Сабрина Джеффрис - Сначала замужство, потом постель

Джайлз нахмурился.

— Может статься, ты опоздал.

— Почему?

— Джорджа не было на месте, когда я приехал к тебе сегодня утром. Мне это не показалось странным, но теперь…

— Проклятие! — С этими словами Дэвид выбежал в коридор и позвал дворецкого. Как только слуга поднялся по лестнице, Дэвид крикнул: — Приведите ко мне Джорджа! Немедленно!

Дворецкий побледнел.

— Прошу прощения, милорд, но никто не видел его со вчерашнего вечера.

Дэвид с трудом обуздал свой гнев.

— Может ли быть, чтобы он уехал с поручением без вашего ведома?

— Нет, сэр. Кроме того… э… когда я послал за ним сегодня утром, выяснилось, что он забрал из своей комнаты все вещи.

Дэвид нахмурился.

— Вы хотите сказать, что он сбежал под покровом ночи?

— Похоже на то, милорд.

— Все это очень подозрительно, — сухо заметил Джайлз. — Нам лучше сообщить об этом Пинтеру.

— Черт бы его побрал. — Позвав камердинера, Дэвид вернулся в спальню и начал одеваться. — Остается надеяться, что Пинтер не обвинит меня еще и в убийстве лакея.

— Он и его люди допросят слуг. Я уверен, что кто-то видел, как Джордж уходил из дома. Он вполне подходит на роль подозреваемого. И у него нет алиби. Так пусть сыщики переключат свое внимание на того, кто действительно этого заслуживает.

Когда Дэвид оделся и братья спустились по лестнице, с улицы перед домом донесся шум. Пресса. Как только информация о смерти Сары просочилась в газеты, репортеры как стервятники слетелись к дому Дэвида.

Виконт повернулся к дворецкому.

— Пошлите одного из лакеев — только без ливреи — за тем сыщиком, что наблюдает за домом.

— Да, милорд.

Однако прежде чем дворецкий отправился выполнять приказ, раздался стук в дверь.

— Наверное, какой-то наглый репортер, — предположил Джайлз. — Не будем обращать на него внимания.

Дворецкий выглянул в окно.

— Похоже, это мистер Пинтер собственной персоной.

— Прекрасно, — произнес Дэвид, — впустите его.

Войдя в дверь, сыщик с удивлением увидел полностью одетых братьев.

— Мы как раз раздумывали над тем, как бы выбраться из дома и увидеться с вами, — пояснил Дэвид. — У нас появилась новая информация о возможном подозреваемом…

— Вообще-то, милорд, — перебил Дэвида Пинтер, — я хотел просить вас проехать со мной.

— Зачем? — спросил Джайлз.

Лицо Пинтера как обычно осталось непроницаемым.

— У нас появились новые улики, и нам нужна помощь вашей светлости.

— Моя помощь? — переспросил Дэвид, старясь не обращать внимания на дурное предчувствие. — Всего лишь?

— Да. Если вы поедете со мной, сэр…

— А как быть с репортерами? — спросил Джайлз.

— Мои люди усмирят их. Экипаж ждет прямо перед домом. — Когда Дэвид приказал принести два пальто, Пинтер произнес: — Я думаю, господин Мастерс пожелает остаться дома.

Прищурившись, Дэвид посмотрел на сыщика.

— Почему?

— Потому что, с вашего позволения, сэр, я бы хотел, чтобы мои люди осмотрели дом. Особенно ваш кабинет и спальню вашей жены. В присутствии господина Мастерса, конечно.

При мысли о том, что сыщики будет рыться в его вещах, Дэвид едва не выругался вслух. Но он знал, что так называемая «просьба» была продиктована вежливостью Пинтера. Судья и его подчиненные имели право обыскивать любое помещение, особенно если на то имелись веские причины. Да и потом, они не найдут ничего криминального, поэтому Дэвид решил не давать властям повода подозревать его еще больше.

Он повернулся к Джайлзу.

— Останься. Я долго не задержусь.

Когда экипаж, в котором сидели Пинтер и Дэвид, отъехал от дома, последний не мог не удивиться тому, как ловко подручные Пинтера удерживали толпу репортеров. Даже Дэвид знал, как мало людей находится в подчинении судьи, и все же они справлялись с этой непростой задачей.

Во время короткого путешествия Дэвид сообщил Линтеру об исчезновении Джорджа и указал на важность этого обстоятельства. Ему ужасно не хотелось раскрывать перед незнакомым человеком нелицеприятные подробности личной жизни, но сейчас не время молчать. Дэвид был настолько поглощен изложением собственной версии произошедшего и возможной причастностью к делу Джорджа и ростовщика, которого часто посещала его жена, что не заметил, как экипаж свернул на знакомую улицу, вместо того чтобы направиться в сторону суда.

Дэвид вопросительно посмотрел на Пинтера.

— Куда мы едем?

Сыщик одарил виконта своим ястребиным взглядом.

— В контору мистера Джозефа Бейнса.

О Господи. Они установили связь Дэвида с адвокатом.

— Зачем? — осипшим от волнения голосом спросил Дэвид.

— Мне кажется, вы знаете.

Конечно, Дэвид знал. Очевидно, Пинтер проследил весь путь поддельного завещания, который в конечном итоге привел его к Бейнсу, а теперь он хотел выведать, для чего было нужно это самое завещание.

Черт бы побрал Пинтера. Он оказался опытным сыщиком и с легкостью вытаскивал на свет чужие тайны. Он не мог найти убийцу Сары, а вот поломать жизнь Дэвиду ему было вполне под силу.

Они вошли в контору в молчании, а Дэвид раздумывал над тем, как много успел сказать сыщику Бейнс. Адвокат был ему предан, но обстоятельства были слишком необычными, а Бейнс не мог допустить, чтобы его клиента обвинили в причастности к смерти Сары. Они прошли мимо человека, следившего за входом в контору, и Дэвид почувствовал себя не в своей тарелке. Однако когда он вошел в кабинет Бейнса и увидел клерка — мистера Кила — Дэвид понял, для чего именно привез его сюда Пинтер.

С губ Дэвида сорвался стон, и Бейнс поспешил ему навстречу.

— Прошу прощения, милорд. Мистер Кил, увидев ваше имя в утренних газетах, понял, что не может оставаться в стороне. Он пошел в полицию без моего ведома. Я пытался связаться с вами, но…

— Лорд Керквуд? — раздался голос за спиной Дэвида. Виконт оцепенел. Нет, этого не может быть. Что она тут делает?

— Что здесь происходит? — спросила Шарлотта, когда Дэвид повернулся к ней. На ее лице отражалось замешательство. — Клерк прислал мне записку, в которой говорилось, что мистеру Бейнсу требуется обсудить со мной кое-что. Я поспешила сюда, но…

— Я послал вам эту записку, — спокойно произнес Пинтер. — Я хотел, чтобы вы оба выслушали рассказ мистера Кила.

— Вы негодяй, — прошипел Дэвид. Карточный домик, выстроенный им с такой осторожностью, рушился на глазах. — Она не имеет к этому никакого отношения.

— Позволю себе не согласиться с вами, — возразил Пинтер. — Судя по словам мистера Кила, она имеет к делу самое непосредственное отношение.