Кристи Келли - Скандальная тайна

Все, чего она хотела, — лечь в кровать и забыть об этом дне. Но Софи настаивала на разговоре.

— Элизабет, ты действительно считаешь, что спала с герцогом только для того, чтобы удержать его в Англии?

— Мне не хочется об этом говорить.

— Но я не верю этому, — сказала Софи.

— Что ты хочешь этим сказать?

— Я много думала над всем этим. Могло ли быть так: ты посчитала, что должна быть причина того, что ты поддалась его обаянию, и придумала себе оправдание?

Элизабет снова мысленно возвратилась к событиям того дня. Она пребывала в совершенном смятении из-за последних событий в семье, а с Уиллом было так хорошо.

— Я испугалась, Софи. Если бы он вернулся в Канаду или Америку, я снова оказалась бы совсем одна.

— Ты и раньше была одна, — заметила Софи.

— Но после того как я полюбила его и его семью, я почувствовала, что без них буду очень одинокой.

Внезапно входная дверь распахнулась, и появился лорд Сомертон.

— Софи! Где вы, черт побери?

Софи закатила глаза.

— Я здесь, Сомертон.

Лорд Сомертон ворвался в гостиную и увидел Элизабет.

— Слава Богу!

Он подошел к ней и поднял ее с места.

— Что вы делаете? — воскликнула Софи.

— Ей придется пойти со мной.

— Почему? — в один голос воскликнули Элизабет и Софи.

Сомертон обернулся к Софи:

— Он сейчас у леди Уайтли.

Софи широко раскрыла глаза:

— Вот оно что! Как вы узнали?

— Она прислала ко мне слугу. — Теперь он снова обратил свой взгляд на Элизабет.

— Это должно быть ее решение, — сказала ему Софи.

— Проклятие, у нас нет времени. Леди Элизабет, вы любите Уилла?

— Да, — тихо призналась она.

— Согласны ли вы, делать все возможное, чтобы вернуть его? — спросил Сомертон.

Чтобы вернуть его? Но разве он у нее был? Она не знала. Может быть, это подскажет ей.

— Элизабет, тебя всегда будут считать дочерью герцога. Независимо ни от чего, — сказала Софи. — Ты любишь Уилла. Так получи его.

Сомертон смотрел на нее, теряя терпение.

— Так вы сделаете все возможное, чтобы завоевать его?

— Да, — Элизабет казалось, что они говорят на разных языках, но каким-то образом превосходно понимают друг друга. — Пожалуйста, скажите мне, о чем вы говорите?

— Герцог сейчас у леди Уайтли, — начала Софи.

— Кто такая леди Уайтли? Я никогда раньше не слышала о ней, — сказала Элизабет.

— Леди Уайтли заведует э-э… — Софи беспомощно посмотрела на Сомертона.

— У нее бордель, — сказал он. И Уилл сейчас там. Если вы не поедете туда, он может совершить огромную ошибку.

Бордель. Уилл в борделе.

— Почему?

— Объясню в карете, — сказал Сомертон. Он повернулся к Софи: — За это вы должны мне гораздо больше, чем просто имя.

— Справедливо, — отозвалась Софи.

Элизабет взяла шляпку и пошла вслед за Сомертоном к карете. Приступ страха заставил ее похолодеть, Она слишком мало знала об этом человеке, чтобы ехать с ним вдвоем в карете.

— Что еще не так? — нетерпеливо спросил Сомертон.

— Мне… мне не следует одной ехать с вами в карете.

Сомертон громко рассмеялся.

— Это меньше всего должно вас беспокоить, леди Элизабет. Вы только что согласились войти в бордель, а вас беспокоит, что мы с вами будем одни в карете.

Такая мысль не приходила ей в голову.

— Мне, в самом деле, нужно будет войти в бордель?

Сомертон протянул руку, чтобы помочь ей сесть в карету.

— Да, дорогая. Если, конечно, вы хотите уберечь его от огромной ошибки.

— Конечно, — ответила она.

— Тогда все отлично. Леди Уайтли занимает его виски и беседой. Вы пройдете через черный ход, и вас проведут в кабинет.

— Что я должна буду делать?

Сомертон застонал.

— Надеюсь, мне не надо объяснять вам это?

Элизабет взглянула на него и пожала плечами.

— Соблазните его. Пожалуйста, скажите мне, что знаете, как это делается.

Элизабет густо покраснела. Хорошо, что в карете было темно, и Сомертон не заметил этого.

— Разумеется.

— Черт. Вы не знаете, что делать, — Сомертон запрокинул голову и уставился в потолок кареты. — Соблазните его, Элизабет. Пусть он захочет вас так отчаянно, что скажет вам все, что угодно.

Она не выговорила ему за то, что он обратился к ней столь фамильярно, хотя и следовало бы.

— Но как?

— Леди Уайтли снабдит вас очень откровенным платьем. Подчеркивающим ваши достоинства. Дайте ему увидеть, что он теряет.

— Но он узнает меня. Он так сердит на меня, что, скорее всего, просто вышвырнет из комнаты, как только увидит.

— Справедливое замечание. Я позабочусь, чтобы леди Уайтли снабдила вас маской. Оставьте только несколько свечей, чтобы в комнате был полумрак. Не позволяйте ему снять с вас маску, пока он не осознает, какую ошибку совершил. Заставьте его просить прощения у ваших ног.

Это ей надо молить о прощении, не Уиллу.

— Что, если из этого ничего не получится?

— Вы считаете, что не стоит даже пытаться? Что лучше возвратиться к Софи, так и не узнав, смогли бы вы это сделать или нет?

Карета замедлила ход и остановилась. Элизабет выглянула и увидела, что они прямо перед домом Виктории. Ее подруга никогда не говорила, что рядом находится бордель. Может быть, Виктория не знает о нем. В этом районе их как будто нет.

— Я испробую ваш план, — наконец сказала Элизабет.

— Хорошо. — Сомертон вышел и подал ей руку.

— Я попрошу, чтобы одна из девушек рассказала вам, как лучше всего действовать.

— Чудесно, — сказала она, идя рядом с ним. Теперь она будет брать уроки у проститутки. Как она дошла до этого?

К черному ходу Элизабет шла с низко опущенной головой. Она надеялась, что Виктория не смотрит в окно и не увидит ее. Они прошли внутрь дома. Сверху доносились голоса.

— Добро пожаловать, лорд Сомертон.

Элизабет обернулась, чтобы увидеть, кто заговорил с Сомертоном таким обольстительным голосом. И обомлела. На красном платье женщины был разрез до середины бедра, и при каждом шаге он широко открывался.

— Добрый вечер, Венера, — сказал Сомертон.

Он знает эту женщину? Этот человек еще более испорчен, чем она предполагала.

— Леди Уайтли просила меня помогать вам во всем, — сказала женщина.

— Моей подруге может понадобиться истинно женский совет по искусству обольщения. — Сомертон с улыбкой шагнул к Венере.

— Не думаю, что с этим будет сложно, — ответила Венера, улыбаясь. — Идите со мной.

Элизабет пошла к женщине, потом оглянулась, Сомертон ободряюще улыбнулся ей.

— Завоюйте его, Элизабет, — сказал он. — Заставьте его молить о прощении.