Синтия Райт - Дикий цветок

По дороге в Коли Шелби наскоро напомнила мужчинам об обещании Баффэло Билла взять с собой в Англию Бродяжку и Чарли. Они должны будут до 6 декабря перегнать лошадей с ранчо «Саншайн» на соседнее ранчо «ТЕ», принадлежавшее полковнику Коди.

— Полковник и его друзья к тому времени вернутся с охоты, и вскоре после этого он закажет поезд на Нью-Йорк.

Когда они приехали на станцию, Шелби послала Бена на вокзал купить билеты, а ее подруга решила пойти в вагон отдохнуть. Шелби стояла на перроне, глядя, как ее дядя вносит в вагон не только ее собственные вещи, но и еще какой-то незнакомый сундук. Она как раз со слезами прощалась с Тайтесом, когда заметила Бена, проходившего мимо с сундуком на плече.

— Мистер Пим, как я могу отблагодарить вас за все, что вы сделали для меня? Признаюсь, мне временами бывало неловко среди всех вас, мужчин, и вы постоянно приходили мне на выручку, помогая мне вашей добротой и пониманием.

— Я делал то же, что и всегда, со дня твоего рождения, моя дорогая девочка… только то, чего ожидали от меня твои родители.

Он крепко обнял ее, потом отошел в сторонку, улыбающийся и розовощекий на ноябрьском ветру. — Я рад, что ты отправляешься в это путешествие. У меня есть предчувствие, что оно таит в себе много неожиданностей, и что ты вернешься к нам домой и будешь еще счастливее, чем сейчас.

— Я тоже на это надеюсь, мистер Пим.

— Не стоило бы говорить тебе этого, ну да ладно, скажу. — Он подмигнул. — Мы с мистером Мэнипенни, быть может, и не во всем сходились во взглядах, но к тому времени как он собрался уезжать в Англию, мы с ним от всей души договорились, что вы с Джефом — прекрасная пара.

Шелби еще раз поцеловала его в щеку, придерживая шляпу, так как знаменитый в Коди западный ветер грозил сорвать ее с головы вместе с придерживавшими ее шпильками и всем прочим.

— Берегите себя и…

Она вдруг умолкла, заметив Бена, который подошел и встал за спиной у Тайтеса.

— Дядя Бен, а тебе, кажется, совершенно все равно, что я уезжаю! Мне пора уже садиться в поезд, а ты вместо прощания только потрепал меня по спине! И что это за уродливый старый сундук, который ты внес в вагон?

Он заговорщически улыбнулся Тайтесу:

— Это был мой сундук, Шел. Я тоже в числе участников шоу «Дикий Запад» — и я еду с тобою в Англию! Тайтес с парнями могут тут и сами управиться зимой. — Бен слегка ущипнул ее за щеку, потом добавил: — Я нужен тебе. Кто же еще, как ты думаешь, смог бы разучивать с тобой все эти трюки?

Тайтес фыркнул:

— Мне иногда кажется, тут все наоборот, парень. Шелби, еще совсем малышкой, заставляла тебя отплясывать под свою дудку!

Проводник высунулся из поезда и крикнул протяжно.

— Поса-а-дка зака-а-анчивается! Сердце ее радостно забилось.

— Пойдем же, дядя Бен! Мы опоздаем!

И, позабыв о своем чудесном костюме, Шелби, одной рукой придерживая шляпу, устремилась навстречу будущему.

Забившийся в узкое, извилистое ущелье городок Дэдвуд одевался в причудливый снежный убор. Сосны, скалистые уступы и островерхие крыши домов — все было покрыто инеем, словно глазурованные украшения на торте.

Маделейн Эйвери Мэттьюз стояла в своей музыкальной гостиной в башне и смотрела вниз, на город, через высокое узорное окно.

— Надеюсь, такая погода простоит до Рождества, — задумчиво пробормотала она. — Может быть, снег принесет нам удачу.

— Какая же удача тебе нужна? — спросила сидевшая на кушетке у рояля Сан Смайл, сестра Мэдди по отцу, индианка из племени Сиу; они с Мэдди впервые увидели друг друга, когда обеим было уже почти по двадцать лет. Мэдди была благовоспитанная барышня из Филадельфии, только недавно приехавшая в Черные горы, а Сан Смайл — убитая горем вдова одного из воинов Сиу, погибшего у Литтл-Бигхорна. Их отец, раскрыв наконец старую тайну, привел Сан Смайл в лоно их ирландско-английской семьи.

— Удача? — повторила Мэдди, улыбаясь сестре. — Мне нужна удача, чтобы мои дети вернулись домой на Рождество… и чтобы ты тоже осталась с нами. Я не хочу, чтобы ты возвращалась в резервацию.

— Огненный Цветок, я приехала только потому, что Фокс написал мне о твоем одиночестве, о котором ты не хотела мне рассказать.

Она постаралась смягчить свой отказ, называя Мэдди по имени, которое дали ей индейцы Сиу за ее чудесные, сияющие волосы.

— Но я не могу оставаться здесь до Рождества — дома меня ждут муж и трое детей! К тому же у меня есть кое-какие планы на будущее.

Мэдди подсела к ней на диванчик у рояля, слегка перебирая клавиши.

— Ты здесь уже неделю и до сих пор ничего не сказала мне? Что же это за планы?

— Я хочу открыть колледж. Мы переезжаем в Янктон. Быстроногий Олень будет работать там с местными индейцами Сиу, а я собираюсь основать там колледж. — Она сияла.

— Это замечательно! Я так завидую тебе.

На Мэдди при взгляде на сестру нахлынули воспоминания: долгий путь прошла она с того лета 1876 года, когда они встретились в Беар-Батте. Сан Смайл была тогда вне себя от горя — молчаливая, темная, враждебная. Теперь она снова вышла замуж, и ей было едва за сорок. В ней чудесным образом перемешалась кровь Сиу и англосаксонских предков. С золотисто-бронзовой кожей, черноволосая и сероглазая, она была веселой и в то же время полной достоинства. Ее бурное, зачастую трагическое, прошлое сделало из нее женщину с мужественной, чистой душой.

— Чему ты завидуешь?

Она, казалось, была в недоумении.

— Твоей… целеустремленности. Фокс говорит, мне надо найти какое-нибудь дело для себя, помимо моей работы в саду, моих забот о семье, о домашнем хозяйстве и о бабушке Энни… — Мэдди вздохнула: — Многих людей, которые делали мою жизнь наполненной и богатой, теперь нет рядом.

— Я всегда думала, что Фокс — очень умный человек, — с нежностью ответила Сан Смайл. — Какие же новые цветные нити хотела бы ты вплести в полотно своей жизни?

Мэдди обвела глазами музыкальную гостиную с ее розовыми муаровыми обоями, мраморным камином, еще более великолепным от потрескивающих в нем языков пламени, рояль восемнадцатого века и арфу.

— Я хотела бы написать книгу для детей… про двух сестер, одна из которых — благовоспитанная барышня с Востока, а другая — красивая девушка из племени Сиу.

Она смущенно посмотрела в большие, широко раскрытые глаза Сан Смайл, так похожие на глаза их отца.

— Мне кажется, у меня есть талант. Я уже наметила сюжет этой книги и начну писать, как только снова останусь одна.

— Я уверена, что твоя книга будет чудесная, сестра моя, и ты откроешь в своем сердце еще много историй, которые тебе захочется рассказать.

Очарование минуты было нарушено внезапным появлением Энни Санди Мэттьюз. Она вбежала из буфетной, соединявшей переднюю половину дома со столовой, и черный, недавно подобранный ими котенок мчался за ней по пятам.