Пейдж Брэнтли - Пробуждение сердца

Донел взялся за поводья, вдел ногу в стремя. В тот миг, когда он коснулся седла, лошадь заржала, взвилась на дыбы и галопом помчалась по рыночной площади. Люди с криками бросились врассыпную, а Джерем с дружками схватились за животы от смеха.

– О Господи! Придурки! – крикнула Алиса и принялась отчаянно звать: – Мартин! Мартин!

Санча, опешившая от неожиданности, спохватилась и бросилась на поиски Хью, уверенная, что Донел разобьется насмерть. Она была в полном смятении, когда наконец нашла Хью. Тот с хозяином таверны и кузнецом пили по последней кружке эля.

Шум и крики заставили их прервать разговор. Санча подбежала как раз в тот момент, когда на другой стороне рыночной площади Донел вылетел из седла и упал в кусты медвежьих ягод. Хью и остальные мужчины уже бежали к нему.

– Быстрей! Надо что-то делать! – крикнула Санча им вдогонку.

Мартин помчался к месту падения Донела. Побежали и другие, и с ними Гасти, визжавшая что есть мочи, и хохочущие Джерем с дружками.

Санча смотрела, как Хью и Мартин вытаскивают Донела из кустов. Румолд послал человека изловить убежавшую лошадь. Все говорили, что Донел не иначе как родился в рубашке, раз уж при таком падении не разбился насмерть. Все лицо и ухо были у него в кровоточащих ссадинах, рубаха порвана и тоже в пятнах крови.

Подошел нагло ухмыляющийся Джерем, окруженный приятелями, желая напоследок еще раз поддеть соперника. Но не успел он рта раскрыть, как Донел оттолкнул Мартина и бросился на обидчика. Они катались по земле, яростно молотя друг друга кулаками и осыпая бранью. Друзья Джерема сунулись было помочь ему, но, встретив каменный взгляд Хью, попятились назад.

– Останови их сейчас же! – почти в истерике крикнула Санча Хью.

Вокруг дерущихся теснились зрители, криками подбадривая соперников, которые били друг друга кулаками, пинали ногами, выдавливали глаза и рычали от ярости. Не в силах выносить ужасную сцену, Санча, чтобы положить конец драке, дергала Хью за рукав, пронзительно крича:

– Прикажи им перестать!

– Он заслужил хорошую взбучку, – холодно улыбнулся Хью.

Санча опешила, не ожидая от мужа такого ответа, и не сразу нашлась что сказать, но тут же завопила:

– Они убьют друг друга! Останови их! Останови их немедленно!

Но Хью только рассмеялся.

– Ничего страшного не случится, – сказал он и повернулся к дерущимся, которые уже поднялись на ноги. Слышались только хриплое дыхание и глухие удары кулаков по телу.

Отказ Хью остановить драку привел Санчу в неописуемую ярость. Щеки ее запылали, словно от пощечины. Она уже собралась обрушиться на мужа с бранью и, несомненно, сделала бы это, но в это мгновение кулак Донела угодил прямо в нос противнику. Фонтаном брызнула кровь. Санча содрогнулась от жуткого зрелища и бросилась прочь.

Ее кобылка была привязана с остальными лошадьми у таверны. Санча перешла на шаг, чтобы не напугать животных, подошла к своей лошади и отвязала поводья. За ее спиной послышались шаги, и рука Хью легла ей на локоть.

– Куда ты собралась? – спросил он смеющимся голосом. – Ты ведешь себя как ребенок.

Санча зло смотрела на него, не произнося ни слова, и пыталась выдернуть руку.

– Да что с тобой? – Он крепко держал ее за локоть, продолжая улыбаться и не желая понимать ее состояние.

Глаза ее гневно вспыхнули.

– Я не хочу смотреть, как они убивают друг друга! А ты – ты еще хуже их! Ты просто зверь!

Он ласково засмеялся, привлек ее к себе и сказал:

– Пойдем обратно.

– Нет! – отказалась Санча и снова стала вырываться.

В этот момент появился Мартин.

– Все кончено, – бросил он, подходя к лошадям. Алиса, подошедшая вместе с ним, сказала скучным тоном, словно иного исхода и быть не могло:

– Донел как следует отделал его. Больше Джерему не захочется подкладывать под седло колючку.

Санчу от злости била дрожь. Сидя в седле, она оглянулась на рыночную площадь и увидела, как друзья волокут окровавленного Джерема. Почти все уже разошлись. Донел ковылял к своей лошади, опираясь на Румолда. Слышались пронзительные, сердитые голоса женщин. Хотя видно их не было, можно было узнать Мору и ее внучек, продолжающих перебранку.

В аббатство вернулись в сумерках. Всю дорогу Санча не разжимала губ и смотрела прямо перед собой.

18

Позже вечером Санча, Алиса и еще несколько девушек сидели за вышиванием в гостиной на втором этаже. Снизу доносились голоса мужчин, собравшихся в столовой и обсуждавших события минувшего дня. Драка описывалась неоднократно под аккомпанемент веселого смеха, стука кулаков о стол и грубых словечек.

С каждым новым стежком Санча все отчетливее понимала, что плохо знала Хью Кенби, его интересы. Она была ослеплена любовью, и он казался ей идеальным человеком без малейших недостатков, добрым и честным, внимательным и нежным. Теперь она увидела его таким, каков он был на самом деле – упрямым, жестоким и самодовольным, как все мужчины. Он не послушал ее и теперь лишился в ее глазах своего обаяния. Чем больше она вспоминала его слова, тон, каким они были произнесены, тем в большее раздражение приходила.

Снизу донесся раскатистый мужской смех. Санча с досадой оторвалась от рукоделья:

– Дженн, захлопни дверь.

Дженн, которая мыслями была внизу с веселящимися мужчинами, услышав приказание госпожи, медленно и с явной неохотой отложила вышивание и закрыла дверь.

Этой ночью Хью поднялся в спальню тихий и ласковый, как провинившийся мальчишка. Но Санча не желала его ласк и отворачивалась от поцелуев.

– Как ты можешь быть таким жестоким? – упрекала она его. – Для тебя это все равно что спорт. Ты спокойно наблюдал, как они убивали друг друга!

– Я? – изумленно спросил он, недоумевая, почему обычная драка так возмутила его юную жену. – А как бы иначе они решили спор? Да никто и не пострадал, не считая разбитого носа и нескольких синяков. Им лучше было разобраться там, на рынке, не прибегая к оружию. Теперь все закончено.

– Закончено?! – закричала она. – Все вы, англичане, звери!

Хью взял ее за плечи.

– Почему же вдруг я стал зверем? – спросил он с нежной улыбкой. – Потому, что не сделал по-твоему?

То, что Хью попал в точку, еще больше взбесило Санчу, и она со всей силы оттолкнула его. Никакие доводы Хью не действовали на нее, и, раздеваясь, она не проронила ни слова. При колеблющемся огоньке свечи Санча яростными движениями наскоро расчесала волосы и легла, даже не пожелав мужу спокойной ночи.

Наутро она встала в отвратительном настроении и, одеваясь, почти не разговаривала с Хью. Когда он ушел, появилась Алиса и они вместе спустились в кухню.