Барбара Смит - Невинная грешница

— И тебя отправили в тюрьму?

Дрейк покачал головой.

— Я жил на улице уже довольно долго и научился некоторым трюкам. Я сумел убежать от его людей. Ведь мы находились на первом этаже, вот я и выпрыгнул в окно.

Алисия ничего на это не сказала. Она стояла в полумраке прямая, как колонна за ее спиной. Розовое платье облегало ее женственные формы, волшебное тело, до которого ему всегда хотелось дотронуться. Ему так хотелось знать, о чем она думает. Хотя бы чуть-чуть она его понимает?..

Каким же ослом он был, как смог обидеть ее! Дрейку хотелось подойти к ней, заключить в объятия, услышать, как она шепчет ему о своей любви. Протянув руки, он шагнул к ней.

— Алисия, я очень сожалею…

— Не вздумай дотронуться до меня, — сказала она ледяным тоном.

Он остановился в растерянности, что случалось в его жизни крайне редко. Она смотрела на него, храня ледяное спокойствие, и это напомнило ему Алисию в день их свадьбы. Похоже, она смотрела на него так же — презираемый ею незнакомец.

И он чувствовал себя таковым, презренным обманщиком.

— Если ты разрешишь, мы можем все спокойно и взвешенно обсудить… Я приведу тебе свои аргументы.

— Не пытайся спрашивать о моих аргументах. — Алисия скрестила руки на груди. — Мне теперь все ясно. Ты был весь в ожидании тогда, во время нашего первого бала. Ты искал лорда Хейлстока. Хотел похвалиться перед ним своим присутствием на светском рауте.

— Он старался перекрыть мне путь в свет…

— И ты запретил мне общаться с Джеймсом. И вовсе не потому, что он тщеславный и своекорыстный аристократ, как ты говорил, а потому, что он твой единокровный брат.

— Имели значение оба факта. Он высокомерный сноб.

— Ты был весьма изобретателен в своих попытках оградить меня от него, — продолжила Алисия перечень его грехов. — Ты использовал свои чары, чтобы манипулировать мной. Ты прибег даже к совращению в тот день в… игорном доме.

В тот день он залез ей под юбки и ласкал рукой до тех пор, пока она не достигла оргазма.

— Тебе понравилось то, что я сделал.

— Ты не дал мне возможности выбора, — возразила Алисия. — В твоей жизни все подчинено мести. Я не удивлюсь, если даже моего ребенка ты рассматриваешь, как возможность досадить его светлости. — Она приложила руки к животу, словно желая защитить малыша от этого бессовестного человека.

Последнее обвинение Алисии ошеломило Дрейка. Он не мог найти слов, чтобы выразить восторг, когда узнал о ее беременности.

Он сделал еще полшага к ней.

— Алисия… ты не права. Моя радость в отношении нашего ребенка никак не связана с Хейлстоком.

— И я должна этому верить? После того, как ты наговорил мне столько коробов лжи? — Она покачала головой. — И ты не собирался выполнять свою клятву.

— Клятву?

— Покончить с враждебностью.

— Я собирался это сделать, — пробормотал он. — Я хотел приложить максимум усилий, чтобы, во всяком случае, скрыть свою ненависть к нему.

Алисия насмешливо фыркнула.

— А если бы я нанесла визит лорду Хейлстоку или Джеймсу? Сумел бы ты одолеть свою мелочную ненависть?

— В этом нет ничего мелочного! — отбился Дрейк. — Разумеется, я хотел держать тебя подальше от Хейлстока. Он наверняка настраивал бы тебя против меня.

Алисия посмотрела на него с холодным презрением.

— Нет, Дрейк. Ты умудрился сделать это сам. — Она прошла мимо него, вошла в библиотеку и захлопнула за собой дверь.

Глава 25

Алисия должна была задать матери один-единственный вопрос.

Выйдя в тот вечер из кареты у дома, она сказала себе, что это и есть главная причина ее приезда к матери. Что ей вовсе не нужно собраться с силами для разрыва с мужем. В этот час Дрейк должен быть в игорном доме.

После ухода Дрейка миссис Молсуорт принялась хлопотать вокруг Алисии, принесла ей чай и тосты с джемом, закутала в теплый вязаный плед, затопила камин в библиотеке. На душе у Алисии было тоскливо, хотелось рыдать. Свернувшись калачиком в кресле, Алисия долго смотрела в окно на дождь, которому, похоже, не было конца. Остаток дня она провела в печальных размышлениях, которые порой сменялись слезами. Ей было больно и обидно, что Дрейк использовал ее для такой грязной цели.

И в то же время ее мучило ощущение, что она упустила нечто важное. Пытаясь разгадать эту загадку, она заснула в библиотеке и проснулась уже в сумерки отдохнувшая, со свежей головой.

И с удивительным вопросом, засевшим в мозгу. Только мама сможет дать на него ответ.

Хотя дождь превратился в изморось, лакей держал над ее головой зонт, пока она шла по дорожке, не обращая внимания на лужи. Увидев особняк, Алисия испытала сладостно-горестное чувство возвращения домой. Она успела полюбить это величественное четырехэтажное строение с высокими белыми колоннами и полосами светящихся окон. Она успела полюбить его хозяина, этого самого вероломного, бессердечного, упрямого, властного и глупого человека, который когда-либо жил на свете.

Когда Алисия поднялась по мраморным ступеням крыльца и вошла в вестибюль, она увидела миссис Нейтс, поправляющую красные тюльпаны в греческой вазе. Миссис. Нейтс повернулась, на ее лице отразился нескрываемый интерес.

— Добрый вечер, миледи.

Вежливо кивнув, Алисия направилась к центральной лестнице.

— Леди Элинор в спальне?

— Нет, она на балу с миссис Филпот. — Миссис Нейтс чуть снисходительно улыбнулась. Интересно, подумала Алисия, проявляет ли экономка действительное сочувствие к маме. — Сегодня Элинор — королева Аквитании.

Алисия собралась, было идти в бальный зал, но затем заколебалась, остановившись на первой же ступеньке. Возможно, прежде чем задавать вопрос маме, следует использовать этот шанс. Если мама глубоко вошла в роль, она не сможет сказать Алисии, где нужно искать.

Миссис Нейтс откашлялась.

— Вы должны знать, миледи, хозяин распорядился переоборудовать утреннюю столовую в спальню для лорда Скарборо, чтобы он мог без затруднений добираться туда в своем кресле-каталке. Они оба сейчас там, наводят порядок.

У Алисии екнуло сердце. Дрейк был здесь, нужно пройти всего лишь несколько шагов по коридору.

Она ощутила страстное томление во всем теле. Она может пойти к нему, простить ему все великие ошибки, сказать ему, что она останется, даже если он не может отдать ей сердце. Он отнесет ее наверх и станет любить, по крайней мере, своим телом.

Но он был со своим братом. Сыном лорда Хейлстока. Этого оказалось достаточным, чтобы вспомнить о вероломстве мужа.

— Я сообщу хозяину о том, что вы здесь, — сказала миссис Нейтс.

Она повернулась, собираясь идти, но Алисия резко остановила ее:

— Не надо. Я не хочу ему мешать.