Джулия Росс - Ночь греха

Тихий звук заставил его поднять голову. Энн стояла в тени книжных полок с побелевшим лицом.

– Матушка послала вас навестить Райдера, – сказал Джек. – Вы были здесь все это время. Вы слышали все, о чем мы говорили.

Глава 13

– Я не хотела, – говорила Энн, – меня провел сюда лакей…

– Ничего страшного. – Глаза Джека казались очень темными. Лицо было непроницаемо.

– Ну это вряд ли. Но когда я услышала ваш разговор, я побоялась помешать… Нет, с моей стороны это совершенно бесчестно не уйти сразу же, даже если бы я и помешала тому, что происходит.

Он, к ее удивлению, улыбнулся.

– Моя дорогая мисс Марш, для вас и для меня немного поздновато говорить о чести.

Несмотря на все то, что она перечувствовала за эти часы, Энн прикусила губу, чтобы не усмехнуться, как дурочка.

– Да, – согласилась она, – наверное, это так.

Джек подошел к двери в коридор и открыл ее перед Энн.

– Мне представляется, что вы начинаете подозревать, что сбор любых сведений о моей семье, какие только вам доступны, становится вопросом выживания, что почти всегда более важно, чем честь, что бы там ни говорили школяры.

– Как вам угодно, – сказала Энн, шагая впереди. – Единственное, что я знаю, что я чувствовала себя пригвожденным к месту кроликом в ловушке, и каждое движение, которое я делала, могло бы помешать вам так разговаривать с братом.

– Как – так?

Она опустила глаза.

– С любовью, как мне кажется.

– Вы ожидали не этого?

– Даже после того, что вы показали мне на крыше, я думала, что вы с ним на ножах. Но герцогиня не посылала меня сюда, я пришла сама.

– Потому что вы решили, что поможете делу, объяснив Райдеру, что произошло у фонтана?

– Я хотела залечить то, что, как мне казалось, станет брешью между вами. Теперь я поняла, как была самонадеянна.

– Нет вы были щедры, – сказал он. – И я не думаю, мисс Марш, что вы по природе своей кролик, и никогда так не думал. Я – потрясенный поклонник вашей храбрости.

Она остановилась в дверях и посмотрела на него:

– Я не понимаю.

– С тех пор как мы встретились, вы выказали необычайную храбрость. – Он весело подмигнул ей. – Выйдете за меня – и вы действительно выкажете смелость.

– Я была рада, что вы с лордом Райдерборном могли говорить так спокойно. Я опасалась…

– Что мы убьем друг друга?

Энн прошла мимо него в коридор, избегая его взгляда. Она не могла ничего поделать с вспышкой возбуждения своего тела, когда он стоял так близко. Его запах прекрасен – дикий мужской запах чистого неба, доносящий порочные обещания из таинственных, неведомых земель. Однако Энн устыдилась своего поведения у фонтана.

– Да, – кивнула она. – Я думала, что нечто подобное может произойти.

– Райдер огорчен и смущен, конечно. Наделе он встревожен почти до смерти, но он не испытывает ко мне ненависти. Он мой брат.

– Тогда, возможно, вам следовало бы объяснить ему что-то из вашей жизни еще раньше, – сказала Энн. – Соперничество России и Британии – вот что так важно для вас, да?

– Игра между великими державами – вот что действительно важно. Но не приписывайте моим побуждениям слишком много благородства. Прежде всего меня влекли приключения и жажда странствий.

Потому что вы прочли те древние рассказы и пустились в странствия за пределами известного мира, чтобы охотиться на драконов? – Пылинки медленно танцевали в луче солнечного света, пересекавшего коридор. Голова у нее кружилась – ей следует бежать прочь, иначе она снова очертя голову ринется в его объятия. – Я уверена, что карты и политика имеют значение, но ваша окаменелость изменит взгляд человечества на его место в мироздании.

Джек обогнал ее, чтобы открыть дверь, ведущую во двор. Стены устремлялись ввысь, в свет.

– В этот раз – нет, – сказал он. – Эта окаменелость исчезнет.

Энн смотрела на его профиль. Никогда она не станет нечувствительной к тому впечатлению, которое он на нее производит! Никогда! Она прислонилась к стене, радуясь этой холодной опоре.

– Исчезнет? Как она может исчезнуть?

– Вижу, мне придется кое-что еще объяснить о нашем опасном драконе. Пойдемте, посидите рядом со мной на солнышке.

Она кивнула и пошла вперед. Несмотря на его небрежную улыбку, несмотря на беспечный вид, с каким он открыл перед ней дверь, что-то в его лице наполнило ее ужасом.

– Кто-то убивал людей либо пытался убить с тех пор, как вы вернулись в Англию. Теперь мы заперты здесь, в этой крепости. Это ведь не только ради того, чтобы защитить меня? Это чтобы защитить также и вас. Ваша жизнь в опасности?

– А вас беспокоит моя жалкая жизнь? – спросил он. – Ах, мисс Марш, у вас великодушное сердце.

В середине маленького дворика возвышалась скульптура, заросшая мхом среди беспорядочно разбросанных папоротников, – разумеется, дракон. Темные тени начертали тайные письмена петельчатым почерком под каждой резной чешуйкой. Энн села на каменный блок, выступавший в основании контрфорса. Опершись рукой о голову дракона, Джек смотрел на него, словно мог одолжить его крылья, чтобы взлететь прямо к небу.

– Я попытаюсь рассказать вам больше и все по порядку, – начал он. – Думаю, что обязан сделать хотя бы это. С чего мне начать, что вы хотели бы услышать?

– Как вам удалось странствовать там? Если все те земли столь враждебны к иностранцам?

– Я стал торговцем лошадьми, святым человеком, что вполне соответствовало моим целям. Сказочное золото древних скифов было одной из них, но странствия обладают свойством становиться самоцелью. Я видел такое, чего не видел ни один европеец в течение веков, возможно, со времен Александра.

– Что же это?

– Священные статуи высотой в сотни футов, высеченные в скалах. Пустыни, где башни из выеденных ветром камней громоздятся, как чудовища, охраняющие кладбища их собратьев. Брошенные города, затерянные в песках. – Он сложил руки и, повернувшись, прислонился к дракону. – Наконец, в пустыне я оказался в таком месте, где огромные кости устилали землю, как мостовая. Наверное, то не были на самом деле грифоны, но огромные с клювообразными мордами существа, которые, надо полагать, жили там в древности наравне с еще более крупными животными. Есть скелеты, сохранившиеся целиком. Полные семьи и их гнезда.

– Гнезда?!

– Каменные яйца лежали в гнездах на земле, как яйца огромных птиц.

Сердце у Энн громко забилось.

– Вы делали записки, зарисовки?

Беспокойство не покидало его, словно он вот-вот расправит собственные крылья.

– Это делал другой человек. Я был болен, почти при смерти. Если бы меня не отвезли обратно в Индию, мои кости добавились бы к когтям этих огромных ящериц. То было нелегкое путешествие. Кроме всего прочего, меня преследовали призраки.