Джейн Гуджер - Идеальная жена

— Ты все еще любишь его?

Энн лишь кивнула головой. Она: вспомнила, как он обнимал ее, как звучал его голос, когда он почти с отчаянием сказал: «Если бы ты знала, как сильно я люблю тебя, Энн… Если бы ты только знала».

А она в этот момент гордилась собой из-за того, что не подчинилась его воле. А теперь Энн чувствовала, что ей стыдно. За них обоих.

— Ты помнишь, что когда мы придумывали наш план, Беа, он воспринимался как развлечение. Это ужасно. Я не чувствую себя отомщенной или счастливой. Я не чувствую никакого удовлетворения от содеянного. Я чувствую себя просто одинокой и… — У нее перехватило горло от слез. — Он любил меня, Беа. Я оттолкнула единственного мужчину, который полюбил меня.

— Нет, Энн, — горячо запротестовала Беатрис, — это Генри оттолкнул тебя. Не забывай, что именно с его жестокого равнодушия все это и началось.

— Я хочу, чтобы ты кое-что поняла, Беа. Меня больше не волнует, кто и что начал. Я просто рада, что все это, наконец, закончилось.

Генри долго в недоумении разглядывал лежащую передним бухгалтерскую книгу, пока не понял, что она перевернута вверх ногами. Тьма, с которой он боролся почти всю свою жизнь, приблизилась к нему вплотную. И он боялся, что на этот раз у него может не хватить сил, чтобы сражаться с ней. Он научил себя думать так: жизнь станет лучше, когда… И ему всегда было чем закончить эту фразу. Но сейчас он ничего не мог придумать такого, что могло бы сделать его жизнь лучше, и это почти парализовало его волю. Он встряхнул головой, чтобы отогнать эти разрушительные мысли. Но в горле стоял комок, и холод сжимал его сердце. Услышав шага, он понял, что вернулся Алекс.

— Она знает, — угрюмым тоном сказал Алекс.

Генри показалось, что кровь отхлынула у него от сердца. Он молчал, ожидая, когда Алекс объяснит, что он имеет в виду.

— Энн знает, что ты выбрал ее, потому что она была некрасивой, Генри.

Воздух с шумом вырвался у Генри из легких, он почувствовал невероятную слабость.

— Дьявол. — Он покачал головой и прикрыл глаза ладонью, не желая показывать другу всю полноту своего горя. — Каким образом она узнала?

— Оказывается, твой дед написал ей письмо, пытаясь помешать вашей свадьбе. Тогда Энн не прочла его, а письмо, судя по всему, было очень жестким. Она нашла его три дня назад.

Генри сжал виски.

— До того, как она нашла письмо, она собиралась сказать тебе «да», Генри.

Генри резко отвернулся к окну, чтобы Алекс не увидел, как влажно заблестели его глаза.

— Передай ей от меня, Алекс, что ее план удался, — сказал он, не оборачиваясь.

Алекс двинулся было к своему другу, но неуверенно остановился. Он не умел утешать.

— Ты… Будешь в порядке? Один, здесь?

— Конечно.

Алекс посмотрел на Генри внимательным взглядом и обеспокоенно спросил:

— Ты уверен?

— Алекс, — сказал Генри, поворачиваясь к нему с выражением безмятежного спокойствия. — Прошу тебя, убирайся отсюда ко всем чертям, дружище.

Когда Генри убедился, что Алекс ушел, он вновь повернулся к окну и стал смотреть на море, которое всегда вселяло в него надежду и утешение. Движения Генри напоминали движения старика, словно что-то сковало его суставы и сгустило кровь. Он твердил себе, что не заплачет, но слезы уже текли по его щекам, и грудь конвульсивно вздымалась от сдерживаемых рыданий.

Энн была отомщена.

Глава XXI

Алекс, внося с собой запах разыгравшейся снаружи бури, ворвался в дом Лейденов. Оттолкнув кинувшегося к нему дворецкого, он начал громко кричать, зовя Беатрис. Его ботинки оставляли темные следы на ковре, и дворецкий смотрел на них с нескрываемым ужасом.

— Погодите, вы не можете вот так врываться, — попытался он остановить Алекса.

Обычно Алекс тщательно следовал правилам хорошего тона. Но сегодня выдержка изменила ему, потому что никогда еще в своей жизни он не был так напуган.

Генри исчез.

— Беатрис, — кричал он, влетая в библиотеку, затем в столовую, затем в гостиную. — Проклятье, где эта женщина?

— Сэр, — не поспевал за ним дворецкий. — Сэр, я настаиваю, чтобы вы пошли со мной и…

Алекс просто отмахнулся от него. Он помчался дальше по этажу в поисках Беатрис, стараясь не обращать внимание на вой ветра, который был слышен даже через толстые каменные стены особняка Лейденов. Дождь барабанил в оконные стекла и стекал по ним сплошным потоком. Он мог только молиться — а Всевышний знал, что Алекс Хенли не обращался к нему уже довольно долго, — молиться о том, чтобы Генри не оказался в числе несчастных, застигнутых бурей под открытым небом.

— Что здесь за шум? — спросила Хелен, появившись на лестнице. Беатрис выглянула из-за плеча матери, и при виде Алекса глаза ее округлились. С его волос стекала вода, а одежда была мокрой и измятой. Судя по его виду, произошло нечто ужасное.

— Мистер Хенли, я требую объяснений. Кто дал вам право так врываться в мой дом?

Беатрис вздрогнула от ледяных ноток в голосе матери, хотя она знала, что миссис Лейден понятия не имеет о том, что ее дочь безумно влюблена в этого знаменитого ньюпортского щеголя, равно как и о том, что это чувство взаимно.

Алекс моментально взял себя в руки, поклонился миссис Лейден, а потом кинулся, минуя ее, к Беатрис.

— Беа, вы или Энн имеете какие-нибудь известия от Генри? — Тут он заметил, что Энн судорожно сжимает перила, словно боясь упасть.

— Что случилось, мистер Хенли? — спросила Энн голосом, прерывавшимся от волнения.

— Слышали ли вы что-нибудь о Генри? Не присылал ли он письма или….

— Вероятно, нам следует пройти в гостиную, — спокойно сказала Хелен.

— Но я только хочу узнать…

— В гостиную, мистер Хенли. Сейчас же.

Молодые люди, как послушные дети, прошли вслед за Хелен в гостиную. Хелен царственным кивком приказала всем троим сесть на диван. Беатрис устроилась между Алексом и Энн. Хелен села, держа спину совершенно прямо, напротив них.

— А теперь, мистер Хенли, вероятно, вы сможете объяснить, почему ворвались в мой дом.

Подвинувшись на край дивана, Алекс наклонился вперед, чтобы видеть лицо Энн.

— Вы видели Генри, мисс Фостер?

— Я видела его два дня назад, — сказала она тихо. Алекс чертыхнулся сквозь зубы и даже не извинился.

— Он пропал. Его маленькой яхты нет на причале.

— Наверное, он в «Морском Утесе», — предположила Беатрис, все еще не понимая, почему Алекс так взволнован.

— Я планирую поехать туда, как только немного утихнет шторм. Я надеялся, что он прислал весточку мисс Фостер. Черт, я не знаю, что и подумать.