Эйна Ли - Любовные хроники: Флинт Маккензи

— До утра полежишь, дорогой, — говорила бедная мать.

— Я умру, мама? — мрачно спросил Джош. Он был настолько перепуган, что Гарнет захотелось его обнять и прижать к груди.

— Еще чего! — тут же воскликнул Джеб. — Не горюй, малыш, я знаю, как высасывать яд. Пару раз меня самого кусал скорпион. Как-то надел сапог, не вытряхнув, а он там — старый, здоровый. Ногу раздуло так, что мама решила — ее отрежут, — но, приглядевшись к выражению лица Джоша, поспешил добавить: — Не бойся, с тобой этого не случится.

— Поболеешь пару дней, дорогой, и полежишь в постели, — добавила Хани.

— А ты мне будешь читать?

— Конечно.

Гарнет опустила глаза на Амиго. Пес понурил голову и поджал хвост.

— Его тоже укусил скорпион? — встревоженно спросила она.

— Притворщик! — фыркнула Хани. — Всегда ведет себя так, когда Джош простужается. Теперь у меня не один, а двое больных. — Она подхватила пса и втащила в фургон. — Славная собачка! — Хани погладила Амиго по голове, и этого было достаточно, чтобы он слабо вильнул хвостом.

На лагерь давно опустилась темнота, но только тогда все стали успокаиваться, расселись и принялись за еду. К ужасу Гарнет, Флинт до сих пор не возвращался из разведки. И объявился, только когда все уже покончили с ужином.

Гарнет схватила две тарелки, положила на каждую гору мяса, картошки и лука и понесла к загону, туда, где он спрыгнул с лошади.

— Я ждала, чтобы поесть с тобой. — Она устроилась рядом.

Флинт удивился, но принялся есть.

— Вкусно.

— Люк и Клив сказали — точь-в-точь как готовила ваша мама.

— Ну, раз они сказали, так оно и есть, — проговорил он, жадно поглощая еду.

А когда подчистил все до единой крошки, Гарнет протянула ему свою тарелку:

— Съешь и мое.

— А ты разве не голодна?

Она покачала головой:

— Я весь день ела.

— Ну, если ты не хочешь, не пропадать же добру.

Гарнет наслаждалась мигом уединения с Флинтом и, откинувшись, наблюдала, как он ел, вспоминая ночи, которые они проводили вместе, удирая от индейцев.

— Там есть еще, если ты голоден, — сказала она, когда Флинт опустошил вторую тарелку.

— Нет, достаточно.

— Помнится, ты говорил, что женишься на женщине, которая сумеет готовить тушеное мясо, как твоя мать.

— Полагаю, Мод немного старовата для брака, — рассмеялся он. Но Гарнет продолжала загадочно улыбаться, и веселость мало-помалу схлынула с лица Флинта. Он пристально посмотрел на нее. — Какой же я болван! Это ведь ты приготовила ужин.

— Я. Значит, мы обручены?

— А я полагал, ты пришла ко мне не для того, чтобы спорить.

— А для чего?

Он перевел взгляд на ее губы.

— Ну, например, для этого. — И, притянув к себе, жадно впился в ее рот.

Гарнет ответила на его страстный поцелуй, ощутила горячий язык, и з ней вспыхнула страсть. Она обняла его за шею, ладони заскользили по изгибам плеч.

— О Боже, рыжая, как я тебя хочу, — простонал Флинт, осыпая ее лицо и шею поцелуями. Потом снова вернулся к губам.

— И я тебя хочу… Так сильно, — еле слышно выдохнула Гарнет.

Рука Флинта проникла под рубашку, и, когда ладонь накрыла ее грудь, Гарнет застонала. Она так давно не испытывала его прикосновений, и тело жаждало ласк.

Флинт поднял голову и осмотрелся. Сидящие у костра люди свесили головы на грудь и, казалось, дремали.

— Пойдем отсюда.

— Нельзя. Они догадаются.

— Я хочу тебя, рыжая, — повторил Флинт таким низким и хриплым голосом, что у Гарнет по спине от возбуждения побежали мурашки.

Внезапный крик Джоша поднял на ноги весь лагерь. Хани выскочила из-под тента фургона, навстречу ей от костра бросился Люк.

— Извини, Флинт, — с сожалением прошептала Гарнет и выскользнула из его объятий. — Помощь нужна? — бросила она на бегу Хани.

— Нет, все в порядке. Он просто мечется во сне, и температура поднялась. Надо дать ему воды.

Вскоре встревоженные путешественники собрались у походной кухни и ловили каждое слово Хани.

— Люк, — повернулась Гарнет к старшему Маккензи, — если хочешь, спи с ними, а я обойдусь без фургона.

— Спасибо. — Глаза у Люка потеплели. Он принял из рук Хани кувшин с водой и пошел вслед за нею к фургону.

— Пора спать, — ни к кому не обращаясь, посоветовала Мод и стала забираться в свою повозку.

Остальные вновь собрались у костра, и Гарнет с Флинтом, многозначительно переглянувшись, присоединились ко всем.

А вскоре Гарнет заснула, испытывая приятное сознание, что Флинт совсем рядом. Она не почувствовала, когда он встал, оседлал Сэма и поехал менять караульного.

Глава 25

На следующее утро Джоша по-прежнему мучила лихорадка. Хани не хотела, чтобы он трясся в дороге, и упросила мужа задержаться еще на один день. И Люк, чтобы не терять времени, решил подковать пару лошадей.

— Жаль, у нас нет хинной соли или жаропонижающего, — сокрушалась Хани. — А то бы мы быстро сбили ему жар.

— Здесь милях в двадцати есть город, — сообщил Флинт, изучая карту. — Пожалуй, съезжу, может, удастся что-нибудь привезти.

— А я-то совсем из ума выжила, — ворчала Мод. — Собиралась-собиралась и все забыла.

— Не казни себя, Мод, — успокаивала ее Гарнет. — Каждый из нас что-нибудь да забыл.

— Почему бы тебе не поехать с Флинтом? — предложила кухарка. — У меня сахар подходит к концу и черная патока.

— Не возражаешь? — Гарнет сильно опасалась, что Флинт предпочтет ехать один, но он только коротко бросил:

— Пойду оседлаю лошадь.

Пока его не было, Мод добавила к списку еще два пункта. Вернувшись и бросив на бумагу взгляд, Флинт тут же заартачился:

— У нас же не вьючный мул.

— Но раз уж ты едешь в город, почему бы не привезти все, что нам требуется?

— Разумно, — поддержала кухарку Хани.

— Я беру седельные сумки, а не еще одну лошадь, — отрезал Флинт.

Если Гарнет что-то поняла во Флинте Маккенэи, так это то, что он не разговаривал в пути. И вот сейчас он, как обычно, замкнулся в себе и даже не вспомнил о прошлой ночи.

Ньютон оказался типичным маленьким западным городком. Вся деловая жизнь сосредоточивалась на центральной улице примерно в два квартала длиной, а вокруг теснились хижины из дерна и деревянные лачуги. Они проехали кладбище, и Гарнет заметила, что там готовились к похоронам. Это кладбище показалось ей чуть ли не больше самого города.

Напротив платной конюшни они дали напиться лошадям из деревянного желоба. И там их заметил высокий костистый мужчина.

— Нужно стойло? — спросил он.

— Нет, мы проездом, — ответил Флинт, — В городе есть врач?

— Да. Только сам я не повел бы к нему и больную лошадь.