Барбара Дэн - Непослушная невеста

– А ты не лезь в это дело, Мэдди: к твоему сведению, я сожалею лишь о том, что впустил этого аспида к себе в дом.

– Так нечестно, отец! – заявила Кейт. – Разве вы забыли: Питер не хотел на мне жениться, и это была целиком моя идея?

– Неужели? – Серо-зеленые глаза Хоумера пристально посмотрели на Кейт сквозь пелену сигарного дыма. – Он нами пользовался, если называть вещи своими именами!

Кейт всплеснула руками:

– Тогда могу сказать только, что Бог все видит, потому что мы оба получили то, чего заслуживали!

– И что же это такое? – насмешливо поинтересовался мистер Макгиллакатти.

– Ровным счетом ничего! Полный крах. Будьте вы прокляты, папенька: я ненавижу вас за то, что вы сломали мне жизнь!

Тяжело шагая, Хоумер подошел к дочери и неуклюже потрепал ее по плечу.

– Ничего, я найду тебе другого мужа, в сто раз лучше этого, – пообещал он.

– К черту другого мужа! – прорыдала Кейт. – Вам даже в голову не пришло, что я могу любить Питера! Впрочем, после того, что вы наделали, это уже не имеет никакого значения.

– Что такое, Мэдди? – Хоумер обернулся к жене. – С каких это пор наша дочь разговаривает со мной подобным образом?!

Мэдлин выгнула изящно очерченные брови.

– Иди наверх, МэриКейт, – тихо распорядилась она. – Я сама поговорю с твоим отцом.

Громко рыдая, Кэтрин выбежала из комнаты, и лишь когда дверь за ней закрылась, Мэдлин повернулась к мужу:

– Милый, что толку гневаться, если все повернулось не так, как мы задумывали…

– Лучше скажи – повернули, и я даже знаю кто, – мрачно буркнул Хоумер.

– Чушь! – Мэдлин быстро обняла его за талию. – Сказать, почему ты злишься? Все дело в том, что Питер О'Рурк не менее упрямый и настырный, чем ты. – Вынув изо рта мужа сигару, она быстро поцеловала его. – А еще он самый подходящий муж для нашей Мэри Кейт.

– Только через мой труп! – рыкнул Хоумер. Всего за несколько минут до стычки с О'Рурком он понес серьезный финансовый урон, и теперь ему трудно было успокоиться. – Если хочешь знать, я и сейчас предпочел бы, чтобы мужем Мэри Кейт стал Симпсон.

– Но, милый… – Мэдлин нежно погладила его широкую грудь.

– О' Рурк совершенно не подходит для моего ребенка, и я сегодня же встречусь с поверенным!

– Не советую, дорогой: пусть уж лучше все идет своим чередом.

– Довольно! – Хоумер хлопнул ладонью по столу. – Не пора ли тебе заняться домашними делами? – осведомился он, надеясь, что Мэдлин наконец почувствует себя виноватой.

– Я только недавно вытирала пыль, – ответила Мэдлин, спокойно рассматривая свои красивые ногти.

– А как насчет того, чтобы приготовить мне ленч?

– Ах, ну конечно! – Вздохнув, Мэдлин поднялась. Ее попытки успокоить мужа явно не имели успеха, но она и не думала сдаваться. Подойдя к Хоумеру, она поцеловала его в подбородок. – Обещай мне, что успокоишься, а я сейчас принесу тебе сандвич и кофе.

Как только Мэдлин исчезла в глубине дома, Макгиллакатти, кряхтя, надел фрак и начал собирать бумаги, что-то мстительно бормоча себе под нос.

А когда жена принесла ему ленч, он уже исчез из дома.

Обнаружив это, Мэдлин лишь покачала головой. «Хоумер Макгиллакатти, несмотря на все твое упрямство, этого поединка тебе не выиграть», – подумала она и, открыв нижний ящик стола, сделала глоток абрикосовогр бренди из припасенной Хоумером в качестве неприкосновенного запаса бутылки.

Глава 23

Питер медленно брел по дороге, не обращая внимания на дувший с высокогорья ледяной ветер. Гораздо хуже отвратительной погоды было то, что теперь ему предстояло сообщить бригаде лесорубов самые неутешительные известия. Чертовски неприятно остаться без работы как раз накануне зимы, когда Сьерра-Невада вот-вот покроется снегом.

Уходя, Питер успел заметить на верхнем этаже Мэри Кэтрин: она стояла у окна, завернувшись в синее стеганое одеяло, и казалась такой растерянной, какой он никогда еще ее не видел. Смогут ли они когда-нибудь снова наладить добрые отношения? Бог весть!

Толкнув плечом тяжелую дверь, Питер вошел в вестибюль отеля и остановился, чтобы поздороваться с Давенпортом – актером, приглашенным играть роль Ланчотто, который о чем-то оживленно беседовал с режиссером Эноком Лэски.

– Репетиция сегодня в четыре, – напомнил ему Лэски.

– Приду непременно, – пообещал Питер. – Я все позабыл и должен освежить память.

– Э, да ты весь промок, мой милый! – Нина Л'Амборгетти отошла от стойки портье с аккуратной пачкой писем в руках. – Обязательно выпей чаю с медом, и лимоном.

– Как скажешь, дорогая! – Питер беззаботно ухмыльнулся, и в этот момент портье, выйдя из-за стойки, передал ему толстый конверт.

– Прошу прощения, мистер О'Рурк, я не передал его вам вчера из-за возникшей суматохи…

– О! – В голосе Питера прозвучало удивление. – Любопытно, кто может знать, что я здесь остановился? – Он бросил быстрый взгляд на конверт.

Письмо оказалось из Белфаста и дважды переадресовывалось.

– Это письмо пришло несколько недель назад, – пояснил портье, – когда ирландская труппа находилась в нашем городе. Вы остановились не здесь, но мисс Дули пообещала, что сообщит вам про письмо.

– Господи, парень, сейчас уже конец октября, выходит, письмо отправлено четыре месяца назад!

Портье озабоченно нахмурил лоб:

– Мне очень жаль, сэр. Когда вы вчера у нас поселились, я только смутно про него помнил, но этого хватило, чтобы утром я отправился в кабинет к управляющему и стал его искать, как видите, небезуспешно.

– Что ж, спасибо. – Питер взвесил пакет в руке. Судя по всему, это очень длинное послание: оно послано заказной почтой и застраховано. Почерк показался странно знакомым. Неужели его отец вдруг решил смягчиться и отправил сыну весточку через своих поверенных в Белфасте?

Питер небрежно сунул письмо в карман.

– Пойду полежу в горячей ванне, – объявил он и бросил коридорному серебряный доллар. – Принесите мне виски и кофе в номер 208.

– Лучше чаю с лимоном, – подсказала Нина.

– Ладно, и это тоже.

– Сию минуту, сэр.

Как только Питер оказался у себя в номере, он нетерпеливо разорвал конверт, из которого выпало несколько листков бумаги с названием фирмы «Макдермотт, Смайд и Тловер». Кроме этого, внутри оказался банковский чек с поручительством Лондонского банка на сумму.

– Вот дерьмо! Двести тысяч фунтов?

Питер чуть не выронил чек. Какого черта? Он никогда не получал от отца больше нескольких сотен за раз! Но может быть, тут какая-то ошибка?

Питер осторожно положил банковский чек на стол и взялся за четырехстраничное письмо поверенного, надеясь найти там ответ. Прошло несколько томительных секунд, прежде чем он осознал случившееся.