Джуд Деверо - Преображение (Медовый месяц)

Эта сцена так поразила Лию, что она даже не могла смеяться. Заметив, как Бад и Кэл улыбаются от уха до уха, она подошла к Линкольну.

— Давайте войдем в дом, я попробую остановить кровь. Спустя некоторое время в дом, по-прежнему улыбаясь, вошел Уэсли.

— Приехали люди, с которыми я хочу тебя познакомить. Это родители близнецов. Липнет и Девон Макалистер.

«Танцор», — подумала Лиа, смывая кровь с куска ткани, которую прижимала к носу Линкольна. Вот сейчас и откроется, что она занималась грабежами.

Глава 26

Выходя из домика, Лиа взмолилась, чтобы Уэсли не показал свой характер, чтобы он был осторожен и случайно не сболтнул, что думает о человеке, который многие годы замышлял грабежи. Но Лиа никак не ожидала увидеть то, что предстало перед ней.

Уэсли беседовал с приехавшим так, будто они были лучшими друзьями, весело улыбался ему, и глаза его сверкали. Макалистер был высок, худощав, смугл и очень красив. В его черных волосах проглядывала седина, глаза щурились от солнца, и от этого он казался еще привлекательнее. Рядом с ним стояла маленькая красивая женщина с тонкими чертами лица, с большими глазами, пепельными волосами и хорошей фигурой. Она выглядела не старше двадцати пяти лет, но в действительности ей, видимо, было намного больше — ведь она была матерью Слейда и Корда.

— А вы, конечно, миссис Стэнфорд, — сказала она красивым уверенным голосом. — Меня зовут Липнет Макалистер. А это… — Она извлекла из-за своей спины девочку. — Это моя младшая дочь Джорджина. А с моими сыновьями вы, кажется, уже знакомы.

Лие эта красавица сразу понравилась, и она подумала, знает ли Линнет про тайные занятия своего мужа.

Девочка робко улыбнулась Лие, потом подбежала к отцу и стала дергать его за брюки до тех пор, пока он не взял ее на руки.

— Лил, дорогая, — обратился к ней Уэсли, — иди сюда. Я хочу познакомить тебя с Маком.

Лиа поняла, что трудно не полюбить Девона Макалистера.

— Здравствуйте, мистер Макалистер. Тот посмотрел на свою жену, как бы делясь с ней некоей известной им обоим шуткой.

— Называйте меня Мак, — ответил он низким, приятным голосом. — Уэс говорил мне, что вы любите ткать. У Линны есть образцы рисунков, а Миранда прядет шерсть.

— Миранда — наша старшая дочь, — объяснила Линнет. — Утром она уехала в гости к старшей дочери Коринн Такер и скоро должна вернуться. Может быть, мы оставим мужчин беседовать, а я покажу вам Суитбрайар.

— Вы очень добры, но мне не хочется отнимать у вас столько времени.

По правде говоря, Лиа хотела спрятаться в глубине фургона и накрыться с головой одеялом. Только в этом случае ее никто бы не узнал.

— Поезжай, — предложил Уэсли. — Линнет знает здесь всех жителей гораздо лучше, чем я.

И незаметно для всех он выразительно взглянул на нее.

— А как же Бад и Кэл? — тихо спросила она. Лиа ощущала себя гораздо увереннее, когда юноши находились рядом, будто они могли защитить ее, а она их.

Уэс посмотрел на нее и вздохнул.

— Ребята поедут с нами, а Мак и я будем защищать их ценой собственной жизни. Если твоих ребят обидят какие-нибудь дети, мы их тут же повесим без суда и следствия. И если кто-то…

— Довольно, — прошептала она, но при этом улыбнулась. — Просто они… ты же знаешь…

— Они чувствительны, — серьезным тоном ответил Уэсли. Он повернулся к Маку. — Она говорит про тех двух бугаев. Лиа боится, что кто-нибудь станет над ними смеяться и тем самым обидит.

Мак недоверчиво фыркнул.

— Ты поедешь с Линнет, — объяснил Уэсли. — В поддень я встречу вас около лавки Мака. — Наклонившись, он поцеловал ее в щеку. — А мы присмотрим за твоими ребятами.

Лиа почувствовала себя не в своей тарелке, когда Уэсли и Мак в сопровождении Бада и Кэла ушли. Однако Линнет быстро ее успокоила.

— Все в городе сгорают от желания познакомиться с молодой женой Уэсли. Мы знаем его много лет и видели, как он упорно работал на ферме, поэтому всем, конечно, хочется узнать, для кого он это делал, — объяснила Линнет. — Не удивлюсь, если почти все жители Суитбрайара собрались, чтобы повидать вас. — Видя гримасу на лице Лии, Линнет рассмеялась и продолжала:

— Вам придется привыкать к нашему городку. Здесь не существует такого понятия, как тайна. Дело не в том, что люди здесь любопытные, просто они… внимательны, как мне кажется. Когда я только приехала сюда двадцать лет назад…

— Двадцать лет? — недоверчиво воскликнула Лиа. — Вам сейчас не дашь больше двадцати.

— Вы слишком добры. Моей старшей дочери девятнадцать лет. А вот, кстати, и Агнес Эмерсон. Ее муж умер несколько лет назад, и сейчас их фермой управляет ее сын Доил.

За этим последовала приведшая Лию в смятение череда имен и лиц. Подходили люди, прожившие в Суитбрайаре всего один или два года, но особый блеск в глазах Линнет вызывали родители и дети тех, кто, по се словам, жил в городке долгие годы. Лиа не смогла запомнить всех, с кем познакомилась. Среди них были Ногти и Максуэлл Роу, которые сообщили, что их младшая дочь Вайда — местная учительница, а старшая дочь Ребекка замужем за Джесси Такером, который сейчас избран в сенат штата.

— Похоже, все здесь гордятся Джесси Такером, — заметила Лиа.

Линнет улыбнулась:

— Что бы Джесси ни делал, он вселяет в окружающих чувство гордости. Вы познакомились со многими членами семьи Старк?

— Со многими, — смеясь, ответила Лиа. — И много их всего?

— Каждый год появлялись новые. Гейлон-младший в прошлом году уехал учиться в Бостон. Это очень умный юноша, и мы все надеемся, что он станет губернатором, а то и президентом.

Пока они шли по городу, заходя в лавки и знакомясь с горожанами, Лиа все больше испытывала чувство общности с ними. Сколько бы раз еще в Виргинии она ни внушала себе, что стала членом семейства Стэнфорд, она продолжала считать себя Симмонс. Казалось, болото тянуло ее назад, а Риган и Николь, при всей своей доброте, оставались такими, будто появились на свет в другом мире, далеком от окружения Лии.

Но в этом маленьком городке, где все жители носили одежду из домашней выделки бумазеи или шерсти, нередко чиненную, она стала ощущать свою причастность к ним. Хотя Уэсли как-то обвинил ее в том, что она стремится владеть плантацией Стэнфордов, Лиа никогда не хотела быть богатой. Она мечтала о надежности, о таком убежище, где хотя бы никто не будет бить ее. Плантация Стэнфордов была надежным пристанищем, но изысканные блюда и шелковые платья постоянно напоминали ей о том, что она должна беречь одежду и учиться соответствующим манерам. И все, что было естественным для Риган и Николь, стесняло Лию.

Этот городок был безопасным пристанищем и не требовал соблюдения хороших манер. Большинство из тех, с кем она познакомилась, не отличались безупречным произношением, не пытались говорить изысканно, чему Николь учила Лию, хотя временами той бывало трудно усвоить эту манеру. Но даже в своем скромном платье из бумазеи Линнет производила впечатление леди и напоминала Лие Николь.