Джейн Фэйзер - Охота за невестой

Он смотрел на свою гостью с улыбкой, становившейся все шире по мере того, как ее раздражение улетучивалось, а это заняло немало времени.

– Примите мои комплименты, – пробормотал он. – Это платье, несомненно, из Парижа. На нем печать Парижа.

Пруденс, по настоянию сестер, надела три нитки разнокалиберного жемчуга. Когда-то они принадлежали ее прабабке, и сестры надевали их по очереди в соответствующих случаях. Констанс, например, на свадьбу.

Нынче вечером Пруденс не хотелось их надевать – ведь им с адвокатом предстоит деловой разговор, но она не удержалась, увидев, как жемчуг гармонирует с платьем.

Пруденс сняла очки, подчиняясь импульсу, как это всегда с ней бывало в минуты смущения и нерешительности. Как ни странно, присутствие Сары усиливало интимность момента, хотя разговаривать при ней свободно они не могли.

Гидеон улыбнулся и с трудом преодолел желание поцеловать ее в кончик носа. Мягкое свечение газовых рожков отбрасывало блики на ее медно-красные волосы, и ему захотелось распустить их. Лицо его, однако, оставалось бесстрастным, и он произнес своим приятным, мягким голосом:

– Я вижу, Сара предложила вам херес. – Он подошел к буфету и налил себе стакан. – Ты справилась с задачей, Сара?

– Мисс Дункан объяснила мне, как ее решить, и я смогла сделать это сама, – призналась девочка.

Гидеон кивнул.

– Могу я взглянуть?

Он взял тетрадь, пробежал глазами решение задачи.

– Очень хорошо, – похвалил он, возвращая дочери тетрадь. – Мэри вернулась пять минут назад. Она ждет тебя к ужину.

– Мэри была на собрании суфражисток, – сказала Сара. – Вы верите, что женщинам надо дать право голоса, мисс Дункан?

– Разумеется, верю всей душой, – сказала Пруденс.

– Вы состоите в Женском общественно-политическом союзе? Мэри состоит.

Интерес Сары показался Пруденс неподдельным.

– Нет, не состою, состоит моя старшая сестра. Она часто выступает на собраниях.

Глаза Сары округлились.

– Ее тоже зовут мисс Дункан? Интересно, слышала ли о ней Мэри?

– Моя сестра замужем и носит фамилию мужа. Ее зовут миссис Энсор.

– О, я спрошу Мэри, знает ли она ее.

Сара встала, прижимая к себе тетрадь.

– Не думаю, что ты приготовил и для нас перепелку, а, папа?

– Боюсь, что нет. Извлечь кости из четырех перепелок – это самое большее, на что я способен, – сказал Гидеон. – Но миссис Кейт приготовила для вас жареную свинину под яблочным соусом.

Сара притворно вздохнула:

– Ладно! И это сойдет.

– Свинина с поджаристой корочкой! Я это точно знаю, – сказал сэр Гидеон.

Веселый, беззаботный, полный теплоты и нежности смех девочки был ему ответом.

– Мы ее попробуем, – сказала Сара и протянула Пруденс руку: – Доброй ночи, мисс Дункан. Благодарю вас за помощь.

– Я с радостью помогла вам, Сара. Доброй ночи.

Пруденс потягивала херес маленькими глоточками, глядя, как Гидеон прощается на ночь с дочерью. Сара ответила на поцелуй страстным объятием.

Было очевидно, что отца и дочь связывают самые нежные и сильные чувства, и это напомнило Пруденс о связи между ее сестрами и ею и их покойной матерью. Она наблюдала за Гидеоном и видела нежность в его лице, глазах и улыбке. Именно эта сторона его натуры оставила следы на его лице – легкие морщинки в уголках глаз. Он был нежным возлюбленным, и с его уст с легкостью слетали ласковые слова.

Сара выбежала вприпрыжку, а Пруденс села на уголок дивана.

– Прелестная девочка.

– Ее папа думает то же самое и гордится ею, – сказал Гидеон со смехом, подходя к Пруденс с графином хереса. Он наклонился к ней наполнить ее бокал, и она вдохнула особый экзотический, чуть отдающей свежей землей аромат трюфелей, смешанный со слабым запахом одеколона и, кажется, лука, который сэр Гидеон, видимо, недавно шинковал.

– У меня создалось впечатление, что вы отменный кулинар, – сказала Пруденс.

– Это преувеличение, – ответил он с благодушной усмешкой.

– Еще какой-нибудь из ваших сюрпризов?

Она наблюдала за ним, вопросительно подняв брови и потягивая херес маленькими глотками.

– По правде говоря, это хобби, а может быть, и страсть, – ответил он на этот раз серьезно. – Надеюсь, скоро вы оцените мой талант по достоинству.

– Необычное хобби, – заметила Пруденс.

– Оно дает мне возможность отдохнуть, – ответил он все еще серьезно. – Человеку необходимо иногда оторваться от пыльных фолиантов.

– Да, – согласилась она, – вы правы. Но я считала, что сегодня вечером мы поработаем... У меня есть кое-что экстраординарное, и я хочу показать это...

Гидеон почти вырвал сумку из ее рук.

– Позже, Пруденс, не сейчас.

– Это документ, свидетельствующий о подлоге, совершенном Беркли, – объяснила Пруденс.

– Отлично, – сказал Гидеон, положив ее сумочку на каминную полку вне пределов досягаемости. – После обеда мы это обсудим.

Но отделаться от Пруденс было не так легко.

– Нам придется проверить регистрационные книги компании, называющейся «Граф Беркли и К°», узнать, существует ли она, и если существует, то легально ли. Знаете, как это сделать?

Она нетерпеливо подалась вперед.

– Да, – спокойно ответил он, – знаю. Мы обсудим это позже.

Выбитая из колеи, Пруденс смотрела на него во все глаза:

– Они наняли детективов, чтобы те выследили нас. Прислали письмо... Сейчас я вам его покажу.

Она вскочила и направилась к каминной полке, но он преградил ей дорогу.

– После обеда, – решительно заявил Гидеон, прикоснувшись пальцем к ее губам. – Я потратил почти четыре часа на создание шедевра в вашу честь и не хочу испортить впечатление от него. Всему свое время и место, а сейчас самое время обратить внимание на яйца, фаршированные трюфелями.

Пруденс пришлось сдаться:

– А что с этими фаршированными яйцами?

Он покачал головой.

– Поговорим об этом, когда вы их попробуете. Пойдемте обедать.

Он взял ее за руку и положил ее на свой локоть. Ладно, решила Пруденс, раз он не хочет говорить о делах, поговорим о чем-нибудь другом.

– Сара все время живет с вами?

– Да, – сказал он и повел ее через холл.

– Это несколько необычно. Или я не права? В таких обстоятельствах девочки предпочитают жить с матерями, – упорствовала Пруденс.

– Но я понятия не имею о том, где находится мать Сары. Они вошли в столовую.

– Это просто невероятно! – сказала Пруденс, не думая о том, что вторгается в его личную жизнь. Сэр Гидеон отвечал вежливо, но уклончиво, и она решила, что выбора у нее нет.

– Когда Саре было три года, Харриет сбежала из дома с жокеем.

Он выдвинул для нее стул рядом со своим, стоявшим во главе стола.