Джоан Вулф - Риск

Перед Минтон-Хаусом на Беркли-сквер выстроилась целая очередь из экипажей, и нам пришлось ждать минут двадцать, пока наша карета смогла подъехать к парадному крыльцу. Шел дождь, и лакеи Минтонов ожидали гостей на ступенях с огромными зонтами в руках, чтобы проводить их в ярко освещенный мраморный парадный холл.

Бальная зала находилась на втором этаже. Как только объявили нас с Филипом, я готова была поклясться, почти все головы повернулись в нашу сторону.

Я немедленно взяла Филипа под руку и улыбнулась ему сияющей улыбкой.

Он холодно вскинул бровь.

— Не переигрывай, Джорджи, — сухо посоветовал он.

— Чепуха. Мы только что вернулись из свадебного путешествия. Мы должны выглядеть как счастливые молодожены.

Я подмигнула ему.

Он усмехнулся краешком рта.

Перед нами возник лорд Генри Слоан.

— Леди Уинтердейл, — обратился он ко мне, как всегда приветливо улыбаясь. — Как я рад снова видеть вас в нашем кругу, мы по вас соскучились. — Он кивнул Филипу. — Уинтердейл, как поживаешь?

— Замечательно, — коротко ответил Филип. Лорд Генри снова повернулся ко мне.

— Вы уже оправились после того случая, леди Уинтердейл?

Я улыбнулась, глядя в любопытные карие глаза своего экс-кавалера.

— Да, благодарю вас. Так все глупо получилось, знаете ли. Моего бедного Като ужалила пчела.

— Правда? — Сэр Генри задумался. — Так вот как все произошло.

Я придумала это объяснение еще раньше и ужасно гордилась своей находчивостью. Филип ничего не сказал.

В этот момент оркестр заиграл вальс, и Филип взял меня за руку.

— Ты позволишь, дорогая?

Я снова одарила его сияющей улыбкой новобрачной.

— С удовольствием.

Мы закружились по паркету, и я почувствовала на себе любопытные взгляды.

— Ох, не нравится мне все это, — пробормотала я.

— Мне тоже, — сказал мой муж. — Если злоумышленник ставил своей целью бросить на меня тень подозрения, то он почти добился своего. — На щеке у него дрогнул мускул. — Черт побери! Одна надежда на то, что Клэвен что-нибудь разузнает. Если же нет, то я вынужден буду прикончить всех джентльменов из черного списка твоего батюшки, а это не так-то просто.

— Филип! — Я в ужасе взглянула на него. — Но ты же не можешь убить ни в чем не повинных людей?

Он бросил на меня хмурый взгляд.

— Почему бы и нет? Один раз я уже явился причиной гибели ни в чем не повинного человека.

Сердце мое бешено заколотилось.

— Что ты имеешь в виду?

Прежде чем он успел ответить, музыка умолкла, и мы остановились перед Кэтрин и лордом Генри Слоаном, которые тоже только что танцевали.

Лорд Генри улыбнулся мне и сказал:

— Я получил жесткое предписание от своего брата Ротерэма приглашать леди Кэтрин на все вальсы. Он до смерти боится, что кто-нибудь уведет ее у него из-под носа, прежде чем он успеет назвать ее своей супругой.

Кэтрин покраснела от смущения.

— Я вижу, вы пользуетесь доверием у вашего брата, лорд Генри, — заметила я.

— Да. Необходимость вынудила его воспользоваться моей помощью, и он приказал мне держать язык за зубами. — Он снова ухмыльнулся. — Но для меня это задача почти невыполнимая. Вы же знаете, я обожаю сплетни и слухи.

Он поклонился и отошел.

Филип взглянул на Кэтрин:

— Ротерэм? Значит, тебя можно поздравить, Кэтрин?

— Генри такой болтун, — пожаловалась она. — Он не должен был ничего говорить. Но это так. Да, Филип, Ротерэм попросил меня выйти за него замуж, как только закончится его траур.

Филип вскинул черную бровь.

— Твоя матушка уже знает об этом?

— Пока нет.

Вторая бровь взлетела вслед за первой.

— Будущий герцог, — промолвил он. — Она будет в восторге.

— Она просто невыносима, ты же знаешь. Что ж, ничего не поделаешь. Эдвард есть Эдвард. Я бы любила его, будь он даже помощником аптекаря.

Филип улыбнулся ей той теплой улыбкой, которая редко появлялась на его лице.

— Желаю тебе счастья, кузина, — промолвил он. — Ты это заслужила.

Кэтрин удивленно и радостно взглянула на него и тоже улыбнулась в ответ.

Раздался хорошо знакомый мне скрип корсета.

— Леди Уинтердейл, — произнес мистер Джордж Эшертон. — Счастлив вновь встретить вас в Лондоне.

Я почувствовала, как напряженно застыл Филип. Он холодно промолвил:

— Мне кажется, я не знаком с этим джентльменом, дорогая.

Он прекрасно знал, кто такой Эшертон и что он один из списка моего отца. Тем не менее я сказала:

— Милорд, позвольте вам представить мистера Джорджа Эшертона. Он был другом моего покойного батюшки. Мистер Эшертон поклонился.

— Лорд Уинтердейл. Рад познакомиться, сэр. Филип смерил его ледяным взглядом.

— Весьма польщен, — небрежно бросил он.

Несколько смущенный неприветливым поведением моего супруга, мистер Эшертон продолжал, обращаясь ко мне:

— Прошу вас оказать мне честь и принять приглашение на следующий танец, леди Уинтердейл.

Я быстро ответила, боясь, что вмешается Филип:

— Ну разумеется, мистер Эшертон. — Я улыбнулась, глядя в застывшее лицо мужа. — Вы нас извините, милорд?

Он посмотрел на меня тяжелым взглядом, но я и бровью не повела. Мне надо было поговорить с Джорджем Эшертоном. Точнее, надо, чтобы он поговорил со мной. Может, он случайно проболтается, и я узнаю, было ли то письмо делом его рук.

Следующим танцем был контрданс, и, выйдя со мной на середину залы, мистер Эшертон спросил меня, не соглашусь ли я посидеть это время. Когда я ответила утвердительно, он несколько удивился, подвел меня к креслу у стены и пошел за двумя бокалами пунша. Филип и Кэтрин перешли на другую сторону залы, почти напротив моего кресла, и, взглянув на них, я заметила, как свечи из настенного канделябра отбрасывают отблески на черноволосую голову моего мужа и на бриллиантовые серьги Кэтрин и ее очки.

Мне стало ясно, что Филип намерен не спускать с меня глаз. Эта мысль меня успокоила.

Мистер Эшертон вернулся с пуншем и уселся рядом со мной на стул с позолоченными ножками. Он чуть подался вперед, и стул под ним скрипнул в унисон с корсетом.

— Я узнал про несчастный случай в парке, леди Уинтердейл, и очень сожалею, — начал мистер Эшертон. По его лицу, однако, не было заметно, что он сожалеет. — Насколько мне известно, вы упали с лошади?

— Да, — сказала я. — Като ужалила пчела, и он меня сбросил.

Водянистые голубые глазки Эшертона впились в меня изучающим взглядом:

— Ужалила пчела?

Я глотнула пунша и кивнула.

Он громко откашлялся.

— Может, я и поверил бы в эту историю, если бы не слышал о других неприятных происшествиях, случившихся с вами, леди Уинтердейл.