Линда Кук - Серебряный ветер

Люк посмотрел на свои стрелы.

— Ты клянешься?

— Я дал тебе слово.

И вновь лучник пребывал в сомнении.

— Тогда я скажу тебе, что Лонгчемп в Херефорде. Он велел мне передать твоей жене, чтобы она уговорила тебя туда поехать. Если она этого не сделает, Лонгчемп прибудет за тобой сюда, и начнется резня.

Симон покачал головой:

— Он не пощадил бы ни Аделину, ни ее семью. Он думает, она ему поверит?

Люк наклонился и принялся собирать свои стрелы.

— Она не попросила тебя уехать в Херефорд? Она должна была попросить тебя поехать с ней, пока не выпал снег.

— Нет, Аделина ни слова не сказала о Херефорде. Люк вздохнул:

— Я никогда не доверял женщинам.

Симон засмеялся. На нижней площадке лестницы он остановился, чтобы утереть слезы и подумать, что собиралась предпринять его жена относительно Лонгчемпа и долгой дороги в Херефорд.

Глава 25

— Симон не сошел с ума, Гарольд. И я ему не враг.

— Миледи, я никогда не называл его безумцем.

— Это у тебя на лице написано. Ты боишься, что я выдам его Лонгчемпу.

— Ты работала на лучника, не так ли? И вышла за моего господина, чтобы шпионить за ним?

Не так давно все обстояло именно так.

— Да, — созналась Аделина, — но не из любви к Лонгчемпу, а из страха перед ним. Теперь я перестала его бояться, Гарольд.

— Ну что ж. Бояться его никогда нелишне. Этот человек умен и опасен. Сущий дьявол.

— И у него есть серьезные основания желать Симону смерти.

Гарольд прищурился.

— Об этом мне ничего не известно.

— Зато мне известно. Твой господин рассказал мне о сокровищах в подземелье аббатства.

— Боже милостивый!

Для старого оружейника с бицепсами крепкими, как бочонки с бренди, Гарольд казался уж слишком застенчивым и тихим. Аделина видела, как кровь отхлынула от лица Гарольда, и ей тут же стало понятно, что Симон посвятил ее в свою самую опасную тайну. Теперь Гарольд взирал на нее с нескрываемым любопытством.

Она решила доверить ему и свою тайну тоже.

— Теперь ты видишь, что Симон мне доверяет. Он знал, что меня послал Лонгчемп, но при этом все равно мне доверяет. Ты можешь мне довериться тоже?

— Я попробую, — поджав губы, ответил Гарольд.

— Тогда послушай, что волнует меня сейчас: Лонгчемп приказал мне выманить Симона на дорогу в Херефорд, где канцлер возьмет его в плен. Если Симона там не будет, Лонгчемп со своими воинами сам придет сюда, в долину. И тогда он вырежет людей моего отца, ибо иначе они смогут свидетельствовать о его злодеяниях. Я не знаю, что он сделает с солдатами гарнизона. Я думаю, что та же участь может постигнуть и их, канцлер не оставляет свидетелей.

Гарольд созерцал ее в молчании.

— Я не стану посылать Симона на смерть, и я не дам Лонгчемпу убить моих соотечественников или ваших людей.

Гарольд взял сухую ветку и принялся разламывать ее на куски, подбрасывая щепки в огонь.

— Что ты намерена делать? Скажешь Лонгчемпу, что Тэлброк мертв?

Аделина ответила не сразу.

— Я не подумала об этом, но мысль неплохая. Однако для того, чтобы такой план сработал, Симону надо исчезнуть. А на это он не пойдет.

— Не в правилах Тэлброка бежать от опасности. Он мог бы давно так поступить, — согласился Гарольд, — как и вы, миледи.

— Конечно.

— Так что ты намеревалась делать, если не собиралась объявлять Симона мертвым?

Аделина заметила, что Гарольд сомневается, и улыбнулась:

— Если мы будем действовать вместе, твой план сработает лучше, чем мой. У тебя есть снотворное?

Взгляд Гарольда просветлел, он улыбнулся:

— Пожалуй, сонное зелье можно отыскать. — Он бросил последнюю хворостину в огонь и встал. — Ты напоишь его снотворным, и мы вместе утащим его куда-нибудь в надежное место, а наутро ты объявишь Лонгчемпу, что он пропал?

— Да. Мы спрячем его в одной из пастушьих хижин. Солдатам гарнизона ты скажешь, что обнаружил его мертвым на склоне холма, так что все, включая Люка, смогут повторить твои слова Лонгчемпу. А ты… Ты останешься с ним и позаботишься о том, чтобы он не дергался, пока Лонгчемп не уберется восвояси.

— Неплохой план, — согласился Гарольд. Аделине показалось, что он не кривит душой. — Я пойду поищу маковый отвар.

Аделина вздохнула с облегчением. Все оказалось проще, чем она предполагала. Гарольд поможет ей вывести Симона из игры, а к тому времени, как он узнает, что она отправилась разбираться с Лонгчемпом без него, ни Тэлброк, ни его верный Гарольд уже не смогут ее остановить.

Аделина подошла к сундуку Тэлброка и вытащила оттуда кинжал, тот самый, что она уже давно приметила. Она спрятала нож под своей маленькой седельной сумкой. Теперь она была готова к встрече с врагом Тэлброка.

— Сдается мне, твоя женушка собралась убить Лонгчемпа самостоятельно.

Симон вскинул голову.

— Она тебе об этом сказала?

Гарольд присел рядом с Симоном на ступень лестницы, ведущей на смотровую вышку.

— Нет, но леди сообщила мне, что опоит тебя сонным зельем, попросила утащить в хижину пастухов и объявить всем, что ты умер.

— Она слишком умна, чтобы так поступать. Аделина должна понимать, что солдаты захотят увидеть тело. Ты согласился ей помочь, не так ли?

Гарольд улыбнулся:

— Я выслушал ее план и сказал, что достану для нее маковый сок и подожду за дверью, пока не придет время увозить тебя к пастухам.

— Хорошо, это ее успокоит. Должно быть, она совсем отчаялась, если переманивает человека Тэлброка к себе в помощники.

— Она уверяла меня, что так можно спасти тебе жизнь. Симон почувствовал ноту неуверенности в голосе друга.

— Дружище, ты знаешь, что, если я ее потеряю, я убью человека, который помог ей принести себя в жертву.

— Аделина любит тебя, Тэлброк. И она достаточно умна, чтобы действовать в одиночку, если потребуется.

— Тогда мне придется позаботиться о том, чтобы она не смогла действовать. — Симон встал и похлопал Гарольда по плечу. — Пойди и принеси ей флягу меда с водой. Скажи, что это сонное зелье, и пообещай вернуться, когда потребуется.

Гарольд со вздохом поднялся.

— Похоже, поспать мне так и не удастся.

Симон усмехнулся:

— Надеюсь, эта сказка не про тебя. Ты мне будешь нужен не раньше чем перед самым рассветом.

— Она сказала…

— Она проспит. Я об этом позабочусь.

Рука ее дрожала, когда она подливала сонный отвар в медовое вино Тэлброка. Гарольд предупредил, чтобы она не переборщила. Целая фляга, сказал он, может свалить сильного мужчину с ног так, что он проспит целые сутки, а то и дольше. Тэлброк много ночей подряд недосыпает, проверяя посты на вышке, а потому может оказаться весьма восприимчив к зелью.