Мэриан Эдвардс - Поединок сердец

– Как ты смеешь врываться сюда и говорить со мной таким тоном? – с вызовом воскликнула Бетани, не обращая внимания на то, что голос ее был слабым, а заплаканные глаза покраснели и распухли.

Сердито вскочив на ноги, Майда, подбоченясь, сверкнула глазами на Ройса.

– Отродье Сатаны! Мало горя ты навлек на мою невинную малышку! Уходи, или клянусь всем, что мне дорого, я заставлю тебя уйти!

Ройс был ошеломлен этой гневной отповедью служанки.

– Бетани, я рад, что твои люди так стоят за тебя, и все же, полагаю, тебе следует напомнить Майде, кто здесь господин.

– Майда, спасибо.

Бетани попробовала было встать, но сразу же зашаталась.

Ройс, бросившись вперед, успел подхватить ее, прежде чем она, потеряв сознание, упала на пол.

– О господи, что с ней?

Уложив девушку на кровать, Ройс смахнул с ее лба прядь рыжих волос. Неужели он ошибся? Неужели Бетани действительно больна?

– Анни, – прошептал Ройс.

Бетани никак не приходила в себя, и он повернулся к Майде:

– Займись своей госпожой.

Услышав этот ненужный приказ, служанка, фыркнув, отстранила Ройса в сторону:

– Отойдите и дайте мне заняться своим делом.

Ройс поднял бровь, удивляясь подобному неуважению, но ничего не сказал. С Майдой он разберется потом. А сейчас он нуждается в ее услугах. Отойдя от кровати, Ройс беспокойно заходил по комнате, дожидаясь, когда же Бетани придет в себя. Еще никогда в жизни он не чувствовал себя таким беспомощным. Это ощущение действовало ему на нервы.

– Во имя ран Господа нашего, скажите же, какую болезнь она подхватила? – взревел Ройс, но никто не соизволил ему ответить.

Ги перевел взгляд с Бетани на Ройса:

– От тебя здесь нет никакого толку. Предоставь Майде заниматься своей госпожой.

– Non, я останусь до тех пор, пока не смогу убедиться, что Бетани стало лучше.

– Мне нужна моя шкатулка со снадобьями, – сказала Майда.

Ги поспешно покинул комнату.

Время, казалось, остановилось. Его ход возобновился лишь тогда, когда у Бетани задрожали ресницы, и, только когда девушка открыла глаза, мгновения понеслись с прежней скоростью.

– Анни, что с тобой случилось? – спросил Ройс. Взглянув на него так, словно перед ней совершенно незнакомый человек, Бетани отвернулась.

– Она поправится, милорд, – заверила его Майда. Ройс понял, что Бетани не хочет отвечать ему. До чего упрямая женщина! Ройс поспешил отвернуться от Бетани и тотчас же наткнулся на Ги, вернувшегося с лекарственными снадобьями. Не сказав брату ни слова, он вышел из комнаты. Это было невыносимо трудно: уйти, оставив Бетани без поддержки и утешения.

Ройс вышел на лестницу, не имея четкого представления, куда он направляется, и коридор откликнулся гулким эхом на его поступь. Ему необходимо собраться с мыслями. Для этого требуются уединение и помещение, которое можно беспокойно мерить шагами.

Для того чтобы предохранить от оскорбительных нападок своих потомков, ему нужно жениться на нормандской даме знатных кровей. Бетани не может и не хочет это понять. И в то же время она готова пойти на все ради своих людей. Странно, как она не замечает, насколько они с ним похожи. Ради блага других оба заключили сделку со своей совестью.

Бетани может его ненавидеть, но это ничего не изменит. Его план приведен в действие, и он не допустит никаких срывов. Раз он способен терпеть эту стерву Дамиану ради будущего его детей, значит, и Бетани следует довольствоваться тем, что она выторговала для своих людей.

Таков этот мир, мир сделок – для того, чтобы что-то приобрести, надо с чем-то расстаться. Уж Бетани-то должна это понимать!

– Ройс, подожди! – окликнул брата Ги, врываясь в главную залу.

Остановившись, Ройс медленно обернулся.

– В чем дело? – спросил он, жалея – и уже не впервой, – что не может отмахнуться от брата так же легко, как от простого воина, состоящего у него на службе.

Ги скрестил руки на груди.

Это движение было знакомо Ройсу еще с детства. Брат твердо решил стоять на своем и не двинется с места.

– Ройс, я глубоко уважаю тебя и именно поэтому выскажу тебе все, независимо от того, понравится тебе это или нет. Ты ошибаешься, поступая так с Бетани, ошибаешься ужасно сильно. Если ты не способен осознать несправедливость своих действий, умоляю, поручи ее моим заботам.

– Твоим заботам? – резко переспросил Ройс.

– Oui.

Ройс внимательно посмотрел на младшего брата. Красивая внешность Ги и легкость, с какой он обходился с женщинами, никогда не ставились под сомнение. Когда Ги решил посвятить себя служению церкви, одна половина Нормандии впала в траур, в то время как другая вздохнула с облегчением. Однако Ройсу даже и в голову не приходило, что у его брата возникло серьезное чувство к этой девчонке.

– Я уже говорил, что ты лучше и не мечтай о ней.

– Она мне небезразлична, но вовсе не в том смысле, в каком ты думаешь.

– Не понимаю.

Потерев рукой лицо, Ги вздохнул и взглянул в горящие глаза Ройса.

– Если бы мне показалось, что Бетани может взглянуть на меня глазами любви, я бросил бы тебе вызов… Увы. Я восхищаюсь ею, поклоняюсь ей. Я лишь хочу оберегать ее.

– Возможно, я отошлю ее в Шотландию, – сказал Ройс, отходя от брата.

– Отсылай! Отсылай скорее… если уверен, что сможешь разлучиться с ней, – ответил Ги.

Застыв на месте, Ройс медленно обернулся, удивленный язвительным замечанием брата.

– Если ты думаешь, что не смогу, то ты глубоко ошибаешься.

– Так докажи это. Отправь ее прямо сейчас, – самодовольно ухмыльнулся Ги.

– Я ничего никому не должен доказывать – ни тебе, ни кому бы то ни было еще, – произнес Ройс спокойным властным голосом – голосом, каким отдают приказания на поле боя в мгновения, когда решается вопрос жизни и смерти.

– Ты мастер выбираться из ловушек, брат мой. Неужели ты полагаешь, мне неизвестно о той любви, что вы пробудили друг в друге?

– Глупец! Любви не место в моей жизни.

– Да, в этом помещении находится один глупец, но это не я. Если в твоей жизни нет места любви, брат, только ненависть и отчаяние будут цвести в твоем сердце.

– Прибереги свои проповеди для других. Я воин. У мужчин, посвятивших жизнь ратному делу, нет времени на нежности.

– Ройс, этим мужчинам тепло и нежность нужны больше, чем всем остальным, – возразил Ги. – Их тела и души познали ужасы войны и для исцеления нуждаются в ласке и заботе.

– Мне никто не нужен, – проворчал Ройс, уходя.

– В таком случае хорошо, что тебе достанется Дамиана! – крикнул ему в спину Ги. – Она ни одной секунды не потратит на то, чтобы разгладить у тебя на лбу морщины, помогая забыть прошлое.