Хизер Грэм - Мятежница

— Неизвестно, каким оно будет, — мрачно отозвался Гарольд.

— Вы чем-то расстроены? — участливо спросила Элайна.

— Вы угадали, мадам. Я из штата Мэриленд и пока не знаю, к кому отношусь — к северянам или южанам.

— Серьезно?

— Мадам, я тоже из Мэриленда. А Чарли и Нейт — из Виргинии, — пояснил Уильям.

— Понятно.

— Мэриленд не намерен отделяться от Федерации. Во всяком случае, это не должно произойти. Географически штат расположен на севере страны. И северяне не допустят его отделения.

— Мадам, не все происходит так, как хотелось бы, — откликнулся Нейт.

— А как у вас в Виргинии, лейтенант Дилон? Что вы будете делать, если штат отделится?

Элайна чувствовала себя хорошо с этими молодыми людьми. Возможно, ее приободрил и пунш, чуть разбавленный виски.

— Мадам, — ответил, помолчав, Дилон. — Если Виргиния выйдет из Федерации, то я…

— То вы?

— Я еще ничего не решил. Я люблю Виргинию. Люблю всем сердцем. Но знаю очень порядочных людей, которые не вполне одобряют то, что сейчас происходит. Я же молю Всевышнего, чтобы Виргиния осталась в Федерации. Однако сейчас все готовятся к кровавой войне. И если Виргиния отделится, то федеральная армия потеряет много хороших солдат и офицеров.

— Вы правы. — Элайна улыбнулась лейтенанту. Но тут же ее улыбка погасла. В дверях появилась очень знакомая фигура, как бы выплывшая из ночной тьмы. Ошибиться она не могла. Это был Йен Маккензи!

— Йен! — воскликнула Элайна.

— Здравствуй, любовь моя. — Маккензи вышел на свет. Лейтенант Дилон вытянулся и щелкнул каблуками.

— Здравия желаю, господин майор!.. Остальные последовали его примеру. Йен окинул молодых людей одобрительным взглядом, сделал шаг вперед и встал за спинкой стула Элайны. Та хотела подняться, но его ладонь легла ей на плечо. Йен быстро наклонился и поцеловал Элайну в щеку. В ней вспыхнули протест и негодование. Но присутствие молодых людей заставило ее сдержаться.

— Вот это… сюрприз! — негромко воскликнула она. — Когда ты вернулся в Вашингтон?

— Только что.

— И сразу направился сюда? Вот уж поистине образцовый офицер и джентльмен! Постоянно ищешь общества просвещенных военных и политиков! Едва успев вернуться после долгой разлуки, поспешил не к жене и сыну, а сюда! Браво, майор Маккензи!

— Но именно здесь я и встретил свою жену, — парировал Йен. — Какая удача! Вижу, что за время моего отсутствия ты стала еще стройнее. И развлекаешься в обществе молодых офицеров федеральной армии. Мне это очень приятно. Должно быть, ты стала симпатизировать нашей голубой форме. Прекрасно! Но будьте предельно осторожны, джентльмены! Вы разговариваете с убежденной южанкой. Моя жена родом из Флориды и остается верна своему штату. А он, как известно, вышел из состава Федерации. Так что не теряйте бдительности, господа! Как знать, может, миссис Маккензи пытается выведать у вас какие-нибудь военные тайны!

Лейтенант Дилон, чувствовавший себя очень неловко, после шутки майора решил, что ничего необычного не происходит и рассмеялся.

— Но ведь это ваша жена, господин майор!

— Верно. Господа, благодарю вас за то, что развлекли мою супругу. Желаю всем вам спокойной ночи. Элайна, любовь моя, признаться, я очень устал и хотел бы поехать домой.

Элайне хотелось сказать, что до сих пор он отлично обходился без нее и может продолжать в том же духе, но ладонь Йена сильнее надавила на ее плечо. Она решила промолчать. Йен прошел в зал, поклонился миссис Гринхау и пожелал ей спокойной ночи. Потом вернулся, взял под руку жену и, выйдя с ней на улицу, посадил в экипаж. Но сам не сел с ней, а подождал другой кареты…

Элайна приказала вознице гнать лошадей, так что через пару минут они уже остановились у дверей дома.

Карета Иена еще не подъехала.

В холле Элайна встретила Лили и, схватив ее за руки, прошептала:

— Майор Маккензи приехал! Его экипаж сейчас остановится у дверей. Лили, дорогая, встреть моего обожаемого супруга!

Элайна влетела по лестнице на второй этаж, распахнула дверь в спальню и бросилась к кроватке малыша.

Ребенка там не было…

— Боже!

Повернувшись, она хотела бежать назад. Но… на пороге, скрестив руки на груди, стоял Йен.

— Где он?! — закричала, не помня себя, Элайна и накинулась с кулаками на мужа.

Йен поймал ее руки и крепко сжал их. Элайна рвалась, кусалась, старалась ударить его ногой в пах. Но тщетно. Тогда она затихла и шепотом спросила:

— Где он? Где наш малыш? Я знаю, ты…

— Он цел и невредим.

— Но ты же взял его!

Холодный, отчужденный взгляд мужа лишил ее сил.

Она уронила голову на грудь и тихо сказала:

— Я понятия не имела, где ты. Ведь ты ушел, не сказав мне ни слова. Да, я хотела уехать, пока это еще было возможно. Но осталась здесь и долго ждала, когда ты вернешься.

— Другие женщины тоже ждут.

— У мужей этих женщин есть здравый смысл, и они не становятся врагами своих родных штатов! Я же хотела уехать в дом твоих родителей. — Неужели?

— Сейчас это уже не важно. Я не хочу больше иметь с тобой ничего общего. Йен! Если ты предатель, то не прикасайся ко мне. Не знаю, что ты затеял, но требую одного: верни мне сына!

Она гордо вскинула голову и попыталась выйти, однако Йен не отпускал ее.

— Не надо, Элайна! Ты не выйдешь из этой комнаты. Во всяком случае, сейчас.

Она рванулась вперед, но снова твердая рука удержала ее.

— Я не останусь здесь больше ни секунды! — закричала Элайна. — Я…

Не успела она опомниться, как Йен сгреб ее в охапку и бросил на кровать.

— Сегодня ты никуда не пойдешь!

— Я презираю тебя и твою голубую форму! — зарыдала Элайна.

— Гнусная лицемерка! Она, видите ли, презирает эту форму! Но когда я вернулся после долгого отсутствия, то нашел тебя не дома, возле сына, а в салоне миссис Гринхау. Причем ты очень весело смеялась и кокетничала с четырьмя молодыми офицерами в голубой форме! В той самой, которую ты презираешь!

— Миссис Гринхау попросила меня развлечь этих офицеров, поскольку они впервые оказались в светском обществе. Поэтому мне пришлось улыбаться им!

Элайна стиснула зубы. Она хотела ненавидеть этого человека, но… не могла…

Она чувствовала, что любит его и… хочет.

— Йен, умоляю, оставь меня! Йен покачал головой.

— Я всегда был честен с тобой и не давал обещаний, которых не мог бы исполнить. И ты после всего этого утверждаешь, что я предатель?! Так или иначе, я — твой муж. А потому, черт побери, не желаю видеть, что ты, отвергая меня, смеешься и флиртуешь с безусыми юнцами.

— Ты тупой и злобный человек! И не имеешь на меня никаких прав после того, как тайно сбежал. Поэтому…