Клаудиа Дэйн - Пари куртизанки

— Послушайте, вы не видели герцога Олдрета? Я должен немедленно поговорить с ним. Леди Амелия и я достигли полного взаимопонимания.

— Вы лжете! — почти прокричал Крэнли. Это было даже оскорбительно в определенном смысле.

— Прошу прощения? — строго спросил Эденхем, приподнимая бровь и неожиданно принимая весьма суровый вид.

— Вы не могли этого сделать. — Крэнли во все глаза глядел на девушку. — Кэлборн только что утверждал, что он и Амелия обо всем договорились, а разговор о его слишком большом росте был затеян лишь для отвода глаз. Он хотел дождаться приезда ее отца и тогда сделать Амелии предложение.

Что за чушь?! Зачем герцогу понадобилось нести ее?

В сознании девушки тут же всплыл образ Софии Далби.

— Кэлборн известен своим необычным чувством юмора, — снисходительно отозвался Эденхем. — Разве не он как-то ударил графа Даттона в «Уайтсе» ради нелепого пари?

— Кажется, это был Эшдон. — Крэнли кивнул, словно вспомнил подробности этой глупой истории. — А вслед за ним — Генри. — Поскольку тот был его младшим братом, неудивительно, что он так хорошо все помнил.

— В один и тот же день? — спросил Эденхем, абсолютно забыв, с чего начался их разговор.

Как же легко сбить с толку мужчин рассуждениями о пари, драках и лошадях! Поскольку эти три темы часто объединялись, то представители сильного пола отвлекались весьма часто и с легкостью. Стоило отнестись к этому снисходительно, поскольку не всегда они вели себя так. Взять, к примеру, ее брата. Или даже Крэнли.

— Нет, за неделю, — коротко пояснил он. — Не думаю, что Даттону это очень понравилось.

— Да, Кэлборн — большой оригинал, — мягко добавил Эденхем.

— Простите, я должна… — промямлила Амелия.

— Ах да! Мы же должны поговорить с вашим отцом, — оборвал ее Эденхем и даже не подумал извиниться. — Я также побеседую с Кэлборном и расставлю все по своим местам.

— Да, пожалуйста, — сказал Крэнли. — А я тем временем кое о чем спрошу леди Амелию.

Эденхем высокомерно приподнял бровь:

— Я вовсе не уверен, что нахожу это приемлемым.

— Придется смириться! — громко рявкнул Крэнли.

— Удивительная семейка, — задумчиво пробормотал Эденхем, направляясь в библиотеку. — Возможно, в жилах герцогини Хайд тоже течет кровь индейцев?

— Проклятый сноб! — пробурчал Крэнли, глядя ему вслед.

— Простите меня великодушно, — сказала Амелия, — но я не понимаю, почему вы считаете, что можете врываться посередине моего собеседования с герцогом. Мы с ним прекрасно поладили!

— Я это заметил. Кажется, не только с ним, а со всеми мужчинами.

— Из моего списка, позвольте уточнить. А вы предполагали что-то иное?

— Вовсе нет. — Тот был так же упрям, как всегда. — Я знаю, как примерно вы ведете себя, когда за вами наблюдают, Эми. Как вам это удается?

— Вы говорите так, словно считаете меня потаскушкой, лорд Крэнли, хотя мое поведение объясняется лишь моим хорошим воспитанием.

— А когда вы находитесь со мной, — спросил он, приближаясь к ней, и испытывая от этого муки, — куда же оно девается?

— Я веду себя так, как вы научили меня, — выдохнула она, храбро дразня его. — Вы ожидали чего-то другого, Крэнли? Не забывайте, что до вас ни один мужчина не осмеливался поцеловать меня.

— Да уж, вы, безусловно, добродетельная девушка. Я был в этом уверен. Правда, теперь пришлось несколько изменить свое мнение, видя сборище этих болванов у ваших дверей.

Возможно, из-за прямого разговора с Эденхемом у девушки мелькнула мысль: ей следует прямо сказать Крэнли, чего она от него ждет. Хуже вряд ли будет: честность не сможет нанести вред.

— Но мне нравитесь только вы, Крэнли, — ответила она, беря быка за рога, причем почти буквально, и положила голову ему на грудь, чувствуя, как в нем нарастает жар. Амелия осторожно коснулась его ладонями и задержала дыхание. Каждую их встречу инициатором был он, а она лишь подчинялась ему. Откликнется ли он сейчас? Могла ли она, положив голову ему на грудь, заставить его наконец действовать?

Крэнли поднял голову и тяжело вздохнул. Одна рука легла ей на спину, едва касаясь, словно он боялся сильно прижать ее к себе. Она жадно вдыхала запах его лавандовой воды, касаясь лицом шейного платка. Да когда же наконец он обнимет так, чтобы перехватило дыхание?

Это было просто смешно. Два года они тайно встречаются — и что из этого? Разумеется, Крэнли замечательно целовался, и Амелия решила, что хочет его, и только его, но сколько же можно ждать, пока он наконец совершит настоящий мужской поступок — сделает ей предложение. Но он, видно, и не собирался.

Терпение ее лопнуло. Она просто должна теперь выйти замуж за герцога, чтобы утереть нос этому упрямцу! Он заслужил это.

— Кажется, вам неприятно прикасаться ко мне. — Амелия освободилась от его весьма прохладного объятия. — Прошу извинить, что навязывалась вам, лорд Крэнли. Больше я не буду вас беспокоить, уверяю вас.

Она обернулась и направилась к двери в библиотеку, ожидая, что он остановит ее, возможно, вспыхнет от гнева или закричит на нее. Но Крэнли даже не пошевелился, и она гордо вышла из гостиной.

Очень хорошо. Если он хочет играть по таким правилам, пусть. Она все равно выйдет замуж за герцога — есть уже два претендента. Она даже знала имя той, кто сможет помочь в этом, — София Далби.

Глава 22

— Моя дочь выглядит решительной. — Олдрет покачал головой.

— И несчастной, — добавила София. — Интересная комбинация, не правда ли? Полагаю, теперь дела пойдут немного поживее.

— Куда уж больше!

София искоса взглянула на герцога и улыбнулась:

— Вам нужно чаще появляться в обществе, Олдрет.

Герцог промолчал. А что он мог сказать? Его родная дочь оказалась не слишком скрытной в своих любовных делах, и это ставило его в несколько затруднительное положение. Разумеется, Крэнли вел себя совершенно неправильно, но мужчины постоянно поступают так, это даже не заслуживало особого внимания. Какой смысл удивляться тому, что солнце садится и встает изо дня в день? Этого не изменить. Так зачем понапрасну стараться переделать характер упрямца! Надо к нему приспособиться!

Достаточно взглянуть на Амелию. Как и любая здоровая девушка с приятной внешностью из хорошей семьи, она хочет как можно удачнее выйти замуж. В этом нет ничего плохого, совершенно ничего. Как и большинство молодых людей, Крэнли появился рядом с ней, подгоняемый самым банальным желанием, и принялся весьма неуклюже ухаживать. Тем не менее каким-то образом умудрился отвлечь ее внимание от других мужчин.