Мэри Патни - Обретенное счастье

– А что, если Филипп будет оспаривать мои притязания? Он ведь много теряет.

– Да, но он не глуп. И сможет смириться с поражением.

– Филипп сможет смириться, но будет счастлив положить мою голову на плаху.

– Уверяю вас, он переживет это. К счастью, прошло всего шесть месяцев, как он вступил в наследство, он недолго был графом и без особых проблем снова станет обычным человеком. Возможно, он даже будет рад. Как и ваш отец, он очень не любит возиться со всякими официальными бумагами и изо дня в день заниматься рутинными делами, связанными с управлением большим имением.

Гэвин и сам был такой, но выбора у него не было. Гэвин Эллиот – седьмой граф Сиборн. Ему все еще была ненавистна эта мысль, но он уже чувствовал, что готов принять ее.

Дверь отворилась, и появилась графиня.

– Привет, Джейн. Извини, что прерываю вас, но Риггз сказал мне, что вы здесь с Гэвином.

Женщины расцеловались.

– Я ведь его тетка, Розалинда, – сообщила леди Джейн, опускаясь на диван. – Естественно, мне не терпелось узнать, похож ли он на моего брата. И я уговариваю Гэвина поскорее принять титул.

– Как говорится, хорошо то, что хорошо кончается, – ответила графиня. – Если Филипп спокойно воспримет ситуацию, то на балу в честь Александры и Гэвина мы сможем объявить о его новом статусе.

– Великолепно! Если вы сами представите Гэвина, то ни у кого не возникнет вопросов о его происхождении.

Гэвину показалось, что он плывет в бушующем море без парусов и руля, когда женщины принялись оживленно обсуждать, кого следует пригласить на бал в его честь и в каких выражениях должно быть составлено приглашение.

– Я больше вам не нужен? – улыбнулся он.

– Нет, – любезно ответила графиня. – Но разумеется, вы имеете полное право пригласить своих гостей. Только, пожалуйста, составьте список.

И тут ему в голову пришла коварная мысль.

– Пожалуйста, пригласите сэра Бартона и леди Пирс. – Когда графиня подняла брови, что должно было означать неодобрение, он поспешил заверить: – Я знаю его по Китаю. Мы не были друзьями, но будет невежливо его не пригласить.

Пирс лопнет от зависти, узнав, что он теперь граф. Это была, пожалуй, единственная приятная мысль, связанная с неожиданно свалившимся наследством.

Адвокат Эллиотов Альберт Финн, Филипп и Гэвин встретились в офисе Финна, чтобы проверить необходимые документы: свидетельство о рождении, брачное свидетельство родителей, а также другие бумаги, подтверждающие личность Гэвина. Включая свидетельство от леди Джейн, которая опознала племянника по шраму на лбу и засвидетельствовала, что он тот, за кого себя выдает. Ашбертон, лорд Майкл и адвокат Ашбертона присутствовали при этой юридической процедуре. Все должно было быть сделано по правилам.

С невозмутимым видом Филипп аккуратно положил свои Документы на стол.

– Я готов принять ваши притязания, милорд. Я немедленно покину родовое гнездо Эллиотов.

Милорд! Впервые кто-то обращался так к Гэвину, и это слово тяжелым грузом придавило его к земле.

– Не нужно торопиться. Мы с женой присмотрели на время другой дом. – Он повернулся к Альберту Финну: – Леди Джейн говорила мне, что имение Харли-Мэнор наследуется с правом отчуждения. Это так? – Финн согласно кивнул, и Гэвин произнес, глядя на кузена: – Я намерен перевести это поместье на вас.

Граф и лорд Майкл одобрительно кивнули, а Филипп, не веря своим ушам, воскликнул:

– Мы отдаете мне Харли-Мэнор? Вы слишком щедры!

Так как недвижимость приносила доход в три тысячи фунтов в год, это был действительно щедрый подарок. Гэвин встал и протянул ему руку.

– Я не жду, что вы станете любить меня, но мы с вами родственники. Так давайте же по крайней мере не будем врагами.

– Я не могу винить вас за то, что вы остались живы. – Филипп неохотно пожал протянутую руку. – Но мне было бы гораздо приятнее, если бы вы никогда здесь не появились.

Приглашение на бал в дом Ашбертонов гласило, что уважаемым гостям предстоит познакомиться с новым лордом и леди Сиборн.

Глава 25

Алекс была одна в зале, никто не мешал ей сделав несколько упражнений, она остановилась, вспоминая, как делается движение, называемое «плавные руки». Услышав шаги, она повернулась и увидела свою мать, которая остановилась в дверях, любуясь дочерью.

– Извини, что прерываю тебя, но мы скоро начнем украшать этот зал, – сказала Кэтрин. – Ты вспоминаешь восточный танец?

– Не совсем. – Алекс жестом указала матери на стул, а сама растянулась на маленьком жестком диванчике, который стоял в углу. Одно из удовольствий носить восточную тунику и шаровары заключалось в том, что женщина могла вот так улечься и ничто не стесняло ее движений. – Тай чи – китайский способ расслабления. Меня учит леди Трот Рексхем. Я немножко волнуюсь, думая о завтрашнем бале у тети Розалинды, и мне кажется, эти занятия помогут мне успокоиться.

– Восток поразил твое воображение, пока ты была там?

«Это не простое любопытство», поняла Алекс.

– Со мной там случилось много такого, что я хотела бы забыть, но меня и правда пленили красота и некоторые обычаи живущих там людей. Трот помогает мне понять особенности и мудрость Востока.

– Она удивительная женщина. Я рада, что вы подружились. – Кэтрин помолчала. – Александра, у вас с Гэвином есть проблемы?

Алекс напряглась.

– Тебе не нравится Гэвин?

– Он мне очень нравится, но ты не ответила на мой вопрос. У вас что-то не так?

Алекс погладила диванчик рукой, в том месте, где парча начала протираться.

– Почему ты спрашиваешь?

– Твое нежелание дать мне прямой ответ подтверждает мои опасения. – Голос Кэтрин стал мягче. – Я знаю, что ты многое пережила в Ост-Индии. Такое не проходит бесследно.

Значит, мать знает. Поняв, что ее предали, Алекс спросила:

– Это Гэвин рассказал тебе все обо мне?

– Нет, но когда я загнала его в угол, он признался, что ты пережила больше, чем могла бы пережить другая женщина. Об остальном догадаться нетрудно, особенно если эта женщина – твоя дочь. – Голос Кэтрин задрожал, но она быстро взяла себя в руки. – Ты стала взрослой за то время, что жила в Австралии, но бывают ситуации, когда может помочь только совет матери. Меня беспокоит, что вы с Гэвином сохраняете определенную дистанцию в ваших отношениях.

Алекс покраснела, вспоминая, что однажды между ними не было никакой дистанции. По правде говоря, она страстно желала повторения, но в то же время безудержная страсть пугала ее. Хуже всего, что она понимала – Гэвин тоже мечтает об этом. Хотя он ничего не говорит, она чувствует его желание и со страхом думает о том, что может случиться, если он вновь потеряет над собой контроль.