Мэй Макголдрик - Обретенная мечта

– Ну ладно… На сегодня хватит сентиментальных историй, – сказала Елена, смахнув со щеки слезинку. – Мистер Пеннингтон, не будете ли вы так любезны проводить до каюты «сумасшедшую Елену» и ее непослушную дочь, вознамерившуюся стать юнгой? – Она протянула Пирсу руку.

– Почту за честь, мэм, – отозвался Пирс и помог Елене подняться.

Порция и прежде не сомневалась в том, что поступила правильно, вызволив мать, а теперь еще чувствовала одобрение Пирса. Он ни слова не сказал, но это было видно по его глазам.

Порция поспешила за матерью и Пирсом, которые уже поднимались по трапу.

Когда Елена вошла в каюту, Порция, дотронувшись до руки Пирса, сказала:

– Я должна ей помочь.

– Понимаю, – прошептал он. Поцеловав его, она зашла в каюту.

Елена уже расстелила на койке одеяло и стягивала с себя платье. Повернувшись к Порции, она улыбнулась:

– Помощь мне не нужна. Сегодня я вполне могу справиться самостоятельно.

– Рада это слышать, – ответила Порция. – Зато мне без твоей помощи не обойтись. Ты должна дать мне совет.

Я не совсем тот человек, у которого следует спрашивать советы.

– Именно тот, – слегка нахмурившись, произнесла Порция. Взяв платье матери, она повесила его на один из крючков, расположенных под самым потолком. – Я в некотором роде пошла по твоим стопам, и мне хотелось бы знать…

– В таком случае я должна поподробнее рассказать тебе о своем прошлом. Хотя не считаю, что наши судьбы схожи. – Елена усадила дочь рядом с собой. – Мой роман с твоим отцом был обречен еще до нашей первой встречи. Я отдавала себе отчет в том, что родные и друзья будут считать нас предателями. Но ни меня, ни твоего отца это не волновало. Мы ловили минуты счастья, и окружающий мир для нас не существовал.

Елена вздохнула и, распустив свои длинные волосы, несколько раз прочесала их пальцами.

– Когда нас разлучили, – снова заговорила она, – я жила воспоминаниями. Я не была такой сильной, как ты. Привыкла, чтобы обо мне заботились. Надеялась, что однажды мой прекрасный принц примчится за мной на белом коне. Надо только набраться терпения и ждать. – Елена сжала ладони Порции. – Я очень любила твоего отца, но он был полной противоположностью Пирсу. Он, также как и я, был романтиком и мечтателем. Считал, что ради достижения великой цели необходимо чем-то жертвовать.

– И расставание с тобой счел одной из таких жертв? – тихо спросила Порция.

Елена улыбнулась и опустила голову. На ее щеках проступил легкий румянец. В тот момент она была похожа на юную девушку.

– Именно в этом я убеждала себя все прошедшие годы.

– Уверена, что так оно и есть, – сказала Порция. Елена подняла глаза.

– Пирс способен дать женщине гораздо больше любого из тех, кого мне доводилось встречать на жизненном пути. – Взяв лицо Порции в ладони, Елена заглянула ей в глаза. – Он живет настоящим, он реалист… Ответственный и честный. Пирс, конечно, строит планы на будущее, однако не позволит ни мечтаниям, ни воздушным замкам заслонить то, во что он верит и чему предан. Он из тех мужчин, которые даже за полкоролевства не расстанутся с любимой женщиной. Вы с Пирсом, родная моя, не похожи на твоих родителей. Вы лучше, гораздо сильнее. Иди к нему… Ты сможешь быть счастливой… У меня не получилось.

Глава 23

Поднявшись на палубу, Порция сразу ощутила, что в атмосфере произошли какие-то изменения. Судно казалось совершенно безлюдным, и только шорох ветра в парусах и неумолчный рокот океана нарушали царившую вокруг тишину. Подойдя к бортовому ограждению, Порция всмотрелась в раскинувшееся водное пространство, по которому плавно перекатывались черные барханы. Вдоль горизонта стлался туман. Порция посмотрела вверх. Высоко-высоко, за натянутыми полотнищами парусов, в разрывы между медленно плывущими облаками проглядывали звезды. Когда она перевела взгляд вниз, на вспенившуюся воду, которая огибала корпус корабля, откуда-то с носовой части донеслись звуки хорнпайпа[5]. Грустная, даже пронизанная какой-то тоской мелодия тронула ее до глубины души.

Слова матери не принесли Порции облегчения, не успокоили.

Она любит Пирса. Но только и делает, что создает ему сложности. На балу у адмирала он не проявил к ней ни малейшего интереса.

Она сама заявилась к нему в дом, отдалась ему. Какого он о ней мнения? Чем она отличается от тех женщин, которые с готовностью ложились в его постель?

Отметать напрочь те радужные перспективы, которые рисовала ее мать, не хотелось. В то же время Порция не могла не учитывать и тот факт, что Пирс – богатый судовладелец и завидный жених, что брат его – граф, а она незаконнорожденная, в кошельке у нее всего-навсего восемнадцать фунтов и пять шиллингов, и всю оставшуюся жизнь ей, возможно, предстоит провести в бегах.

И все же Порция не могла не признаться самой себе, что надеется на лучшее. Так же, как и ее мать, которая когда-то питала надежды относительно совместного будущего со своим возлюбленным. Но сейчас Порции хотелось только одного – насладиться каждой минутой отпущенного им с Пирсом времени. Пусть у них нет будущего, зато есть настоящее, и какими бы ни оказались последствия, она ни о чем не пожалеет.

Проплывающая в небе тучка, видимо, растрогалась, глядя на нее, и Порция, благодарная за сочувствие, подставила лицо первым каплям дождя.

– Надеюсь, ты не собираешься лезть на ванты.

Порция обернулась и увидела Пирса, спускающегося с кормовой надстройки. Без камзола, ворот рубашки распахнут, рукава закатаны, длинные волосы не стянуты ленточкой. Глядя на его неторопливые, уверенные движения, Порция вспомнила индейца из племени могауков, которого видела однажды в Фэнл-Холле. Пирс, как всегда, был неотразим.

– Не знал, что ты на палубе. – Пирс медленно окинул девушку взглядом, и ее бросило в жар.

Порция прислонилась к бортовому ограждению, взялась за один из канатов. Пирс обнял ее за талию, прижался к ней, и Порция почти перестала дышать.

– Ты не ответила мне, прелестная морячка… – Положив ладонь на затылок Порции, Пирс приблизил губы к ее губам. – О чем ты думала? Что замышляла на этот раз? Поднять мятеж? Захватить мой корабль или уничтожить его?

Губы Пирса находились так близко, а от тела исходил такой жар! Порция встала на цыпочки и поцеловала его.

– Не угадал. Я думала о тебе.

– И что ты собиралась со мной сделать? Взять в плен или же отправить на тот свет?

– Ни то ни другое, – покачала головой Порция. Поцеловав Пирса в подбородок, она коснулась губами его губ. – Вспомни, что ты обещал мне еще днем.

Едва Порция отпустила канат, как Пирс завел ей руки за спину. Он улыбнулся, и от этой улыбки внутри у нее все затрепетало.