Хизер Гротхаус - Влюбленный воин

— Рад вас видеть, миледи. Лорд Найджел послал меня за вами. Похоже, у нас гости.

Глава 28

Тристан со своими людьми, а также воины Женевьевы, дожидались темноты на лесистом холме неподалеку от Сикреста. Напряжение с каждым часом нарастало, и даже воины Тристана немного нервничали, хотя и привыкли сохранять спокойствие и проявлять выдержку накануне битвы. Сам же Тристан то и дело поглядывал на замок, и губы его кривились в усмешке. Высокие замковые ворота были надежно заперты, а на стенах через равные промежутки размещались часовые. Следовательно, Найджел ожидал нападения, а это, в свою очередь, могло означать только одно: Хейд и в самом деле находилась в замке.

Тристан вспомнил о матери, но тотчас же попытался выбросить ее из головы. «Сейчас не время о ней думать, — говорил он себе. — К тому же не следует забывать о том, что она когда-то отвергла меня, — пусть даже сейчас она и не солгала…»

Тут к нему подъехал Баррет. Взглянув на замок, шериф спросил:

— Может, уже настало время, милорд?

— Да, Баррет, почти настало. Как только мы проникнем за ворота, я поведу половину нашего отряда в зал, а ты со всеми остальными будешь отбивать атаки людей Найджела. А потом вы должны окружить центральную башню замка, чтобы никто из сторонников этого мерзавца не выскользнул и не увез с собой Хейд.

— Да, милорд, но если…

Тут откуда-то с запада донесся топот копыт. Шериф какое-то время с беспокойством прислушивался, потом спросил:

— Милорд, а не могли Найджел призвать наемников для обороны замка?

— Не знаю, Баррет. — Тристан пожал плечами. — Но если моя мать сказала правду, то он не ожидает нас так скоро.

Вскоре на пологом склоне холма появился отряд воинов, и их, судя по всему, было не менее двух сотен. Внезапно от отряда отделился всадник, направивший своего коня прямо к Тристану.

— Будьте готовы, — предупредил Тристан своих людей. — Он едет один, но все равно будьте внимательны.

Когда всадник приблизился, для всех стало очевидно, что незнакомец — человек благородного происхождения; под ним был прекрасный боевой конь, а его оружие и доспехи стоили немалых денег. Рыцарь был рослым и широкоплечим, но явно моложе Тристана. Подъехав еще ближе, он снял шлем, и по плечам его разметались черные кудрявые волосы. Глаза же были ярко-синие.

Незнакомец остановил своего коня в нескольких шагах от Тристана, и какое-то время эти двое молча смотрели друг другу в лицо. Потом одновременно спешились, и темноволосый рыцарь, протянув руку, проговорил:

— Я приехал, как только смог собрать своих людей. Когда нанесем удар?

Крепко пожав руку рыцаря, Тристан ответил:

— Уже скоро. Как только совсем стемнеет.

— Я Николас Фицтодд, — сказал незнакомец. — Тебе ведь знакомо мое лицо?

Тристан молча кивнул — и тут же словно окаменел; лишь подергивание щеки свидетельствовало о том, что он живой человек, а не изваяние.

Тут Николас заговорил снова:

— Я сразу узнал тебя, Тристан Д'Аржан. Ведь ты — мой брат.

Эти слова младшего брата вывели Тристана из оцепенения. Он привлек Николаса к себе и заключил в объятия.

— Да, конечно… Мы с тобой братья, — прохрипел Тристан, похлопывая Николаса по спине.

У Баррета от волнения перехватило горло, и он отвел глаза. Точно так же поступили почти все воины Тристана.

Наконец братья разомкнули объятия и одновременно откашлялись, скрывая свое волнение.

— Я сейчас прикажу своим людям присоединиться к тебе, — сказал Николас. Шагнув к своему коню, он забрался в седло.

Час спустя отряды соединились, а затем братья обсудили план штурма, чтобы действовать согласованно. А стражи на стенах, конечно же, давно уже поняли, что всадники, собравшиеся у замка, вскоре начнут штурм.

Поглядывая на брата Николаса и Баррета, Тристан остро ощущал отсутствие Фаро, с которым участвовал в сотнях сражений. Но даже сейчас, когда лучшего друга не было с ним рядом, он сердцем своим чувствовал: Фаро по-прежнему с ним.

Наконец солнце стало опускаться за холмы, и Сикрест начал погружаться в закатную розовую дымку. Прошло еще какое-то время, и Тристан негромко произнес:

— Едем.

В следующее мгновение его воины издали громкий боевой клич, который тотчас же подхватили люди Николаса. И вслед за этим четыре сотни воинов начали стремительно спускаться по холму. Когда они приблизились к стенам Сикреста, на них посыпался град стрел, выпущенных защитниками замка. Но нападавшие почти не пострадали, потому что закатные лучи солнца слепили лучников.

Прошло совсем немного времени, и старые деревянные ворота, не выдержавшие мощного натиска штурмующих, раскололись в щепы. Раздался оглушительный треск, и воины ворвались во двор замка; впереди же скакали Тристан и Николас. Их встретили защитники замка, и тотчас же зазвенели мечи и послышались отчаянные крики поверженных. Воины Найджела встречали нападавших пешими, они были плохо подготовлены к такой битве — ведь лорд Найджел после захвата Сикреста ни разу не подвергался нападению. Люди Тристана и Николаса шаг за шагом теснили их, и вскоре трупы защитников замка усеяли весь двор.

Тристан, крушивший врагов направо и налево, изредка поглядывал на Николаса и невольно усмехался. Похоже, что его младший брат — умелый и грозный воин. У самого входа в башню Николас присоединился к Тристану, и тут же появились люди молодого барона с тяжелым дубовым тараном для взлома дверей.

— Посторонитесь, милорды! — выкрикнул один из воинов во главе нападавших.

Тристан с Николасом переглянулись и убрали мечи в ножны. Затем спешились, чтобы очистить место для тарана.

— Ну-ка! Вперед! — крикнул воин, и таран врезался в дверь.

Однако дверь не поддалась, и воин закричал:

— Еще раз! Вперед!

Дверь и на сей раз, выдержала удар, хотя и затрещала.

— Надо еще сильнее! — закричал Николас. Тристан кивнул и присоединился к воинам, крепко вцепившись в ручку тарана.

— Ну-ка! Вперед!

Таран обрушился на дверь, массивные створки тут же затрещали, а затем с оглушительным грохотом рухнули на пол.

Сила удара была такова, что воины по инерции влетели в зал, и только Тристан успел выпустить ручку тарана и отступить в сторону. Обнажив меч, он переступил порог и осмотрелся. В глубине зала, прямо напротив него, сидел за столом его враг с чашей вина в руке. Причем Найджел смотрел на Тристана со снисходительной и насмешливой улыбкой. А между ним и Дональдом сидела Хейд, и у горла ее кузнец держал кинжал.

Сердце Хейд радостно подпрыгнуло в груди, когда двери рухнули и в зал ворвались воины, а вместе с ними Тристан с мечом в руке. Но уже в следующее мгновение она почувствовала, как Дональд приставил к ее горлу холодное и острое лезвие.