Синтия Райт - Огненный цветок

— Она сумасшедшая, как вы думаете? Я снова видела ее сегодня, и она выглядела такой же страшной, как и тогда. Почему никто не поможет ей? Под всей этой грязью оказалось хорошенькое личико, и я могу поклясться, что руки и ноги у нее расцарапаны и она втирала в раны грязь или еще что-то! Может быть, в волосах у нее полно вшей, но, когда мы сегодня купались, она лишь сидела на берегу и смотрела на нас. — Мэдди остановилась, чтобы перевести дух, и продолжала: — Она нуждалась в мытье больше всех остальных, вместе взятых, но не мыла даже лица, и никто, кажется, не обратил на это внимания. И не говорите мне, что она винтке, потому что совершенно очевидно, что это женщина!

— Что вы, мисс Эвери, хотите этим сказать? — поддразнил ее Лис. Скользнув рукой по талии Мэдди, он усмехнулся, сжал ее и ласкающе провел пальцами по ее бедру и ягодицам. — Вы это имеете в виду?

— Прекратите и ответьте мне! — с насмешливой суровостью отрезала она.

Вечерний воздух донес до них запах варящегося мяса, и Лис вдруг понял, что отчаянно голоден.

— Женщина, которую вы описали, очевидно в трауре, — объяснял он, ведя Мэдди в поселок. — Так ведут себя жены пакета, потерявшие мужей. Это нормально, поэтому никого не взволновал ее внешний вид. Молодые вдовы причитают, калечат себя и примерно год валяются в собственных нечистотах.

— Что? — в ужасе перебила его Мэдди, — но это так… так негигиенично!

Не успел Лис развить эту тему, как его внимание было отвлечено облаком пыли, быстро движущимся по прерии. Наконец он смог различить коня и всадника, мчащегося, как ветер, с юга к поселку. Приближающийся индеец ехал без седла и размахивал копьем. Темные волосы летели за ним, как знамя. Жители поселка тоже заметили всадника. Раздавались крики приветствия, люди выбегали из своих типи и бросались к нему навстречу.

— Что происходит? — спросила Мэдди с любопытством. — Кто это? Вы знаете его? Он опасен, или это важная персона?

— Можно сказать и так, — загадочно ответил Лис. — Это Безумный Конь!

Глава 18

Всем было интересно увидеть, какую добычу привез Безумный Конь с Паха Сапа, священных холмов, захваченных ныне белыми.

Однако, соскользнув со спины своего пегого коня, он послал деревенских глашатаев за детьми и не стал разговаривать со взрослыми.

Лис с Мэдди попали в толпу, ринувшуюся к реке навстречу великому воину племени оглайла. Он снял мешки со спины коня и спокойно напоил его. Мэдди увидела, что Безумный Конь не так уж велик ростом, как она ожидала от великого воина и героя.

Едва достигая среднего роста, он был стройным, гибким, с темными волосами, скорее каштановыми, чем черными, острым носом и черными глазами, настороженными и живыми, несмотря на то, что он провел в пути весь день.

На одной щеке у него была нарисована молния, на другой — град. Единственное пятнистое перо орла, воткнутое сзади в волосы, заменяло бесчисленные перья, которыми он имел право украситься по количеству пораженных им в битвах врагов. На шее у него висел боевой свисток, сделанный из кости орлиного крыла.

Мэдди была поражена его осанкой, полной достоинства. Весь его облик свидетельствовал о высокой доблести этого человека. Он нес на своих плечах огромное бремя, но мужество и сила Безумного Коня, по-видимому, были неисчерпаемы.

Лис, стоявший недалеко от Мэдди, произнес словно про себя: «Необыкновенный человек».

Дети подходили ближе, и Безумный Конь, улыбаясь, поднял два кожаных мешка, лежавших рядом с винчестером, дубинкой и искусно сделанным луком и колчаном со стрелами. Он развязал мешки и открыл их. Изумленная толпа увидела, что они наполнены виноградом, который он привез детям. Маленькие ручки ныряли в мешки за угощением, соблюдая сдержанность, чтобы не показаться жадными перед этим удивительным человеком, который своей упрямой отвагой поддерживал дух всего племени.

Сильная, новая подруга Мэдди, подошла к ней.

— Он теперь еще больше любит детей, потому что его собственная дочь умерла, — сказала она. Мэдди удивленно посмотрела на нее.

— Как печально! Что же с ней стряслось?

— Одна из болезней вашей расы. — Нахмурив лоб, она пыталась вспомнить слово. — Холера, да? Так печально, но горе только укрепило волю Безумного Коня бороться против белых. Горе еще больше сблизило его с женой — Черной Шалью. — Сильная кивнула в сторону женщины, стоящей в ожидании снаружи типи Безумного Коня. Мэдди узнала ее, она была среди женщин, готовивших хаш.

Ее удивило, что Безумный Конь — семейный человек.

— Мать Черной Шали тоже живет в их типи. Они обе заботятся о своем мужчине.

Мэдди поймала себя на том, что ей хочется больше узнать об этой стороне жизни Безумного Коня.

— Его дочь была молодой, когда умерла? Как ее звали?

— Ее звали Устрашающая. Мне кажется, что так ее назвал Безумный Конь. Когда смерть забрала ее, она была в том возрасте, когда девочку легче всего любить, Безумный Конь был отличным отцом. Он слышал ее первые слова, с восхищением наблюдал, как она училась ходить, а потом учил ее танцевать.

Сильная уселась под деревом, ожидая, когда утихнет суета, и Мэдди присоединилась к ней. Сильная рассказала историю о том, как Безумный Конь вернулся в поселок из рейда против белых. В его отсутствие поселок перебрался из местечка близ реки Литтл Бигхорн на склон у реки Языка. Он с воинами пришел им вслед и узнал, что Устрашающая заболела и умерла еще до переезда поселка.

— Как давно это было?

Сильная пожала плечами.

— Я узнала о вашем времени, только живя в агентстве. Это было в то время, которое вы называете летом, когда Длинный Волос и его Синие куртки проложили Воровскую дорогу к Паха Сапа. Думаю, горе помешало Безумному Коню продолжать сражение, чтобы не дать Длинному Волосу захватить наши священные земли.

— Экспедиция Кастера на Черные Холмы была в 1874 году, — сказала Мэдди. — Два года назад.

— Мрачное время для нас, — ответила Сильная. — Безумный Конь, когда узнал о смерти Устрашающей, заставил своего отца сказать ему, где могила девочки. Это было далеко, в опасном месте, рядом с Гнездом Ворона, но он все равно отправился туда. Найдя через два дня могилу, Безумный Конь раскопал ее и улегся рядом с Устрашающей. Она была крошечной, завернутой в шкуру буйвола… Так он пролежал три дня и три ночи…

Глаза Мэдди наполнились слезами.

— Очень печальная история.

Опять пожав плечами, Сильная сказала:

— Да, но это сделало Безумного Коня еще более великим человеком. Он никогда не стремился к власти, а только сражался за свой народ. Каждый удар, который он переносил, как мужчина, делал его сильнее, степеннее и все более яростным и решительным в его бесстрашных действиях против белых. — Сильная откинула масляно-мягкую шкуру буйвола и добавила: — Как видишь, Безумного Коня понять не легко. Но я не знаю, что было бы без него не только с нами, людьми племени оглайла, но и с другими из племен ла-кота и чейенна. Любой, кто хочет сражаться, а не смиренно уступать белым, может присоединиться к Безумному Коню. Он делает чудеса…