Сари Робинс - Незнакомка под вуалью

– Тебя послушать, так я святой! – В комнату вошел Стил.

У него было небритое лицо, усталые глаза, одежда грязная и помятая. Более красивого мужчину Абигайль в жизни не видела.

Ее пронзил восторг; не раздумывая, она подпрыгнула и бросилась ему на шею.

Стил ее обнял, прижал к себе и шепнул на ухо:

– С твоим братом все в порядке.

– Слава Богу!

– Благодари сэра Ли. Он заключил сделку, Люциферу пришлось отпустить Регги.

– Какая еще сделка?

– Все, что сказал сэр Ли, – Люцифер больше никогда нас не тронет.

Абигайль задрожала.

– Не бойся. – Стил крепче прижал ее к себе. – Сэр Ли знает, что делает. Вообще-то он меня заверил, что сумеет убедить лорда Бернуика снять все обвинения с твоего брата.

Она отпрянула; в серо-голубых глазах светилось неподдельное изумление. Стил усмехнулся:

– Ручаюсь, этот старик знает все чужие секреты. Остается радоваться, что он на нашей стороне.

Абигайль обняла Стила и горячо прошептала:

– Я должна отплатить ему! Я так ему обязана!

– У сэра Ли свои понятия о том, кто кому должен. Он ждет ответа от Регги, – ответил Стил. Поглаживая золотые волосы Абигайль, он убедился, что они действительно нежные, как шелк. – Сэр Ли считает, что ему нужна дисциплина и организация.

– Армия?

– Сентинелы! Гейбриел и братья Катлеры вышибут из него дурь и заставят заняться чем-то полезным.

– И Регги согласен?

– Он благодарит Бога, что жив и вырвался из клещей Люцифера. Он готов заплатить всем, что у него есть. – Стил подмигнул Абигайль. – Твой брат в ужасе от того, что сделал. Боится, что ты его не простишь.

Абигайль нахмурилась:

– Я в ярости от поступка гаденыша… Но он не хотел нам вреда и, когда понял свою ошибку, постарался помочь. Когда я ждала, не зная, жив он или мертв… – Прелестное лицо Абигайль смягчилось. – Он мой брат. Я хочу его простить.

Стил просиял. Редко встретишь женщину, у которой чувство справедливости так совпадает с его собственным мнением.

– Ты изумительная. Ты хоть представляешь себе, как я тебя люблю? – Стил вздохнул и поцеловал ее в щеку.

– Я этого не вынесу! – Бенбрук поднялся с кресла. – Я тебе не позволю флиртовать с этой… этой…

Стил взглянул на него и железным голосом отрезал:

– Если вы скажете хоть одно оскорбительное слово про мою будущую жену, мой дом будет навсегда для вас закрыт.

– Жену? – возопил Бенбрук.

– Да, жену. – Стил похлопал по карману, где лежало разрешение на брак. – У заместителя генпрокурора есть кое-какие привилегии, одна из них – быстрое оформление документов. Здесь у меня лицензия.

Стил положил Абигайль руки на плечи. Он все еще изумлялся тому, как она защищала его перед Бенбруком…

Никогда раньше Стил не встречал в женщине такой преданности. Никогда в жизни он не чувствовал такой любви к себе и полного одобрения своих поступков.

– Моя маленькая львица, – восхитился он. Бенбрук шагнул к нему.

– Ах, Стил…

– Уйдите.

– Я не сделаю тебя наследником, – предупредил Бенбрук.

– Идите к черту со своими деньгами, мне они не нужны!

Бенбрук фыркнул:

– Я с самого начала говорил, что ты только временный опекун.

Стил сжал плечи Абигайль, ему была нужна ее сила. Абигайль смотрела на него с любовью и преданностью, ее вера в Стила как в отца дала ему мужества сказать тестю:

– Пожалуйста, не забирайте Сета и Феликса. Я сделаю все, что требуется, только бы их не потерять. Если надо – уйду в отставку. Я сделаю все, чтобы Сету и Феликсу было хорошо.

У Бенбрука в глазах стояли слезы.

– По-моему… по-моему, я тебе верю.

От избытка чувств у Стила изменился голос:

– Я уверен в каждом слове. Я люблю этих мальчиков всем сердцем.

Бенбрук отвел глаза, медленно опустился в кресло.

– По-моему, мне пора…

Стил напрягся.

– Пора что?

– Пора перестать быть педантом. Я не знаю, с чего я поднял шум. Привычка, наверное. – Бенбрук поморщился и вздохнул. – Дейдре тебя выбрала, и она была права. Кажется, у тебя светлая голова на плечах… и плечи подходящие. И мальчики обожают мисс Уэст. Просто… – Он облизнул губы. – Просто я не привык ко всем этим… переменам. Это трудно.

– Не должно быть трудно, мы можем оставаться одной семьей. Сету и Феликсу нужны не только отец и мать, дедушка им тоже нужен.

Бенбрук смотрел в окно.

– По всему видно, дети здесь счастливы… Полагаю, я мог бы купить дом в Лондоне… чтобы быть ближе… Годы идут… – Он глубоко вздохнул, расправил плечи и встал. – Пожалуй, я поеду. – Бенбрук направился к двери, но остановился. – Кстати, чтоб вы знали: я рассчитываю быть приглашенным на вашу свадьбу.

– Конечно. – Стил наклонил голову. – Вы – член нашей семьи.

Бенбрук слабо улыбнулся:

– Ну и хорошо. – Кивая сам себе, он вышел из комнаты.

После его ухода Стил посмотрел на женщину, которую обожал:

– Выйдешь за меня, Абигайль? Сделаешь меня счастливейшим из людей?

Глаза Абигайль почему-то наполнились слезами, у нее вдруг стал такой несчастный вид, что у Стила сжалось сердце.

– Что случилось, дорогая?

– Я не знаю, захочешь ли ты на мне жениться, – ее голос дрогнул, слезы заливали лицо, – когда услышишь, что я расскажу.

Стил пальцем отер ей слезы со щек.

– Я люблю тебя. Что бы ты ни рассказала, это ничего не изменит.

Абигайль проглотила слезы, выпрямилась.

– Я… я… та женщина в черном… которую ты знаешь как вдову… с Чаринг-Кросс.

Стил замер.

Потом разрозненные куски сложились в законченную мозаику. Регги.:. Вдова искала какого-то человека… который был связан с Люцифером Лаверти. Вдова быстро соображала и ловко дралась… Абигайль сумела справиться с Карлтоном и сегодня ночью с Девонширом. Отчаянное томление Стила к вдове и страсть, которую в нем разжигает Абигайль.

Стил покачал головой и хохотнул.

– Что тут смешного?

Стил притянул Абигайль к себе, вдохнул знакомый запах вереска и женщины, которую обожал. Он громко рассмеялся.

– Не важно, какую жизнь я вел, не важно, куда повернул, – ты была создана для меня! Я был слеп, что не видел этого раньше!

– Не видел что?

– Что ты предназначена мне в жены!

Отодвинувшись, Абигайль неуверенно вглядывалась в его лицо.

– Но ведь я распутница, неподходящая…

– Ты прекрасно мне подходишь, ночью и днем. Ты моя, и ни одно твое слово не убедит меня в противном.

– Честно? – У нее по щекам катились слезы, но она улыбалась.

– Абсолютно!

Обняв Стила руками за щеки, Абигайль просияла сквозь слезы.

– Клянусь, я сожгу костюм вдовы, вуаль, башмаки – все!

– Пожалуйста, не делай этого. – Он говорил игривым тоном, с порочной улыбкой. – На свадьбу, конечно, ты наденешь белую вуаль, но в спальне… черная нам прекрасно подойдет.