Эмма Уайлдс - Грешная тайна

После некоторого колебания леди Тейлор поднялась на ноги, и Джулианне показалось, что испанка немного смутилась, взглянув на своего спутника. Чуть порозовев, она сказала:

— Да, Лоренс, ты прав, нам пора. — Повернувшись к Джулианне, гостья едва заметно кивнула, — Было очень приятно видеть вас, леди Лонгхейвен.

Через несколько секунд молодые супруги остались наедине, если не считать малышку Хлою, все еще прижимавшуюся к Джулианне. Та взглянула на мужа и тихо сказала:

— Я понимаю, что помешала. Но поверьте, я действительно не знала, что здесь кто-то есть. А Хлоя очень рано проснулась, и я…

— Дорогая, не нужно извиняться, — перебил Майкл. — Они все равно уже собирались уходить.

Джулианна молча пожала плечами. Возможно, она могла бы и поспорить с мужем, но ей не хотелось делать это на глазах у Хлои, все еще смотревшей на стоявшего перед ней мужчину с-изумлением и даже некоторым страхом.

Но если малышка и впрямь испугалась маркиза, то в этом не было ничего удивительного. Высокий, широкоплечий, в элегантном сером костюме, он выглядел очень внушительно, и едва ли Хлое когда-нибудь приходилось видеть такого человека — во всяком случае, в нескольких шагах от себя.

Что же касается Джулианны, то ей сейчас ужасно хотелось кое о чем спросить мужа — слишком уж странным казался утренний визит леди Тейлор и мужчины со шрамом на щеке, назвавшимся капитаном, — однако она прекрасно понимала, что сейчас не время задавать вопросы.

Внимательно посмотрев на малышку, вцепившуюся в ее руку, она почувствовала, что девочка понимает гораздо больше, чем должны понимать дети в ее возрасте. Было ясно, что Хлоя необычайно умна для своих неполных трех лет. Накануне девочка заснула от усталости еще на руках у Майкла, а вот сама она спала очень беспокойно. Утром же, посмотрев в зеркало и увидев под глазами темные круги, она приготовилась к тому, что и этот день станет очень тяжелым.

Опустившись перед малышкой на колени, Джулианна улыбнулась ей и проговорила заговорщическим шепотом:

— Дорогая, это твой дядя Майкл.

Маркиз вдруг ужасно смутился. Да, как странно, но такая обычная фраза смутила столь уверенного в себе Майкла Хепберна. От Джулианны не укрылось его замешательство, и она мысленно улыбнулась.

Майкл же, откашлявшись, пробормотал:

— Доброе утро, Хлоя. — Он снова обратился к Джулианне: — Вы нашли для нее что-нибудь приличное из одежды?

— Моя горничная сказала, что у кухарки есть внучка такого же возраста. Она была очень рада помочь.

— Если слуги уже знают об этом, то, наверное, очень хорошо, что я попросил горничную матери сообщить мне, когда она проснется. Будет лучше, если герцогиня узнает о малышке от меня, а не из пересудов слуг. — Едва заметно усмехнувшись, он добавил: — А ведь наверняка уже ходят слухи, что она моя.

Джулианна тихо вздохнула.

— Я заметила, как отреагировала леди Тейлор. Так что ничего удивительного, что слугам пришла в голову та же мысль.

Маркиз нахмурился и проворчал:

— Да, вы правы… Ведь у меня не столь безупречная репутация, как у Гарри. Если честно, то я очень удивлен этой его беспечности и неосмотрительности. — Несколько секунд помолчав, он со вздохом заявил: — Теперь-то я понимаю, что вы почувствовали, узнав об этой истории.

Проигнорировав последние слова мужа, Джулианна сказала:

— А сходство поразительное.

— Да, действительно.

— И капитан Лоренс был прав, когда посоветовал леди Тейлор произвести простейшие подсчеты, — продолжала Джулианна. — Вы ведь находились в Испании в то время.

Майкл весело рассмеялся.

— Ох, моя дорогая, вы даже не представляете, как часто солдаты становятся отцами незаконнорожденных детей. Однако все это сейчас не имеет значения. Мне все равно, что подумают люди, и меня заботит совсем другое. Я думаю о том, как отреагируют на эту историю мои родители. — Он помолчал, потом добавил: — Прошедшей ночью, когда я размышлял о том, что с этим делать… В общем, я подумал, что, быть может, мне следует взять ответственность на себя, но боюсь, что для вас это было бы слишком тяжело. Сплетники, без сомнения, с жадностью набросятся на такую новость. И конечно же, все будут говорить о том, что это я уговорил вас принять моего незаконнорожденного ребенка.

— А вы полагаете, сплетники не скажут ни слова, если узнают, что я воспитываю ребенка мужчины, за которого должна была выйти замуж? — спросила Джулианна. — Поверьте, в обоих случаях разговоры будут примерно одни и те же; Так что лучше сказать правду. Правда всегда предпочтительнее. К тому же вы и так принесли достаточно жертв…

Майкл взглянул на жену вопросительно, и она пояснила:

— Вы ведь женились на мне против воли. Однако не забываете о своем долге перед семьей, поэтому делаете то, что вам следует делать. И я уверена: когда вы станете герцогом, то будете исполнять свои обязанности с достоинством и чувством долга. Но все же мне кажется, что вы не очень-то задумываетесь о личном счастье, — и именно это меня беспокоит.

— Неужели? — спросил он почти шепотом. — Вас действительно это беспокоит?

Она тотчас же кивнула:

— Да, очень сильно беспокоит. И имейте в виду: я не позволю вам рисковать. Ведь взяв вину на себя, вы можете столкнуться с осуждением родителей, хотя явно этого не заслуживаете. Кроме того, Хлоя вовсе не ошибка, а благословение. Да, конечно, Гарри, возможно, не был образцовым сыном, не был совершенством, но я уверена: когда ваши родители узнают об этом, то не станут любить его меньше.

— Для особы столь юной и неопытной вы, моя дорогая, довольно проницательны. Но поверьте, я вовсе не считаю, что когда-либо жертвовал собой. Думаю, будет правильнее сказать, что я в некоторых случаях не слишком о себе задумываюсь. Что же касается моих родителей, то вы, без сомнения, правы. Когда они узнают об этой истории, их отношение к Гарри не изменится. Да, они будут любить его по-прежнему.

— Да, по-прежнему… — кивнула Джулианна и вдруг почувствовала, что у нее перехватило горло.

Сейчас муж смотрел на нее так, как будто было не десять часов утра, а поздний вечер. И казалось, что если бы дверь библиотеки не была приоткрыта и с ними не было бы Хлои, то он заключил бы ее в объятия и принялся целовать со страстью и нежностью.

Да, теперь между ними была не только страсть — по крайней мере она очень надеялась на это.

— Дорогая, а я думаю о вас, о вашем счастье. — Майкл сделал шаг к жене, но тут же замер, увидев, что Хлоя в испуге прижалась к ней. Грустно улыбнувшись, он сказал: — Малышка боится меня.

Стараясь успокоить девочку, Джулианна положила руку ей на плечо. «Неудивительно, что малышка робеет, — подумала она со вздохом. — Ведь прежде ее жизнь была очень трудной…»