Донна Флетчер - Нежность и страсть

– Упорная работа моей жены – вот что спасло руку Джеймса.

– Я не обнаружил ни одного, кто плохо отозвался бы о твоей жене, – заметил епископ, кивая.

– Ее все любят и уважают, – с гордостью подтвердил Артэр.

– Странно, что ни один житель…

Нейл прервал епископа:

– Она снова сделала это, околдовала всю деревню.

Артэр чуть не бросился на злобного человека с кулаками. Только огромным усилием воли он сдержался. И внутри у него все кипело, хотя внешне он сохранял хладнокровие.

– Ничего такого она не делала, – заявил он. – Не надо болтать лишнего.

– Это решать мне, – кратко сказал епископ и прямо посмотрел на Артэра: – Завтра я поговорю с твоей женой, чтобы решить вопрос. А у тебя есть еще два дня. Не представишь мне брачные документы, я пойму, что она не твоя жена, и сделаю соответствующие выводы.

Артэр встал.

– Продолжайте свое расследование, епископ Алеатус, но знайте: Зия – моя жена. Она не ведьма. И я не хочу видеть, как ее проклянут и накажут из-за невежества и лжи.

Артэр хлопнул дверью, уходя, сжав кулаки, горя желанием стукнуть кого-нибудь. Он ругался про себя и вдруг понял, что бранится вслух. Зажав себе рот рукой, он зашагал через две ступеньки вверх по лестнице.

Он был в бешенстве и никак не мог прийти в себя. Из-за нескольких невежественных, глупых, эгоистичных людей потерять Зию? Будь он проклят, если допустит это.

Не постучавшись, Артэр ворвался в спальню Кавана. И тут его гнев мгновенно остыл, когда Зия вскочила с кресла и прижала палец к губам.

Он увидел, что Гонора и малыши спят, а Зия и Бетан, похоже, тихо беседовали. Зия подошла, взяла его за руку и направилась с ним к двери.

– Похоже, ты потерял терпение. Но я тебя знаю, этого не может быть.

Он заметил ее ухмылку и покачал головой, понимая, что гнев – плохой советчик.

Зия ласково положила руку на его плечо.

– Кто же этот несчастный, которому от тебя досталось?

Ему не хотелось признаваться. Но он все-таки выдавил:

– Епископ.

– Правда? – удивилась Зия.

Помолчав, он виновато покачал головой.

– Возможно, я чуть не испортил все дело.

– Но что же ты натворил?

– Сказал, что посланец этой дурацкой деревни мелет чепуху. Епископ же заявил, что это ему решать.

– Вот видишь, – мягко сказала Зия и улыбнулась. – Ты показал страстность своей натуры.

Артэр взял в ладони ее лицо. Ее милые зеленые глаза блестели, как будто она хотела заплакать.

– Ты говоришь так, будто гордишься моей глупостью.

Она тихо засмеялась, но одинокая слеза все же скатилась по ее щеке.

– Конечно, ты поступил не слишком разумно.

– Так и было, а ты все еще пытаешься представить меня героем.

На его лице мелькнула улыбка, и он ласково стер слезу с ее щеки. И тут Артэр понял: она стала для него еще дороже.

– Поверить не могу, что ты восхищаешься моим нелепым поступком.

Еще одна слеза скатилась по щеке.

– Твоя глупость – от любви. Любви ко мне. – Она хмыкнула. – Я люблю дурака, как чудесно! – Зия порывисто обняла его.

Артэр крепко прижал ее к себе и сказал:

– Ты заставляешь меня смеяться над самыми безрассудными вещами. Епископ может этого не понять.

Они уже хотели поцеловаться, но услышали шаги на лестнице. Артэр поспешно увел ее в спальню. Закрывая дверь, он сказал:

– Поговорим позже. Я люблю тебя.

В коридоре появился взволнованный Лахлан. Заметив Артэра, он замедлил шага. Подошел, неуверенно улыбаясь:

– Прячешься?

Когда брат подошел достаточно близко, Артэр не без опаски спросил:

– Я все испортил?

– Каван уже все уладил.

– Он смягчил епископа?

– Не совсем, – сказал Лахлан. – Каван сказал епископу, что ты слишком серьезно относишься к своим клятвам, а к своим обязанностям в отношении жены – еще серьезнее. Ты дал слово защищать жену и будешь делать это, невзирая на обстоятельства.

– Как хорошо иметь таких надежных братьев!

– А ты в нас сомневался? – удивился Лахлан.

Артэр помолчал.

Лахлан с улыбкой хлопнул его по плечу.

– Ты ни о чем не думал, кроме как о защите своей жены. Разве можно за это осуждать? Каждый видит, как безумно вы любите друг друга.

– Все это так, но делу вряд ли поможет.

– Ты прав, ситуация непростая. Вот поэтому Каван и хочет видеть тебя в своем кабинете, – сказал Лахлан.

– Раз мы не можем предоставить брачные документы… – Он покачал головой. – Зия теперь не считается больше под нашей защитой, и епископ…

– Епископ может забрать у нас Зию. И тогда она обречена.

Глава 32

Зия вернулась к бабушке, усевшись в кресло недалеко от постели, в которой мирно спала Гонора. Она тихо вздохнула, вытянула ноги.

– Довольна? – спросила Бетан.

– Очень, – сказала Зия, крепко обхватывая себя руками.

– Артэр делает тебя счастливой?

– Я никогда и вообразить себе не могла такого счастья. Или что он, в конце концов, так, как мальчишка, влюбится в меня.

– Он подходит тебе, – подтвердила Бетан, кивая.

– Ты с самого начала так говорила.

– Тебе нужно было убедиться в этом самой, – сказала Бетан, бросая взгляд на малыша, который беспокойно зашевелился в своей колыбели, но потом снова успокоился.

Зия наклонилась и взяла бабушку за руку.

– Все будет хорошо, да?

– Я уверена. Но надо быть осторожной.

Дверь скрипнула, отворяясь, и вошла Эдди, прижав палец к губам. Зия встала и, скрестив ноги, села на пол, предоставляя кресло Эдди. Та хотела возразить, но Зия покачала головой. И Эдди, согласившись, признательно улыбнулась и опустилась в кресло.

– Неприятности, – прошептала она.

Бетан и Зия склонились к ней, не желая будить Гонору и детей.

Эдди продолжила:

– Епископ непременно хочет увидеть брачные документы до завтра.

– Разве священник не должен явиться уже сегодня? – спросила Зия.

Эдди покачала головой:

– Он задерживается из-за болезни.

Зия горько усмехнулась: она – целительница и не может вылечить человека, который, скорее всего, решил бы все ее проблемы.

– Что же теперь будет?

Эдди пожала плечами:

– Не знаю. Каван хочет встретиться с Артэром и найти выход из этого положения.

– А нельзя ли как-нибудь заставить епископа передумать? – спросила Бетан.

– Не знаю, как это сделать, – сказала Эдди. – Епископ, на мой взгляд, тверд в своих решениях.

– Чем он занят сейчас?

– Снова бродит по деревне, навещает жителей, так он, во всяком случае, говорит. Но, кажется, он продолжает расследование и допросы так, что никто этого не замечает. И хотя многие хвалят Зию, они, сами того не зная, дают пищу для сомнений.

Бетан понимающе кивнула:

– Многие не сознают, что щедрые похвалы могут быть истолкованы неправильно, и невинная целительница предстает как колдунья, творящая чудеса.