Вирджиния Хенли - Совращенная

– Делаем ставки, леди! – объявил крупье.

Когда колесо остановилось, толпа взорвалась радостными криками. Восторженные посетители оттеснили Николаса, чуть не сбив с ног и загородив собой удачливую даму в красном.

Николас понял, что пора уходить. Если он прав, эта информация куда дороже любого возможного выигрыша. Закутавшись в накидку и надев треуголку, Николас шагнул в ночь. Гроза уходила на запад, унося с собой дождь. Он пересек дорогу и спрятался в тени тихого здания, приготовившись к долгому ожиданию. Выбора у Николаса не было, нужно получить доказательства того, что дама в красном и есть Джон Итон.

Ждать пришлось недолго. Не прошло и часа, как Джоан вышла из клуба в сопровождении дородного портье. В черной кожаной сумке скорее всего лежал ее выигрыш, и эскорт наверняка вооружен. Ник затаил дыхание. Вдруг сейчас прибудет карета и умчит их прочь! Но парочка быстро свернула за угол и направилась в сторону Джермин-стрит. Ник воспрянул духом. Он досчитал до двухсот и лишь после этого последовал за ними, держась на безопасном расстоянии. Когда Джоан вошла в городской особняк под номером 10, Николас поверил в свою счастливую звезду.

Наверху зажегся свет. Ник чуть не согнулся пополам от хохота, представив, как Итон снимает корсет с кружевными панталонами, но одернул себя – сейчас не время для веселья. У него в запасе примерно час, раньше обитатели дома Итона вряд ли погрузятся в глубокий сон. Ник пошел за лошадью, надеясь на то, что документы Итона уместятся в седельных сумках.

Дом Итона встретил его тишиной и молчанием. В окнах ни огонька. Ник соскользнул с Атласа – черная тень в темноте. Белая рубашка лежала в сумке, лицо закрывала кожаная маска. Он привязал лошадь к дереву и осторожно прокрался к задней двери.

Иуда Искариот! Чертова карета исчезла! Он привалился к стене, пытаясь понять, что же произошло. Выходит, Итон поднялся наверх, переоделся и тут же поехал в Слоу. Ник отвязал кобылу и погладил ее по холке.

– Идем, красавица моя, нам предстоит нелегкая работенка.

Ник прыгнул в седло, снял маску, чтобы не мешала обзору, и поскакал по Пиккадилли в надежде нагнать Итона. Из-за ненастья всадников было мало, но поток экипажей иссяк лишь в районе Кенсингтона. Только в Чисвике он заметил громыхающий экипаж, который искал.

– Значит, так. Если эта колымага свернет на Грейт-Уэст-роуд, наш драгоценный советник будет у нас в руках.

Сверкнула молния, выхватив экипаж из пелены дождя, и губы Ника изогнулись в ухмылке. Кучер свернул на тракт!

– Теперь главное – добраться до Хаунслоу, опередив их, красавица моя!

Николас точно знал, в каком месте карета съедет с большака. Другого пути к Слоу нет. Николас пришпорил лошадь и не снижал темпа, пока не очутился на перекрестке у Шутерс-Хилл. Густой лес по обеим сторонам проселочной дороги являлся идеальным укрытием.

Николас привязал Атласа к дереву и завалил дорогу дубовыми ветками там, где начинался резкий подъем. Тяжелому экипажу такое препятствие, конечно, не помеха, но лошади испугаются, наткнувшись на неожиданное препятствие. Он снова сел в седло, надел маску, вытащил пистолеты и проверил наличие сухого пороха.

Стук копыт Николас услышал задолго до того, как в темноте появились бледные пятнышки фонарей. В такую погоду проку от них кучеру маловато, а вот человеку, молча наблюдавшему за экипажем из-под развесистого дуба, они ох как пригодились. Николас терпеливо ждал, сердце его билось ровно. Страха он не испытывал. Вор не он, а Итон. Он просто намерен восстановить справедливость. Экипаж прошел самое топкое место под названием Собачья Яма, сбавил скорость и начал подъем. В этот момент лошади заржали от страха и попятились. Кучер выругался, спрыгнул с облучка и взял ведущего под уздцы.

Дверца кареты распахнулась.

– Какого черта ты делаешь? Почему остановились? – послышался раздраженный голос Итона.

– Не волнуйтесь, сэр. Ничего страшного. После бури дорогу завалило ветками, только и всего.

– Ну так расчисти ее, идиот!

Всадник в маске ухмыльнулся, заметив, что кучер оставил мушкет на облучке. Ник поднял пистолеты и направил лошадь к открытой дверце кареты.

– Встать! – Глубокий грозный голос не терпел возражений. Джон Итон с тоской заглянул в двенадцатидюймовые дула пистолетов и повиновался. Кучер резко выпрямился, судорожно сжимая в руках ветку. Разбойник с большой дороги сделал знак пистолетом, пальцы кучера разжались, ветка выпала, а сам он присоединился к хозяину.

– Давай барахло! – Ник навел на них оружие.

Итон вытащил из кареты огромный саквояж и бросил на дорогу. Но выигрыш-то лежал в кожаной сумке!

– Все барахло! – Ник прицелился Итону в голову.

Итон неохотно достал из-под сиденья сумку с деньгами.

– Тебе не уйти с этим!

– Ты угрожаешь мне?

Итон швырнул сумку на дорогу рядом с саквояжем.

– Ты! – обратился Николас к кучеру. – Я сказал – все барахло!

Когда мужчина полез в карету за металлической коробкой с папками, Итон запротестовал:

– Нет, остальное – мои личные бумаги. От них вам никакого проку.

– Выгружай или умрешь!

Кучер аккуратно спихнул коробку на землю, не отрывая взгляда от пистолетов. Итон замолк.

– А теперь пошли вон! – приказал разбойник.

Не успели злополучные путешественники пройти двадцати пяти ярдов, как Николас уже перекладывал бумаги и документы в свои седельные мешки. Кожаную сумку он приторочил к луке седла, саквояж и пустой короб спрятал за дубом. Ник сел в седло, пальнул из пистолета и скрылся под покровом ночи.

Глава 26

Ник находился менее чем в двух милях от Хаттон-Холла. К несчастью, Джон Итон тоже. Ник понимал – как только Итон с кучером вернутся к экипажу, они направятся прямиком в Хаттон. Николас черной молнией летел навстречу ветру и остановился только у конюшен. Он завел кобылу в стойло, накрыл ее попоной, зажег фонарь и сдвинул в сторону копну сена, скрывавшую люк в деревянном полу. Через несколько минут всадник с лошадью исчезли в туннеле.

Добравшись до другого конца, выходившего к подвалам Хаттон-Холла, Ник избавил Атласа от седельных мешков и кожаной сумки Итона, снял с нее седло вместе с пистолетами, вытер лошадь когда-то белой рубашкой, снова укрыл ее теплой попоной и почесал животное за ушами:

– Без тебя я бы не справился, красавица моя.

Позаботившись о лошади, Николас снял с себя мокрую одежду, устроился на полу, прислонившись спиной к стене, поставил рядом фонарь, вытряхнул содержимое сумок и начал просматривать папки Итона.

Через час Джон Итон уже стучал в дверь Хаттон-Холла. Мистер Берк наспех оделся и пошел открывать.