Шайла Блэк - Его благородная невеста

Несколько мгновений. Арик размышлял, затем повернулся к ней. Черты его лица исказились от усталости, словно он не спал несколько дней.

– Ты переживаешь из-за отъезда Ровены? – спросила Гвинет.

На губах Арика появилась мягкая улыбка. Обняв Гвинет за талию, он привлек ее к себе и прижался головой к ее животу.

– Да нет, – сказал он. – Честно говоря, мне бы очень хотелось, чтобы у нее все сложилось с Нортумберлендом. Кто знает, может, этот человек сумеет доставить ей такое удовольствие, какого никогда не доставлял ни один из Невиллов.

Пожав плечами, Гвинет взяла руку Арика в свои ладони – она чувствовала, что ему необходима ее поддержка.

– Стало быть, все дело в войне, в необходимости встать на чью-то сторону, а это тебе не по нраву, – заметила она.

Арик напрягся, а затем со вздохом провел рукой по своим волосам.

– Да, – выдохнул он.

– А тут еще Нортумберленд со своими обвинениями в государственной измене, – добавила Гвинет. – Представляю, каково тебе.

– Нортумберленд – осел, – заявил он.

– Ну да, – кивнула Гвинет. – Причем тупоголовый.

Арик тихо засмеялся, и от звука его смеха Гвинет стало чуть легче.

– Пойдем в постель, – прошептала она.

Арик посмотрел на жену со своего стула – его серебристый взгляд был полон признательности, страсти и еще чего-то теплого. Гвинет улыбнулась мужу, а потом он встал и, взяв ее за руку, пошел вместе с ней к кровати.

Они легли рядом, и Арик поцеловал ее в губы. Она с готовностью ответила на поцелуй. Он любил ее нежно и осторожно, но слишком быстро. Потом они некоторое время лежали молча. К утру Гвинет показалось, что его тревога немного успокоилась и что именно она помогла ему облегчить давящий на плечи груз.

Но когда солнце взошло и Гвинет проснулась во второй раз, она снова увидела Арика сидящим на стуле и смотрящим на океан. Казалось, он буквально обезумел от горя. Гвинет охватила паника.

– Арик! – позвала она мужа, прикрывая нагую грудь простыней.

Помедлив, он посмотрел на нее припухшими, покрасневшими глазами. Было понятно, что он не заснул ни на мгновение. Его широкие плечи как-то поникли, он казался очень усталым. Гвинет охватило беспокойство, когда Арик с трудом поднялся со стула и направился к ней. Резкие черты его лица изменились, уголки рта опустились, взор потух.

– Я должен кое о чем спросить у тебя, – сказал он, усаживаясь на край кровати.

Понятно, что он хочет узнать что-то очень важное, хоть и не сказал жене об этом сразу. Гвинет положила руку ему на запястье.

– Да, дорогой, спрашивай, – ласково промолвила Гвинет.

Кивнув, Арик вздохнул.

– Как ты, должно быть, слышала от Нортумберленда, вот-вот начнется война, – начал он. – Уже несколько недель назад я должен был ответить на вопрос о том, на чью встану сторону. Дело в том… – Арик помолчал. – Так вот, дело в том, что совесть не позволяет мне сражаться на стороне короля Ричарда.

– Но почему?.. – недоуменно спросила Гвинет.

– Не задавай мне вопросы, на которые я не могу тебе ответить, – отрезал Арик.

Лицо его становилось все более мрачным и серьезным, а вскоре и вовсе стало напоминать грубо обточенные серые камни, которые защищали замок Нортуэлл от морских волн. Сердце Гвинет замерло от тревоги и какого-то странного беспокойства.

– В таком случае ты выступишь на стороне Генриха Тюдора? – решилась спросить она. Гвинет пугала даже сама мысль об открытой измене. Что будет с Ариком, если люди Тюдора не одержат победу?

Он умрет изменником!

Страх Гвинет становился все больше, казалось, он превращается в огромный валун, который вот-вот раздавит ее. Ответ Арика еще больше обеспокоил ее.

– Нет, – сказал он. – Я не встану ни на чью сторону.

“Ни на чью?”

– Ты не думаешь, что тебя в любом случае могут обвинить в измене?

– Вне всякого сомнения, – кивнул он.

У Гвинет было такое чувство, будто он ударил ее кулаком в живот. Ей стало казаться, что внутри у нее взорвалось что-то ледяное и ужасное. Ее паника становилась все сильнее.

– Король Ричард убьет тебя, – сказала она.

Арик медленно кивнул:

– Возможно, именно этого я и заслуживаю.

“Заслуживаю?”

– Да что ты такое говоришь? – воскликнула Гвинет. – Ты не можешь так думать! Это не так! Нелепо оставаться в стороне и ждать смерти. Возьми в руки меч, в конце концов! Закрой глаза и выбери чью-то сторону.

Глаза Арика закрылись, от острой душевной боли его широкий лоб прорезали глубокие складки.

– Не могу, – прошептал он. – Именно поэтому я и должен задать тебе вопрос.

Гвинет охватили смятение и тревога. Арика могут объявить изменником и казнят.

– Нет! Я этого не допущу! – вскричала она. – Ты мой муж!

Он ласково потрепал ее по щеке.

– Твоим мужем я и останусь до самой смерти, но ты должна меня выслушать. Я должен думать об интересах Нортуэлла! Я отвечаю за живущих здесь людей, – начал Арик. – Стивен хочет поддерживать короля Ричарда, поэтому я хочу, чтобы он вновь взял на себя управление замком. Стивен поднимет армию, которая выступит против Генриха Тюдора. Так что Нортуэлл, равно как и мой брат, останется верным Короне. Поэтому ни замок, ни его челядь, ни Стивен не пострадают от моей неверности королю.

– Что? Но это же наш дом! Ты не можешь вот так просто все бросить!

– Я должен так поступить, более того, я уже сделал это, – устало промолвил Арик. – А если ты останешься здесь, тебя найдет король Ричард, когда явится в Нортуэлл искать меня. Боюсь, он может посадить тебя в тюрьму или причинить тебе какой-нибудь вред – для того чтобы показать мне, чего он стоит. Но я не могу допустить этого, Гвинет. Потому что за тебя я тоже в ответе.

Гвинет хмурилась все сильнее. Арик говорил абсолютно спокойно, но все равно его слова шокировали ее. Гвинет буквально оцепенела, она чувствовала себя неуверенной, страх начал сковывать ее члены.

– Я тебя не понимаю, – прошептала она.

– Я прошу тебя вернуться вместе со мной в наш лесной домик, – сказал Арик. – Если солдаты короля Ричарда найдут меня и там, я смогу заверить их в том, что ты ни в чем не виновата и что это я заставил тебя уехать туда со мной. Или отправлю тебя назад к дяде. Он непременно примет тебя в доме, ведь теперь ты одна из Невиллов, так что он сможет рассчитывать на какую-нибудь выгоду.

– Уехать из Нортуэлла? Опять забыть о том, что я урожденная леди, и вернуться к грязным полам, к семье, которая была со мною так жестока? – Арик утвердительно кивнул, и Гвинет закричала: – Неужели я ничего для тебя не значу?

Конечно, Арик оказался в очень трудном положении, но должен же быть иной выход! Такой, который позволил бы и ему ничем не рисковать, и уберег бы Гвинет от нищеты, не заставлял бы ее возвращаться к тому, от чего она страдала почти всю свою жизнь. Арик отказывается сказать ей, почему он не может с мечом в руках встать на защиту короля Ричарда или Генриха Тюдора, и поэтому ждет, что его жена изменит свой образ жизни и вновь вернется к нищенскому существованию. Вот только будет ли она счастлива от этого?