Нэнси Блок - Пират

— Вы в порядке? — спросила Лича Зоя, и тот кивнул.

Маккэрн взял голову лейтенанта в ладони и повернул ее сначала вправо, а затем влево.

— Будешь жить, — заключил он, — но все равно покажись мне попозже.

Лич гордо улыбнулся и опять кивнул, потом отдал честь капитану и взялся за штурвал.

— Жду ваших приказаний, сэр.

В этот момент звук выстрелов эхом прокатился по набережной, а в той стороне, где находился дворец, прогрохотал взрыв. Гриззард подал знак высокому и широкоплечему молодому моряку потопить ялик, а Кото подошел к Уинну и Зое.

— Надо бы сниматься с якоря, — сказал он. — Я узнал, что готовится покушение. Дею осталось жить недолго. Поэтому мальчик отправится со мной.

— А Адам? — забеспокоилась Зоя.

— Оба мальчика в каюте кока, они только что съели миску пудинга и выпили по чашке горячего шоколада.

— А как же остальные, Кото? — спросила Зоя, тревожась за женщин, с которыми подружились в гареме.

— Кто хотел, уже покинули гарем. Мать Хакима вернулась к своим родственникам, а твои подруги — те три англичанки — сели на корабль, называющийся «Черный дрозд», на котором плавает Бук. — Он указал на молодого человека, помогавшего Гриззарду.

— А каким образом «Черному дрозду» удалось незамеченным пройти в порт? — изумилась Зоя.

— Очень ловкий шаг, — вмешался Уинн. — Думаю, они подняли штандарт самого Хаммиды. Мистер Бук самый настоящий чародей, когда дело касается нитки и иголки. — Он хитро улыбнулся. — Так как мы отплываем сегодня, я отправил своему капитану сообщение, что у нас все хорошо, и велел взять курс домой. Мы встретимся в Рейвенскорте.

Зоя нахмурилась, забеспокоившись.

— Значит, англичанки поплыли с ними? — Кото кивнул. — Все трое? — настаивала она.

Кото опять кивнул, и на его смуглом лице появилась задорная улыбка. Зоя повернулась к Уинну.

— Кото не рассказывал, что у этих женщин не вполне обычные… э-э… склонности? — Уинн усмехнулся, и она сокрушенно покачала головой. — Они до смерти замучают всю команду «Черного дрозда».

И Уинн, и евнух разразились громким хохотом. Насмеявшись вволю, капитан «Ворона» приказал поднять якорь, и судно рванулось вперед.

ГЛАВА 15

— И они как сумасшедшие забегали по палубе, а потом посыпались за борт, будто увидели привидение.

— А что случилось потом, дядя Гриззард? — спросил Адам.

— «Дядя Гриззард»? — прошептал Уинн Зое. Они слушали, как старый пират рассказывает о своих приключениях. — Ты бы хотела, чтобы твой сын называл его «дядей»?

— Он же не педофил, чьи любовные пристрастия направлены на детей, если ты имеешь в виду именно это. Он обычный человек, который выглядит как обычный пират. Ему наскучили женщины, и он решил искать в море успокоения и прочей чепухи, — ответила Зоя, используя выражение Гриззарда.

— «Прочей чепухи» — вот это скорее всего, — пробормотал Уинн.

— Он сказал мне, что сожалеет о нашей ссоре при знакомстве, что когда-то он любил одну женщину, а она плохо обошлась с ним.

— О Боже! — воскликнул Уинн. — Боюсь, мне не переварить этого.

— Еще сказал, что иногда ходит к женщинам, но ему нравятся не такие, как я, а пухленькие, грудастые и с аппетитной задницей, — У Уинна от изумления расширился глаз. Оказалось, что Зоя еще не закончила: — И что ему очень интересно познакомиться с тремя англичанками с «Черного дрозда» — именно так он и сказал.

Она подмигнула Уинну, смотревшему на нее раскрыв рот.

— Ты уверена, что говоришь о Гриззарде, а не о каком-нибудь азиатском джинне, который вынул из бедняги его душу и сам поселился в нем?

— А ты подумай, Уинн. — Зоя оглядела Гриззарда, так похожего своей внешностью на гризли. — Неужели джинну может прийти в голову поселиться в Гриззарде?

Уинн засмеялся.

— Должно быть, на меня подействовали восхитительные блюда, приготовленные коком: у меня потрясающее настроение, и я сгораю от нетерпения, Принцесса. — Он с удовольствием отдался во власть приятных образов, возникавших у него в сознании.

А Гриззард тем временем продолжал:

— И никто из них не помер. Вам надо научиться, как и кого подмазывать, чтобы не получать по носу. Спросите бедного Лича. — Гриззард подмигнул лейтенанту, а Адам и Хаким с интересом уставились на его забинтованный нос. — И все-таки нас побили, ребятки. Вот и бушприт[18] мистера Лича свернут на сторону. Вы ведь знаете Бука, того громадного гардемарина, который иногда выглядит недоумком? — Мальчики дружно закивали. — Ну вот, он бы потерял свой зад, если бы он не был крепко приделан. Он туп, как курица, и имеет привычку дырявить собственный корабль.

Мальчики продолжали энергично кивать, к великому смущению гардемарина. Гриззард же ничего не замечал. Уинн засмеялся, счастливый, что он жив, что он вернулся на судно и, главное, что рядом с ним Зоя.

Посмотрев на нее и увидев, что она смотрит на детей с нежностью, а на Гриззарда с любовью, которой старый пират не заслуживает, он понял, что она держит в руках его жизнь. Ему предстоит многое обдумать и принять решение. И он сделает это, что бы ни случилось.

— Бук — животное очень прыткое, — услышал он голос Гриззарда, — несмотря на свои размеры.

Маккэрн, не выносивший, когда оскорбляют крупных людей, с угрожающим видом двинулся на Гриззарда, но Кэти схватила его за руку. Он обернулся к ней, она улыбнулась ему, и Маккэрн тут же с радостью «сунул свою физиономию в сэра Преподобие», как подумал Уинн.

— Так вот, Бук подмазал коротышку-дерьмоеда, сунув ему фальшивую монетку, и ублюдок позволил ему подняться на борт. А потом мы разрешили Буку применить свой талант и проделать дыру в ялике. Вот и весь рассказ, как говорят. Что это доказывает? — спросил он у ребят с видом строгого учителя.

— Мошенничать — это хорошо, — ответил Адам.

— Подлость, подлость, — на ломанном английском закричал Хаким.

— Вы оба правы, ребята, — засветился Гриззард. — Это показывает, что у Бука в котелке есть еще что-то, кроме каши. — «Дядя» Гриззард похлопал себя по темечку, и мальчики торжественно кивнули.

Зоя расхохоталась, но Уинн поморщился, решив, что воспитание мальчиков находится под страшной угрозой в лице Гриззарда.

— Хочу предложить тост, — объявил Маккэрн.

— А нам можно выпить? — спросил Адам.

Уинн бросила на Гриззарда испепеляющий взгляд, и тот поспешил отвести мальчиков в каюту, заявив, что им нельзя пить, «пока они не достигнут зрелости — одиннадцати лет». Зое, которая только что отпила разбавленного водой рома, при этих словах пришлось обеими руками зажать рот. С начала путешествия у нее еще ни разу не было приступа морской болезни, поэтому ей не хотелось искушать судьбу неразбавленным ромом.