ее жизни есть место только для одного мужчины. И пока она жива, другого не будет. В конце концов, она ведь уже когда-то поклялась, что выйдет замуж исключительно по любви...

Так оно и вышло.

В глубине души Арабелла давно уже поняла, что Джастин Стерлинг навсегда останется единственным мужчиной, которого она сможет полюбить.

Но это была ее тайна. Тайна, которую она спрятала в сердце и пока что не собиралась никому открывать. То, что произошло между ними, начиналось как забавная буффонада и лишь потом стало весьма приятным сюрпризом – как подозревала Арабелла, для них обоих. И теперь она готова была из кожи лезть вон, лишь бы не нарушить это хрупкое, драгоценное равновесие. Да и нужна ли ее любовь Джастину? Этого она не знала, как не знала и того, сможет ли он тоже когда-нибудь полюбить ее.

Однако он ее хотел – за две недели, прошедшие с ее замужества, Арабелла поняла это достаточно хорошо. За все это время не было ни единой ночи, чтобы муж не занимался с ней любовью. Под его чутким и умелым руководством Арабелла очень скоро поняла, что для того, чтобы заниматься этим, существует множество самых разных способов. И заниматься любовью тоже можно по-разному – игриво, с трепетной нежностью или необузданно и пылко. В объятиях своего весьма искушенного супруга Арабелла успела уже испытать и оценить по достоинству все эти способы, а Джастин, похоже, не мог нарадоваться, с какой пылкостью отдается ему молодая жена. Бывали ночи, когда он буквально набрасывался на нее с голодной жадностью дикаря, и Арабелла с удивлением ловила себя на том, что неистовство Джастина не только не отпугивает, но невероятно возбуждает ее. Или наоборот – занимался с ней любовью томительно медленно, лаская ее с такой пронзительной, щемящей нежностью, что Арабелле хотелось плакать. И всегда... всегда при этом ему удавалось сделать так, что она чувствовала себя единственной. Она всякий раз отдавалась ему целиком – так словно это была последняя ночь в их жизни.

В ту самую ночь, когда Джастин сделал ее своей женой, в груди Арабеллы вспыхнула слабая надежда, что хрупкие ростки любви, возможно, не увянут, а со временем расцветут пышным цветом в его душе. А еще она лелеяла надежду, что когда-нибудь ее любовь сможет смягчить его дикий, неистовый нрав.

Собственно говоря, положа руку на сердце основания надеяться на это у нее были. Вернувшись из Бата, Арабелла почти сразу же обнаружила, что все ее вещи перенесли в спальню Джастина. Признаться, она была поражена. Дело в том, что к огромной хозяйской спальне примыкала другая, чуть поменьше, и Арабелла с самого начала убедила себя, что смежная спальня предназначена именно для нее. Тем более что ей хорошо было известно, что в обществе считается хорошим тоном, когда супруги спят отдельно. Правда, спохватилась Арабелла, ее собственные родители, сколько ей помнилось, всегда спали вместе, впрочем, как и тетя Грейс с дядей Джозефом. Может быть, конечно, ее ждало разочарование... может быть, она слишком рано стала надеяться...

Обернувшись, Арабелла обнаружила, что муж, скрестив руки на груди, задумчиво наблюдает за ней.

– Я надеюсь, ты не станешь возражать, – объявил он, с обычным своим надменным видом выгнув бровь. – Видишь ли, оказывается, мне не слишком по вкусу, когда муж и жена спят порознь. – Несмотря на то что все это было сказано самым небрежным тоном, Арабелла успела заметить блеск в его глазах.

Почувствовав, что ее щеки заполыхали предательским румянцем, Арабелла опустила голову, чтобы блеск в глазах не выдал ее.

– Считайте, что я в полном вашем распоряжении, сэр, – в тон Джастину проворковала она.

Супруги спустились вниз, где в столовой был наскоро сервирован холодный обед. Не успели они покончить с едой, как на пороге с серебряным подносом в руках возник Артур, дворецкий Джастина. С широкой улыбкой он поставил поднос перед своим хозяином.

– Ваше отсутствие не прошло незамеченным, милорд. Поднос был завален письмами.

Лукаво подмигнув Арабелле, Джастин принялся разбирать этот бумажный ворох.

– Похоже, слухи о нашей свадьбе разлетелись довольно быстро, – хмыкнул он. – И теперь все просто сгорают от желания нас увидеть. – Он поднес к глазам изящный конверт. – Фартингейлы сегодня устраивают прием. Готов поспорить, там будет настоящее столпотворение. Как насчет того, чтобы наш светский дебют в качестве мужа и жены состоялся именно там?

В доме у Фартингейлов они и встретились, подумала Арабелла. Интересно, помнит ли Джастин?.. Может быть... а впрочем, вряд ли, уж слишком небрежным тоном все это было сказано. Разочарование острой иглой пронзило сердце, но Арабелла постаралась не выдать себя.

– А это обязательно? – так же небрежно бросила она в ответ.

Джастин непонимающе глянул на жену.

– Ты ведь сам только что сказал, что там будет настоящее столпотворение. – Она сделала недовольную гримаску.

– Да, конечно. Когда дело доходит до званых вечеров и приемов в их доме, леди Фартингейл не жалеет усилий. Можешь быть уверена – там сегодня наверняка соберется весь Лондон.

– Чудесно! И все они станут перемывать нам косточки! Господи, до чего же я ненавижу все эти разговоры! – Арабеллу передернуло.

– Уверяю тебя, это единственный способ положить им конец. И потом – что толку оттягивать неизбежное? Чем раньше общество увидит нас вместе и убедится, что мы женаты и счастливы, тем быстрее успокоятся злые языки.

Он что – шутит над ней? Арабелла подозрительным взглядом уставилась на мужа, но выражение его лица было безмятежно спокойным.

– А если посыплются вопросы?

– Еще как посыплются, можешь не сомневаться, учитывая поспешность нашей свадьбы, – хмыкнул он. – Но кто сказал, что мы обязаны на них отвечать?

– Да, наверное, ты прав, – с облегчением выдохнула Арабелла. – И потом, есть одна вещь, которая доставит мне огромное удовольствий. – Она лучезарно улыбнулась мужу.