Лиза Клейпас - С тобой навсегда

«Это ничего не меняет, – убеждала она себя. – Не имеет значения, что он, может быть, все еще страстно желает меня, глупо беспокоиться…»

Но она не могла отрицать, что ей приятен его взгляд, да, очень приятен. И хотя между ними все кончено, Мира была горда, глядя на него; сегодня он был особенно красив.

В его внешности была какая-то невыразимая притягательность, его мужественность привлекала так, как способны привлекать немногие мужчины. Он не был похож на человека, который принимает близко к сердцу фантазии о сказочных принцессах и рыцарях на белоснежных конях. Когда женщина смотрит на него, она невольно думает о запретных наслаждениях и тайных встречах. Он был человеком, созданным для того, чтобы разбивать женские сердца. Но даже зная все это, как она могла устоять перед ним? Быть рядом с таким мужчиной, даже недолго, мечтает каждая женщина.

Розали тоже заметила Алека.

– Я встречала этот костюм раньше, – тихо сказала она, когда убедилась, что Рэнд и Карр увлечены разговором, – но должна заметить, что не всем он к лицу. Боюсь, что здесь он слишком уместен.

Высокая, широкоплечая фигура Алека была облечена в черные бриджи, темно-красный камзол, высокие сапоги. Его голова оставалась непокрытой, и черные волосы блестели, как агат. На шее на цепи висел золотой крест, а на боку – меч.

– Что это за костюм? – шепотом спросила Мира, вопросительно глядя на Розали.

– Капитан Бартоломео Роберте – можно догадаться по кресту. Пират. Как гласят легенды, он был убит в сражении в шестнадцатом веке. Героический персонаж, хотя имел не слишком добрую славу.

– Я собираюсь танцевать с ним, даже если мне потребуется вся ночь, чтобы добиться приглашения, – сказала Елена, проследив за взглядом Розали, смотревшей на Алека.

– Желаю удачи, – прошептала Мира, потупив взгляд; как она ни старалась сдержаться, улыбка скользнула на ее губах. Сегодня ее не беспокоит, что другая женщина в «Павильоне» имеет виды на Алека Фолкнера. Минуту назад он смотрел на нее, только на нее, и от сознания этого она была счастлива.

Бал продолжался, и Миру буквально засыпали приглашениями на танцы, знакомили все с новыми и новыми гостями. Розали была заметно довольна успехом Миры, в особенности тем, что Карр прилагал все усилия, чтобы привлечь к себе ее внимание. Бал был прерван на несколько минут, когда объявили, что король чувствует легкое недомогание и не сможет в этот вечер присутствовать на празднике.

Некоторые гости казались расстроенными известием, но никто не удивился, поскольку всем была известна леность монарха.

Мира с Карром стояли в окружении небольшой группки молодежи рядом со столом с прохладительными напитками и пуншем и непринужденно болтали. Мира смеялась милым шуткам, когда случился неприятный инцидент. Мисс Генриетта Лестер, легкомысленная и пустая девушка, случайно уронила свой бокал с пуншем, обрызгав всех, кто находился поблизости.

Мисс Лестер покраснела от неловкости, стала извиняться, и пока слуги ликвидировали следы беспорядка, залилась слезами.

Карр и другие молодые люди старались успокоить ее, а Мира отошла в дальний угол зала, чтобы как-то возместить ущерб-, нанесенный ее платью. Юбка и сапожки были залиты пуншем, пятна от которого отчистить было невозможно.

– О Господи! – недовольно произнесла она, вытирая салфеткой испорченную одежду и не думая, что кто-нибудь может слышать ее. Звуки музыки перебивали всхлипывания и восклицания мисс Лестер, и Мира поморщилась. – Не надо так разоряться. От твоих слез никому не станет легче…

Но тут недовольство Миры было прервано чьим-то удивленным смехом:

– Примите мои соболезнования.

Мира обернулась и увидела пожилую женщину, сидевшую за изящным столиком. Больше никого рядом не было, и Мира удивилась, почему никто не составит компанию этой даме с проницательным аристократическом лицом. Она была хрупкой и худощавой, с проседью в волосах и с живыми, несколько хищными чертами лица.

– Простите, я не знала, что кто-нибудь может слышать меня, – подыскивая слова, проговорила Мира. – Вы, наверное, подумали, что я несправедлива…

– Я подумала, что вы весьма благоразумны, – ответила женщина, указывая на испачканное платье Миры. – Продолжайте, возможно, вам удастся отчистить…

Что это?

– Пунш, – сказала Мира, возвращаясь к своему занятию. – Я восхищалась этим превосходным пуншем, пока он не был пролит на мой костюм.

– Возьмите платок, – предложила пожилая женщина, вынимая из сумочки небольшой батистовый платок и протягивая его Мире. Он выпал из бледной тонкой руки и упал на пол. – Проклятие, я уронила его, – сказала она, и Мира улыбнулась, обнаружив, что, кроме нее, здесь есть и другая женщина, которая умеет эффектно выразиться. – Черт побери, да где же он? – Женщина слегка наклонилась вперед, оглядывая пол и не находя платка. – Проклятие, моя компаньонка отошла на несколько минут и некому помочь мне. Этой девицы нет рядом как раз тогда, когда она нужна.

Мира наклонилась и подняла платок. Она внимательно вгляделась в лицо женщины, и сердце Миры сжалось от сострадания, когда она увидела затянутые чуть белесоватой пеленой зрачки и поняла, что женщина плохо видит.

– Мадам, – сказала она, аккуратно вкладывая платок в руку женщины, – разрешите мне задать вам вопрос.

– Задавайте, – сказала та резко, будто давно была утомлена вопросами.

– Вы не относитесь к людям, которых легко обидеть, я это вижу…

– Разумеется! – прозвучал негодующий ответ.

– Тогда, – продолжала Мира, – я не могла не заметить, что вы.., что вам было трудно смотреть…

– Детка, с моими глазами все в порядке. Теперь давайте распрощаемся, бегите танцевать со своими…

– Я рада, что синими все в порядке. – Мира нервно растирала пятна пунша, которых уже почти не осталось. – Я просто подумала, что если вы не очень хорошо видите.., я могу помочь вам.

– Вы? Да вы только вчера из пеленок. Идите.

– Да, мадам. Спасибо за то, что предложили мне… – Голос Миры оборвался, когда женщина нетерпеливо махнула рукой.

Слегка пожав плечами. Мира вернулась к столу, где Карру удалось наконец-то успокоить Генриетту Лестер, пригласив ее на танец. В одном из поворотов танца он через плечо своей партнерши посмотрел на Миру и сделал такое мученическое лицо, что Мира рассмеялась. Ее внимание привлек Рэнд, танцующий с одной из своих кузин, у него было вежливое и внимательное выражение лица, которое означало лишь то, что он находится в смертельной тоске.

Улыбка Миры уступила место задумчивости. Если Рэнд не танцует со своей женой, то где Розали?

Найти красное с золотом платье Розали среди других не представляло никакого труда. Она танцевала с мужчиной, которого Мира не знала. По довольному лицу Розали можно было догадаться, что ее партнер – Джордж Канинг.