Лаура Кинсейл - Влюбленный опекун

Она хмуро смотрела в окно отеля на мглистую набережную, на которой даже днем горели газовые фонари. Кареты двигались по полутемным улицам крайне медленно. Хотя было уже десять часов, а ее поезд отправлялся в десять тридцать, Тесс все еще сидела в халате, глядя на сосиску и яйцо, которые давно остыли. Жена капитана обещала, что недомогание Тесс в конце концов пройдет, но пока не было никаких признаков того, что этот счастливый день наступил.

Тесс вдруг захотелось свежего кокосового сока, который не шел ни в какое сравнение с прогорклым содержимым орехов, привозимых в Англию издалека. Это желание вызвало в ее воображении яркую картину жизни на Таити, и она опять заплакала.

Внезапный стук в дверь заставил Тесс вытереть слезы. Она решила не обращать внимания на осуждающий взгляд служанки, когда та увидит нетронутую еду на тарелке, однако девушка, войдя, тихо сказала:

– За вами приехал ваш муж, мэм. Он ждет вас внизу в гостиной.

Тесс вскочила на ноги и, сразу пожалев об этом, быстро села. Приложив руки к животу, она постаралась выровнять дыхание.

– Муж? О Боже... Скажите ему, что я сейчас приду!

Теперь Тесс не могла думать ни о чем другом. Подавив приступ тошноты, она оделась и посмотрела в зеркало. Особых признаков беременности не было видно, но она явно выглядела нездоровой.

Тесс осторожно потрогала кольцо с печаткой, висевшее на цепочке, которую купила для нее жена китобоя в Вальпараисо. Обычно она носила кольцо под платьем, но сейчас с гордостью выставила его наружу, решив, что простит Грифу все только за то, что он приехал за ней.

Спускаясь по лестнице, Тесс услышала в коридоре мужские голоса и среди них решительный голос владелицы отеля. При ее появлении все трое – два констебля и хозяйка – дружно повернули головы и посмотрели на нее.

Тесс смущенно улыбнулась. Хозяйка крайне неодобрительно относилась к тому, что она путешествует одна, но сейчас, казалось, лицо женщины выражало удовлетворение.

– А где же мой муж?.. – Тесс замолчала, не зная, каким именем Гриф пользовался на этот раз.

Хозяйка доброжелательно кивнула:

– Его светлость в гостиной, миледи.

Тесс не ожидала такого официального обращения, однако она была слишком взволнована, чтобы задавать вопросы, и, решительно повернув фарфоровую ручку, вошла в гостиную.

Тесс еще не успела различить что-либо в тусклом свете, как ее окликнули:

– Наконец-то, моя дорогая...

Тесс замерла. Это был вовсе не тот голос, который она ожидала услышать.

– Скажи, почему ты убежала от меня, любовь моя? – вкрадчиво произнес сидевший перед ней мужчина.

– Стивен, – прошептала Тесс. К счастью, она все еще держалась за ручку двери, и это не позволило ей рухнуть на пол от потрясения и страха.

Она инстинктивно прикрыла рукой талию, в то время как Стивен, поднявшись, двинулся к ней.

– Ну вот, дорогая, теперь ты наконец сможешь вернуться домой. – Улыбка Стивена и холодное выражение его глаз заставили Тесс содрогнуться от ужаса, и она инстинктивно отступила назад.

– Оставь меня в покое, пожалуйста.

– Дорогая, ты же знаешь, что я не могу сделать этого. – Он сказал это так, будто она просила о чем-то невозможном. – Ты должна поехать со мной домой. Подумай о наших детях...

– Ты что, с ума сошел? – Больше всего Тесс хотелось сейчас повернуться и убежать. – Не смей прикасаться ко мне. Здесь находятся представители власти.

– Вот именно, дорогая, но тебе нечего бояться. Я попросил их прийти только из соображений предосторожности. – Стивен протянул руку, намереваясь взять ее под локоть. – Они понимают, какой чувствительной может быть женщина, попав в щекотливое положение.

Тесс быстро повернулась, но он успел схватить ее за запястье.

– Отпусти меня!

Стивен, не возражая, выполнил просьбу, и Тесс поспешно обернулась к полицейским.

– Вероятно, он сказал вам, что является моим мужем?

Стражи порядка, казалось, пребывали в некотором замешательстве, и Стивен тут же воспользовался этим.

– Джентльмены, – сказал он тихо, – вы же понимаете, она нездорова. Дорогая... – Он попытался положить руки ей на плечи.

– Нет! – Тесс высвободилась и сделала глубокий вдох, стараясь собраться с мыслями. – Я не твоя жена. Все кончено, Стивен, и никакие уловки ничего не изменят!

На лице хозяйки гостиницы появилась кислая гримаса, и Стивен, видимо, ища поддержки, печально взглянул на нее.

– Прошу прощения, мадам, за то, что здесь происходит, но моя жена и прежде устраивала нечто подобное.

– Ничего, милорд, мы все понимаем. Забирайте ее домой, к малышкам, которых она оставила.

– Он все лжет! – выкрикнула Тесс, видя, что присутствующие уже готовы согласиться со Стивеном. – У меня нет никаких детей, и наш брак аннулирован... – Она повернулась к Стивену. – Теперь я состою в браке, но уже не с тобой!

В ответ Стивен лишь покачал головой.

– Любовь моя, почему ты обращаешься так со мной снова и снова? Никакого Грифона Меридона не существует, и ты не миссис Меридон, а миссис Элиот. Эти твои фантазии... Я знаю, ты не можешь сама справиться со своим недугом, и хочу помочь тебе. А теперь пойдем, не будем осложнять ситуацию. – Он внимательно посмотрел на хозяйку гостиницы. – Может быть, вы пошлете кого-нибудь забрать ее вещи?

Тесс охватила паника. Казалось, Стивен знал о ней все.

– Я никуда не пойду с тобой! – Она чувствовала лестницу за своей спиной, однако бежать наверх не было смысла, и когда Стивен со спокойной улыбкой приблизился к ней, она бросилась мимо него к входной двери.

И тут же один из констеблей схватил ее огромной ручищей. Тесс вскрикнула и начала вырываться.

– Он не мой муж, – твердила она. – Отпустите меня. О Боже, пожалуйста!

Полицейский до боли стиснул ее руку, однако в голосе его звучало сочувствие, когда он тихо произнес:

– Ничего, мэм, не беспокойтесь. Никто не причинит вам вреда.

– Он... он причинит! Он опять запрет меня. – Тесс попыталась высвободиться, а потом вдруг повернулась к полицейскому и, упав на колени, прижалась щекой к его грубым шерстяным штанам. – Не верьте ему. Он запрет меня и будет держать в темноте. Пожалуйста. Наш брак аннулирован, и у нас нет и никогда не было детей. Это все ложь!

– О, Тесс, дорогая, пожалуйста, не волнуйся так! – В голосе Стивена звучало столько показного сочувствия, что Тесс поняла – она обречена.

Закрыв лицо руками, она пронзительно взвизгнула:

– Не слушайте его!

– Благослови вас Господь, мэм. – Констебль взял ее за плечи, и в его голосе Тесс услышала отеческую обеспокоенность. На этот раз страх надоумил ее пуститься на хитрость. Она протянула руки, как бы прося защиты, и когда констебль выпустил ее, бросилась к двери. Выскочив на мокрый тротуар, Тесс сломя голову устремилась вперед, при этом сбив с ног какого-то мужчину, оказавшегося на ее пути. Крики, раздававшиеся позади, подстегивали ее, зато тяжелые юбки и мокрый тротуар крайне затрудняли бег. Единственной ее надеждой было скрыться за непроглядной пеленой густого тумана.