Джулия Куинн - Романтическая история мистера Бриджертона

– Ну, если не считать кровосмешение, - проговорила Пенелопа.

Он кинул на нее крайне недовольный взгляд.

– Действительно, - сказала Пенелопа, главным образом для того, чтобы заполнить тишину в комнате, - Это просто ужасное недоразумение, не так ли?

Никто ничего не сказал. Пенелопа умоляюще посмотрела на Колина: - Разве не так?

– Да, конечно, - пробормотал он.

Пенелопа повернулась к матери:

– Мама?

– Пенелопа? - пробормотала та, мать больше ничего не говорила, но Пенелопа видела, что мать все еще никак не могла поверить в то, что Колин действительно может хотеть жениться на ней.

И ох, как же ей было больно от этого. Правда, ей уже давно надо было принять это.

– Я хотела бы выйти замуж за мистера Бриджертона, - сказала Пенелопа, стараясь собрать по крупицам все оставшиеся достоинство. - Он сделал мне предложение, и я ответила: да.

– Ну, конечно же, ты сказала, да, - проговорила ее мать, - Ты была бы полной идиоткой, если бы сказала, нет.

– Миссис Физеренгтон, - напряженно проговорил Колин, - Я бы посоветовал вам начать относиться к моей будущей жене с должным почтением и уважением.

– Колин, не надо, в это нет необходимости, - сказала Пенелопа, взяв его за руку, но настоящая правда была в том, что ее сердце буквально воспарило от этих слов.

Он мог ее не любить, но он заботился о ней. Ни один человек не мог так яростно защищать женщину, не заботясь о ней хотя бы немножко.

– Это необходимо, - ответил он. - Ради Бога, Пенелопа. Я приехал сюда с тобой вместе. Я ясно потребовал твоего присутствия в комнате, я фактически выпихнул Фелицию за дверь, отправив за акварелью. С какой стати, кто-нибудь на земле, мог бы подумать, что я собираюсь жениться на Фелиции?

Миссис Физеренгтон, открыла и закрыла рот, несколько раз, затем пробормотала:

– Я, конечно, люблю Пенелопу, но -

– Но вы ее знаете? - сердито спросил Колин, - Она прекрасная и интеллигентная молодая женщина, обладающая потрясающим чувством юмора. Кто не захотел бы жениться на такой женщине?

Пенелопа растаяла от этих слов, и точно бы растянулась на полу, если бы он предусмотрительно не держал ее за руку.

– Спасибо, - прошептала она, не заботясь о том, что мать может услышать ее слова, даже не слишком заботясь о том, слышит или нет, Колин ее благодарность. В первую очередь, она сказала эти слова для себя.

Она была совсем не такой, какой она себя представляла.

Лицо леди Данбери всплыло у нее перед глазами, выражение ее лица было доброе, и немного хитрое.

Нечто больше. Возможно, Пенелопа и в самом деле представляла собой нечто большее, чем это было на первый взгляд, и Колин был единственный мужчина, который понял это.

Это заставило ее любить его еще сильнее.

Ее мать откашлялась, шагнула вперед, и неожиданно обняла Пенелопу.

Сначала, это были нерешительные объятия с обоих сторон, затем Порция крепко и сердечно обняла свою третью девочку, и с всхлипом Пенелопа сердечно обняла свою мать в ответ.

– Я, действительно, тебя люблю, Пенелопа, - сказала Порция, - И я очень рада за тебя.

Она отодвинулась и вытерла слезы из глаз.

– Мне будет так одиноко без тебя, особенно когда, я уже думала, что мы будем стареть вместе, но это будет для тебя гораздо лучше, и это как раз то, что, значит, быть матерью.

Пенелопа громко засопела и зашмыгала носом, затем слепо схватила платок Колина, который он уже заранее вытащил из кармана, и держал перед ней.

– Ты тоже когда-нибудь станешь матерью, и научишься этому, - она погладила Пенелопу по руке.

Порция повернулась к Колину и проговорила:

– Мы рады сказать вам: Добро пожаловать в нашу семью.

Он кивнул, правда не слишком дружески и сердечно, но Пенелопа подумала, что он сделал над собой невероятное усилия, учитывая, каким сердитым он был, буквально пару минут назад.

Пенелопа улыбнулась, и крепко держала его за руку, зная, что сейчас начнется главное приключение ее жизни.

Глава 15

– Знаешь, - сказала Элоиза три дня спустя, после того, как Колин и Пенелопа сделали свое заявление, оказавшиеся полной неожиданностью для всех. - По настоящему жалко, что леди Уислдаун ушла, потому что это было бы просто сногсшибательным событием десятилетия.

– С точки зрения леди Уислдаун, безусловно, - проговорила Пенелопа, поднося чайную чашку к губам, и смотря на настенные часы, висящие в неофициальной гостиной леди Бриджертон.

Лучше не смотреть в глаза Элоизы. У нее была особенность замечать тайны. Это было забавно. Пенелопа прожила больше десяти лет, не волнуясь, что Элоиза откроет правду о леди Уислдаун. По крайней мере, не слишком волнуясь. Но теперь, когда Колин знал ее тайну, что так или иначе, чувствовалось так, словно ее тайна разлита в воздухе, подобно частицам пыли, только и ждущим, чтобы сформироваться в облако знания.

К тому же Бриджертоны были вместе, как колода карт. Если кто-нибудь из них о чем-то узнал, то это лишь вопрос времени, когда об этом узнают остальные.

– Что ты хочешь этим сказать? - спросила Элоиза, вламываясь в, и без этого, нервные мысли Пенелопы.

– Если я помню правильно, - сказала Пенелопа очень осторожно, - Она однажды написала, что, ей придется оставить свое место и никогда больше не писать, если я когда-нибудь выйду замуж за Бриджертона.

Элоиза буквально выпучила от удивления глаза.

– Она так написала?

– Или что-то похожее, - проговорила Пенелопа.

– Ты шутишь, - сказала Элоиза, и издала звук “пф-ф”. - Она никогда не была настолько жестокой.

Пенелопа кашлянула, она, конечно, не думала, что ей удастся закрыть тему, притворившись, будто подавилась кусочком бисквита, но попробовать стоило.

– Нет, действительно, - упорствовала Элоиза, - Скажи точно, что она тогда написала?

– Я точно не могу вспомнить.

– Постарайся.

Пенелопа поставила свою чашку, и потянулась за другим бисквитом. Они с Элоизой были одни за столом, что было довольно странно.

Но леди Бриджертон, куда-то потащила Колина по какому-то делу, имеющему отношение к предстоящей свадьбе - остался всего лишь месяц! - а Гиацинта сейчас отправилась за покупками вместе с Фелицией, которая, услышав новость о скорой свадьбе своей сестры, пылко обняла ее, и так вопила от восхищения, что у Пенелопы заложило уши.

– Хорошо, - сказала Пенелопа, пережевывая кусочек бисквита, - Я полагаю, она написала, что если я выйду замуж за Бриджертона, это будет означать конец света в том виде, в котором она его понимает, и она должна будет немедленно прекратит писать.

– Это не точное воспоминание?

– Никто не сможет забыть такой вещи, - заявила Пенелопа.

– Хм-п-х, - Элоиза презрительно сморщила носик, - Ладно, должна сказать, это довольно отвратительно с ее стороны, написать такое. Теперь мне вдвойне жаль, что она не пишет, потому что ей пришлось бы вынести целую стаю сплетниц, которые бы издевались над ней.