Джо Беверли - Рождественский ангел

Как только он ушел, Джудит проснулась – постель рядом с ней была еще теплая. Она услышала, как муж одевается в соседней комнате. Неужели он уйдет, не сказав ей ни слова?

Она торопливо встала и быстро оделась. Услышав, как Леандр спускается вниз по лестнице, она поспешила за ним вслед.

– Я разбудил тебя? Извини, – обернулся он к ней.

– Я всегда рано встаю, – сказала она.

– Я слышу внизу шум, наверное, завтрак уже готов.

Он взял ее за руку и повел вниз.

– Извини, – тихо сказала она.

– За что?

– За то, что я свалила на тебя всю вину за несчастья, случившиеся с Бастьеном.

– Но я действительно в этом виноват, хоть и отчасти; В твоей жизни не было ничего, что могло бы навлечь на него беду.

– Пусть так, – сказала Джудит, – но ты в этом не виноват. Просто я очень сильно испугалась. Дети – это все, что у меня есть. Нет, – осеклась она, – я не то хотела сказать.

Он крепко обнял ее.

– Я знаю, Джудит. Не надо расстраиваться. Я все улажу, и у нас будет счастливая и безмятежная сельская жизнь.

Она внимательно посмотрела на мужа.

– Тебе этого действительно хочется? – с сомнением спросила она.

Детский плач заставил их отпрянуть друг от друга. Обернувшись, они увидели Николаса с ребенком на руках.

– Знакомьтесь, это Арабел, – мрачно сказал он. – К сожалению, у нее плохие манеры. Она не хочет ждать и требует завтрака.

С этими словами он прошел в столовую и поставил ребенка на пол.

Арабел радостно поковыляла к Леандру и двумя руками обхватила его ногу.

– Ужасно развязная девица, – сказал ее отец. – Ох и натерпимся мы с ней! А еще она всегда просыпается ни свет ни заря. Нам пришлось перестроить весь режим дня в соответствии с ее чрезвычайно ранним пробуждением. Идем, Бел, – сказал он девочке. – Сейчас тебе принесут завтрак.

Малышка огляделась и, заливаясь смехом, забавно ковыляя, направилась к стулу, поставленному на специальную подставку. Отец бережно усадил девочку на этот стул и дал ей кусочек тоста со сливочным маслом.

Джудит с удивлением наблюдала за всеми этими действиями. Она и представить себе не могла, чтобы отец мог так ухаживать за ребенком. Когда Арабел весело запустила по столу кусок тоста, Николас тут же сказал:

– Нет, милая, так нельзя делать.

Убрав тарелку, он возобновил прерванный детской шалостью разговор.

Арабел недоуменно посмотрела на тарелку и стала требовательно кричать.

Николас тут же повернулся к ней:

– Хорошо, вот твоя тарелка, но ты не должна бросать еду на стол или на пол.

Тарелка была возвращена Арабел, и она с удовольствием принялась доедать тост с маслом, хотя и не совсем аккуратно.

– Неужели она понимает, что вы ей говорите? – удивилась Джудит.

– Не знаю, понимает или нет, – с улыбкой ответил Николас, – но результат обычно радует.

Вошедшая служанка принесла мисочку с яйцом всмятку для ребенка и тарелки с горячим беконом, говядиной и яичницей для взрослых. В столовую вошла Элинор Делейни и села рядом с Арабел, помогая девочке направлять ложку с яйцом себе в рот.

Все представления Джудит о семейной жизни перевернулись в ее голове, поскольку такое поведение детей и родителей нельзя было назвать обычным. В аристократических семьях дети редко появлялись за одним столом со взрослыми, и, уж во всяком случае, не в младенческом возрасте. Неужели у Арабел нет няньки?

– Я решила не будить ваших детей, Джудит, пока они сами не проснутся, – сказала Элинор. – С ними служанка. Как только они проснутся, она приведет их в столовую.

Пока Элинор разговаривала с Джудит, Николас поил Арабел из чашечки с носиком.

– Может, тебе стоит задержаться с отъездом, пока не проснутся дети? – повернулся он к Леандру.

– Они знают, что мне нужно срочно ехать.

– Ну и что? Все равно стоит подождать, чтобы они могли попрощаться с тобой.

К удивлению Джудит, Леандр воспринял слова друга как приказ. Она с нескрываемым интересом посмотрела на Николаса. Главный повеса! Похоже, это действительно так.

Как и все члены «компании», он имел привлекательную внешность, хотя в ней не было ничего примечательного. Весь шарм заключался в теплых карих глазах.

Джудит почувствовала, что ей неприятно то влияние, которое Николас оказывает на ее мужа.

– Ничего страшного, если ты уедешь, не повидав детей, – решительно сказала она. – Я им все объясню.

В этот момент в столовую вошли умытые и аккуратно причесанные Бастьен и Роузи. Глаза детей загорелись интересом при виде Арабел.

Николас познакомил Бастьена и Роузи со своей дочерью, и Джудит была готова поклясться, что малышка осознанно одарила каждого из них приветливой улыбкой. Да, это очень необычная семья.

Перед Бастьеном и Роузи поставили тарелки с едой, и дети изо всех сил старались себя хорошо вести. Однако Роузи не удержалась от смеха, когда Арабел махнула ложкой и запустила жидким яйцом прямо в лицо отцу. Элинор отреагировала на это очень спокойно. Николас же лишь укоризненно посмотрел на смеющуюся дочь и вытер лицо салфеткой.

Когда Бастьен понял, что Леандр уезжает в Темпл-Ноллис, он сказал:

– Мне очень хочется поехать с тобой, папа Леандр.

– Не в этот раз.

Бастьен внимательно посмотрел на него:

– Там будет тот человек, который столкнул меня в реку?

– Не знаю, может быть. Не можешь ли ты вспомнить поподробнее, как он выглядел? А как выглядел тот человек, который дал тебе конфеты?

Бастьен покачал головой:

– Я не видел человека, который столкнул меня. Тот мужчина, который потерял перчатки в Вестминстерском аббатстве, был чем-то неприятен. Воротник пальто был высоко поднят, а шляпа надвинута на лоб, поэтому я почти не видел его лица. В целом он выглядел совершенно обычно, но мне показалось, что я его уже где-то видел.

Это описание не подходит к молодому Джеймсу Ноллису, подумала Джудит.

– Может быть, он был похож на меня? – спросил Леандр, хотя сам почти не имел сходства с родственниками.

Бастьен внимательно посмотрел на него и снова покачал головой.

– Наверное, это был какой-нибудь чудак, но пока я буду в отъезде, ты не должен уходить далеко от дома, если с тобой не будет никого из взрослых, – сказал Леандр.

– Но я хотел пойти за омелой!

– Разумеется, тебе не удастся отделаться от нас, юноша, – вмешался Николас.

Ощущение надвигающейся опасности пугало Джудит. Она больше боялась за Леандра, в одиночку отправлявшегося в опасное путешествие, чем за собственных детей, остающихся дома в безопасности.

– Леандр, – неожиданно сказала она, – я хочу поехать с тобой. Ах нет, какая я глупая, я не могу оставить детей…

Она чувствовала себя неисправимой провинциалкой.