Мэрилайл Роджерс - Шепот в ночи

Элис сдерживала растущее раздражение к тем, кто, казалось, намеревался обращаться с нею как с объектом жалости. Ее сознание противилось несправедливости такого отношения. Беспокойство Уолтера, как и беспокойство Клевы, было искренним. Она не могла отказаться от их внимания, не рискуя обидеть их чувства. Тем не менее, Элис предпочла бы остаться в одиночестве. Ей надо было подумать не о своем будущем, а о будущем Дэйра. Она должна найти способ искоренить или, по крайней мере, сдержать рост «сорняков», угрожавших подавить все хорошее, что Дэйр сделал для процветания Уайта.

Отвлеченная этими мыслями, Элис не понимала и не желала понимать причину преувеличенного беспокойства Уолтера, но снова вынудила себя улыбнуться, в надежде показать ему, что она ценит его заботу.

— Все очевидно. — Уолтера, как хорошую охотничью собаку, было нелегко сбить со следа. — Неужели вы не видите? Это и есть доказательство того, что Дьявол погубил вашего отца. Несомненно, вы понимаете это?

Это утверждение поставило ее в затруднительное положение. Оно имело для нее не больше смысла, чем обвинение Дэйром Уолтера в участии в преступлениях. Улыбка исчезла с ее лица, когда она раздумывала об их взаимных разоблачениях. Элис считала важным мнение Дэйра о том, что епископ, расторгший ее брак, виновен в падении ее отца, ведь епископ Винчестерский влиял на короля, а обвинения в предательстве выносил король. Важным был также тот факт, что при этом епископе (хотя она раньше и отвергала его значение) в течение нескольких лет обучался Уолтер. Она нахмурилась, но ничего не ответила.

— Дьявол уже давно затаил злобу на вашего отца, свидетеля бесстыдной попытки украсть его жену. Далее, я полагаю, ясно. Ненависть Дэйра быстро росла с тех пор, как его отослали из Кенивера, и, пользуясь своей злой силой, черный граф создал план, как отобрать у лорда Халберта все, что тот ценил. — Уолтер самодовольно поздравил себя с талантом ловко извращать истинные факты.

— Сначала он притязал на его жену. Теперь по сговору с королем, за которого так часто сражался Дэйр, Кенивер переходит в собственность короны.

Элис еще больше нахмурилась. Это тоже правда. Падение ее отца могло быть спланировано или епископом Винчестерским с помощью Уолтера, или королем Генрихом в союзе с Дэйром. Но она не могла убедить себя ни в виновности Уолтера, ни в виновности Дэйра. С какой целью мог Уолтер предать ее отца? Ведь ее отец был его зятем и всегда поддерживал его? Элис разглаживала руками голубую льняную юбку, потом схватилась за край стула. С другой стороны Дэйр не мог обесчестить своего приемного отца, которого, она была уверена, он уважал. Воспоминание о Сибиллин в его объятиях ослабило ее решимость, но только на мгновение. Она достаточно часто наблюдала, как ее мачеха преследовала Дэйра. Но все же, думая о них, лежащих в его постели, Элис испытывала боль, хотя она не могла винить его одного и больше не верила, что он сделал это специально, чтобы опозорить ее отца.

Уолтер видел, что в Элис идет борьба, и пылко схватил ее за сжатые пальцы.

— Вы должны понять, кто будет следующей жертвой Дьявола. — Он серьезно посмотрел в широко раскрывшиеся зеленые глаза. Без сомнения, Элис в замешательстве, и он мог продолжить высказывать свои подозрения.

Уолтер слишком хотел достичь цели, к которой он так долго и упорно шел, и не заметил, что рядом стояли мать и сын и с презрением слушали его обвинения против графа. Но он все равно не обратил бы внимания на них, когда цель была так близка.

— Теперь барон Халберт потерял даже право устроить свою дочь, как он того хотел, — слишком уверенно сказал Уолтер. — Очевидно, в награду за участие в подготовке бумаг, по которым вашего отца обвинили в предательстве, Дэйру-Дьяволу было обещано аннулирование вашего брака. Теперь он будет искать возможности жениться на вас.

Элис быстро моргнула. Дэйр женится на ней? Это глупое предположение, но Уолтер уверенно продолжал:

— Наш хозяин, без сомнения, знал, что ваш отец никогда не разрешит союз между его любимой дочерью и мерзким червяком, опозорившим его жену прелюбодеянием. Это было хитроумно спланировано: отстранить вашего отца и очистить путь к достижению своей цели — обесчестив Халберта, жениться на вас.

Элис выпрямилась и медленно покачала головой. Отголоски обвинения Уолтера соединились с воспоминаниями об обвинениях Дэйра, что внесло еще большую неразбериху в ее мысли, вихрем проносившиеся в голове. От этого безумия у нее закружилась голова. Неужели, правда, что Дэйр хотел жениться на ней? Она еще раз покачала головой, чтобы рассеять несбыточные надежды.

Несмотря на разговоры Дэйра о вечной связи, существующей между ними, он испытывал к ней не более глубокое чувство, чем желание физической близости, такое же, как перед тем к Сибиллин. Он получил то, что хотел, а потом бросил ее. Не повторится ли то же самое с ней? После жарких объятий Дэйр предупредил ее, что больше этого не должно быть никогда. Быть может, ее замужество всего лишь удобный предлог для отказа? А теперь ему неприятно, что после аннулирования брака она может ожидать от него чего-то большего, и поэтому Дэйр так резко покинул ее? Она нарочно распаляла себя. У нее хватит гордости, чтобы не навязываться ему.

— Как граф, Дэйр имеет возможность найти себе намного более выгодную пару. Он не будет связывать себя с девушкой, имеющей такое ничтожное приданое. — Элис скрыла под опущенными ресницами, как ей больно, что это правда. И яростно добавила: — Все так и есть.

Она встала, повернулась к Уолтеру спиной и гордо приблизилась к двум явно раздраженным наблюдателям.

— Клева, я прошу тебя поручить мне какое-нибудь дело.

Клева с сомнением посмотрела на молодую женщину.

Не будет ли лучше для нее в одиночестве подумать обо всех ужасах, сказанных здесь этим странным человеком, и понять, как они глупы? Кроме того, леди Элис только что получила сообщение, изменившее всю ее жизнь. Несомненно ей следует побыть одной…

— Пожалуйста, Клева, займи мои руки и освободи меня от мыслей.

Элис поняла, почему ее наставница не может принять решение, она неправильно понимает ее чувства.

— Лучше всего пошли меня отнести лекарства больным в деревню. Там, за пределами замка, свежий воздух поможет мне обдумать свое будущее.

Это было логичное предложение. Клева не считала его очень разумным, но, согласившись, кивнула головой.

— Пойдемте со мной в альков, где мы работали до того, как нас позвали. — Поручение, которое она даст Элис, по крайней мере, освободит ее от излишнего любопытства слуг, несомненно не пропустивших ни одного произнесенного слова. — Есть одна женщина, всегда уверенная, что ей нужны сильные лекарства, она с радостью примет вашу помощь.