Джулия Куинн - Ее тайный дневник

Последовал еще один толчок.

— Конечно, если ты девочка. А если мальчик, то обещаю не называть тебя… Найджелом. — Она засмеялась. Смех прозвучал как-то необычно, но… приятно. — Ты меня слышишь?

Ребенок затих.

— Хорошо. А теперь пора одеваться.

Миранда потянула шнур звонка, вызывая горничную, и через час уже спускалась в столовую, крепко держась за перила. Она сама не знала, почему никому не хочет сказать о том, что ребенок вот-вот появится. Возможно, все дело в том, что она не любила суеты вокруг себя. Да к тому же она чувствовала себя хорошо, если не считать приступов боли каждые десять минут. Поэтому ложиться немедленно в постель ей совсем не хотелось. Она надеялась, что малыш даст ей возможность по крайней мере съесть обед. Рождение ребенка — интимное и не очень-то красивое действо, и она не хотела, чтобы за столом эго обсуждалось.

— A-а, вот ты где! — окликнула ее Оливия. — Мы в Розовой гостиной. Присоединишься к нам?

Миранда кивнула и последовала за подругой.

— Ты как-то странно выглядишь, — заметила Оливия. — Все хорошо?

— Да, спасибо. Проста я очень толстая и неповоротливая.

— Скоро похудеешь.

«Скорее, чем все думают», — мысленно произнесла Миранда.

В гостиной леди Радленд протянула ей бокал лимонада.

— Благодарю вас. Вдруг очень захотелось пить.

Она, забыв о манерах, залпом все выпила. Мать Тернера, не говоря ни слова, наполнила бокал вновь, и Миранда вновь быстро его осушила.

— Как вы думаете, обед готов? — спросила она. — Я ужасно проголодалась.

Но это была не вся правда — она боялась, что если промедлить, то она произведет на свет ребенка прямо за обеденным столом.

— Думаю, что все в порядке, — ответила леди Радленд, несколько озадаченная нетерпением Миранды. — Веди нас. Это же твой дом, дорогая.

Поддерживая рукой живот, она во главе процессии вышла в коридор.

И столкнулась с Тернером.

— Добрый день, Миранда!

Его густой, хрипловатый голос поверг ее в трепет.

— Надеюсь, ты здорова? — спросил он.

Миранда кивнула, избегая его взгляда. Она провела целый месяц, стараясь подавить в себе желание и тоску каждый раз, стоило ей увидеть его, и научилась сохранять на лице неподвижную, равнодушную маску. Все знали, что они поссорились, и ей абсолютно ни к чему, чтобы окружающие догадались, как ей тяжело.

— Прости, — пробормотала она и прошла мимо него.

Тернер поймал ее за руку:

— Позволь сопроводить тебя, киска.

У Миранды задрожала нижняя губа. Что он задумал? Если бы не ее теперешнее состояние, то она выдернула бы свою руку, но сейчас она позволила ему проводить ее к столу.

Тернер хранил молчание, пока подавали первую смену блюд. Миранда была рада — она занялась едой, а не разговорами. Леди Радленд и Оливия всячески старались вовлечь ее в беседу, но ей удалось этого избежать — у нее все время был полный рот.

И продержалась так почти до конца обеда, но тут ребенок снова дал о себе знать. Миранда думала, что ей хорошо удается скрывать боль, но она, должно быть, невольно скривилась, потому что Териер пристально на нее посмотрел и спросил:

— Что-то не так?

Она изобразила улыбку и продолжала есть.

— Нет. Я просто очень голодна.

— Это видно, — заметила Оливия и заслужила укоризненный взгляд матери.

Миранда положила в рот кусочек цыпленка под миндальной подливкой и поморщилась. На этот раз Тернер был уверен, что не ошибся.

— Ты охнула, — заявил он. — Я слышал. В чем дело?

— Ничего, — продолжая жевать, ответила она. — Я просто никак не могу насытиться.

— Можешь, ты слишком торопишься? — предположила Оливия.

— Да, да. Наверное, ты права, — тут же согласилась Миранда.

К счастью, леди Радленд втянула Тернера в обсуждение билля, который он недавно поддержал в парламенте. Миранда была рада, что он отвлекся. Муж так внимательно за ней наблюдал, что ей было трудно сохранять невозмутимость во время схваток.

Когда в очередной раз живот свело от боли, Миранда потеряла терпение и, опустив глаза, прошептала:

— Прекрати эго. Или ты точно будешь Ифигенией.

— Ты что-то сказала, Миранда? — спросила Оливия.

— А… нет, ничего.

Через несколько минут последовала следующая схватка.

— Прекрати это, Найджел, — прошептала Миранда.

На этот раз Оливию было не обмануть.

— Я точно слышала, как ты что-то сказала.

— И ты, кажется, назвала меня Найджелом? — спросил Тернер.

Как занятно, подумала Миранда. Его больше удручает, если его так назвали, а не то, что она покинула их супружеское ложе.

— Разумеется, нет. Тебе показалось. А вообще я устала и, пожалуй, пойду к себе, если вы не возражаете. — Она привстала и в эту секунд почувствовала, как между ног что-то полилось, и опустилась на стул. — Я подожду десерта.

Леди Радленд извинилась и ушла, сославшись на то, что бережет фигуру и не сможет смотреть, как остальные едят пудинг. Теперь Миранде стало, труднее избегать разговора, но она старательно делала вид, что поглощена едой. Наконец обед закончился. Тернер встал, подошел к ней и подал руку.

— Нет, я посижу минутку. Я немного устала.

Она чувствовала, как краска заливает шею. Господи, никто еще не написал книгу по этикету, где излагаются правила поведения, когда ребенок появляется на свет прямо в столовой. Насмерть перепуганная Миранда не могла подняться со стула.

— Ты хочешь еще десерта? — сухо осведомился Тернер.

— Да, пожалуйста.

Голос у нее сорвался.

Муж позвал лакея, а Оливия спросила:

— Послушай, дорогая, ты уверена, что с тобой ничего… не происходит? Ты как-то странно выглядишь.

— Позови свою маму, — прохрипела Миранда. — Сейчас же!

— Неужели началось?

Миранда кивнула.

— О Боже мой! Пришло время! — воскликнула Оливия.

— Какое еще время? — сердито спросил Тернер, но, взглянув на перепуганное лицо Миранды, выругался и подхватил жену на руки, не обращая внимания на то, что мокрые юбки испачкали его жилет.

Она прильнула к его широкой груди и забыла о том, что клялась оставаться безразличной к нему. Как ей необходима сейчас его сила!

— Дурочка, — прошептал он. — Сколько времени ты терпишь?

Миранда предпочла не отвечать, потому что, если она скажет правду, он ее отругает.

Тернер отнес ее в спальню для гостей, заранее приспособленную для родов. В комнату вихрем ворвалась леди Радленд.

— Спасибо, Тернер, — торопливо произнесла она. — Распорядись насчет врача.

— Этим уже занялся дворецкий.

Он с волнением смотрел на Миранду.