Вирджиния Хенли - Дерзкая пленница

— У нее сильное кровотечение. Попробуем его остановить. Побудьте с ней, я сбегаю в кладовую.

Ги кивнул. Подойдя к Лили, он спросил:

— Почему ты это сделала?

Та с упреком взглянула на него и молча отвернулась.

— О Боже, не дай ей умереть! Уж если кто-то должен умереть, возьми меня! — страстно взмолился он.

Мгновения, пока отсутствовала Элисон, показались ему вечностью: он-то ничем, ничем не мог помочь своей любимой!

Кровотечение продолжалось три дня, и все это время Лили была почти без сознания. Наконец Элисон удалось справиться с кровотечением, и молодая женщина пришла в сознание, но почти сразу же погрузилась в глубокий сон, каким спят вконец измученные люди. На четвертый день Лили сидела в постели, когда вошел Ги. Она отвернулась, но Ги успел заметить, что нежная округлость ее лица исчезла. Скулы были так обтянуты тонкой кожей, что казалось — они вот-вот разорвут ее. Он двинулся было к Лили, но она пронзила его взглядом и проговорила страстно, но спокойно:

— Вы убили всю любовь, которую я к вам питала.

Ги долго смотрел на нее, потом с такой же страстной силой сказал:

— А вы убили моего сына, точно так же, как убили некогда своего мужа! — и вышел из комнаты.

Весь день Лили пролежала, отвернувшись к стене, а когда настала ночь, не смогла уснуть. Она чувствовала себя совершенно опустошенной и горевала об утраченном ребенке. Это будущее дитя еще недавно дарило ей столько счастья! Как мог Ги так поступить? И как она ни старалась не думать о нем, но мысли ее все чаще обращались к Ги. Лили чувствовала, что не может жить рядом с ним и видеть его изо дня в день. Это мучительно!

В тот день, когда она попыталась спуститься вниз, Ги уехал. Никто не знал, куда он отправился, видели только, что он собрал свою седельную сумку и ускакал.

Физически Лили поправлялась быстро, и спустя два дня она чувствовала себя как всегда, но в душе у нее все умерло. День за днем возводила она прочную стену между собой и окружающим миром и клялась, что отныне никому не разрешит причинить себе боль. Отныне она будет использовать мужчин, как они использовали ее. Узнав, что мать дала ей ягоды восковницы, Лили в глубине души возмутилась, решив, что леди Элисон без ее ведома хотела убить ребенка. Отношения между ними становились все холоднее, особенно с тех пор, как Лили поняла — мать знала о том, что Ги женат и что вся эта церемония в церкви была шутовской.

Ги вернулся спустя три недели, неприступный и злой. Его братья и Рольф решили, что он опять стал таким, каким был до встречи с Лили. Ги и Лили старательно избегали друг друга, а если все-таки встречались, то проходили мимо, как чужие. И хотя Лили была с виду спокойна, в душе ее кипела обида. Видеть Ги становилось все невыносимее; после каждой встречи с ним Лили всю трясло, и она долго не могла успокоиться. Напряжение между супругами было так велико, что казалось осязаемым, и действовало на всех, кто соприкасался с ними.

Эсме сделал Эмме предложение, и она была счастлива. Но поскольку беременность ее была уже заметна, они обвенчались потихоньку, а объявили обо всем уже потом. Когда Эмма узнала, как Монтгомери обманул Лили, она страшно испугалась и за себя, но потом выбросила все это из головы, упорно твердя себе, что Эсме принадлежит ей, пусть даже где-то в Нормандии его ждет целая дюжина жен.

Эдела и Хью решили обвенчаться. Но Эдела, как и Эдит, обручившаяся с Андре, чувствовала, что пока должна прятать свое счастье от Лили, не встречаться с ней и не вступать в разговоры. Это, впрочем, было совсем нетрудно: Лили по-прежнему держалась отчужденно, особняком.

Лили понимала, что надо что-то делать, необходимо вырваться из этого ада, в который превратилась ее жизнь. Она узнала, что отец Себастьян возвращается в Беркхэмстед, и в душе ее забрезжила спасительная надежда. Ясно, что в Годстоуне она не в состоянии больше оставаться, ей нужно куда-то уехать. Лили вспомнила о Робере де Мортене, выше него был только король. У нее есть кольцо Робера, есть его приглашение, чего же больше?

Мысль о том, что ее приезд к Роберу — поступок двусмысленный, ее не остановила. Ее будут считать нормандской девкой? Так она и есть нормандская девка уже целых полгода! В путь!

Утратив доверие ко всему свету, молодая женщина решила посвятить в свои планы только монаха. Но заговорила с ним об этом лишь накануне его отъезда. Лили показала отцу Себастьяну кольцо Робера и сказала, что хочет ехать вместе с ним, но что Ги де Монтгомери не должен об этом знать. Лили уложила его вещи вместе со своими. Она брала очень немногое: теплый плащ, удобное платье для путешествия верхом и одно бархатное платье. Лишний багаж обременителен, и, кроме того, каждое платье имеет для нее особое значение. Каждая складка этих платьев напоминает о Ги. А Лили решила порвать с прошлым.

И вот Лили сидит в своей комнате и размышляет, что делать с волосами. Пожалуй, для дороги хороши будут косы. Она обмотает их вокруг головы. Надо сделать это сейчас и постараться не разрушить прическу за ночь. Через час косы были тщательно уложены и закреплены. Лили приготовила дорожное платье и теплый плащ, разделась и легла, дрожа от возбуждения, но сон не шел к ней. Она вертелась на своем одиноком ложе, стараясь согреться, и вдруг замерла: кто-то пытался открыть дверь. Слава Богу, что она опустила засов! Но дверь распахнулась, и Ги влетел в комнату, выбив засов.

— Лили… я не могу без тебя! Видеть тебя ежедневно и не говорить с тобой, не прикасаться к тебе — это пытка!

— Прошу вас, оставьте меня, — спокойно ответила она.

— Не оставлю! — резко возразил Ги.

По его лицу было видно, что он не уйдет, несмотря на все ее просьбы. Разговаривать он не намерен, ждать не собирается. Ги уже был в постели, и его грубые прикосновения ясно сказали, что ее мольбы не достигнут его ушей, сопротивление и крики не помогут. Что ж, хорошо, у нее есть более действенное оружие — безразличие! Она будет равнодушна и холодна и не покажет ему, что он ей желанен. Какая же она дура! Ясное дело, это должно было случиться рано или поздно, раз она живет под одной крышей с ним. «Но больше этого не произойдет!» — поклялась она.

— Незаконность нашего брака ничего для меня не значит! Ты моя! Ты всегда будешь моей!

От ее близости у Ги голова пошла кругом. Его пальцы нашли нежное, шелковистое местечко у нее под грудью; ей стоило больших усилий остаться неподвижной и равнодушной.

Ги попытался прибегнуть к убеждению:

— Лили, когда мужчина находится рядом с красивой женщиной, не имея возможности удовлетворить свою телесную тягу к ней, — это мучительно!

Ответом ему было молчание. Лили отвернулась и уставилась в стену. Что говорить? Да и зачем? Любое возражение он использует для того, чтобы сделать так, как ему хочется.