Джулия Лэндон - Скандальная женитьба

Большую часть ночи Джек слушал новости, принесенные друзьями. Его шок по поводу Уилкса не уменьшился, когда Линдсей рассказал ему, кто участвовал в неудавшемся заговоре против принцессы Каролины, чтобы, когда Георг взойдет на трон, над его головой не висел туман отвратительного скандала. Эвелин, леди Линдсей, они подозревали в том, что ее предполагаемый любовник, мог рассказать ей о заговоре.

В списке заговорщиков — они называли себя избранным кругом принца — было несколько выдающихся имен Англии. Невероятно. Джек сделал вывод, что его собственный маленький скандал выглядит почти смехотворно приличным в сравнении с новостями, услышанными от друзей.

Потом они долго говорили о судьбе Джека. Похоже, ни Кристи, ни Линдсей не думали, что сейчас имеет значение, виновен Джек в прелюбодеянии с принцессой или нет.

— Главное, его высочество думает, что это правда, — сказал Кристи.

Оба друга не считали, что Джека могут повесить, хотя не были уверены, какое наказание его ждет.

— Лишение всех земель, — предположил Кристи. — Весьма подходящее наказание.

Джек поморщился:

— Но я даже пальцем ее не тронул.

— Нет, — покачал головой Линдсей. — У принца не хватит денег, чтобы содержать замок посреди чертовой Шотландии. Более вероятна тюрьма.

— Спасибо, утешили, — проворчал Джек.

— Не бойся, друг, — торжественно произнес Линдсей. — Мы будем тебя навещать.

— Кристи, а что с аудиенцией у короля? — спросил Джек.

— Черт возьми, Ламборн. У тебя что, нет другого способа помочь девушке?

Джек покачал головой, и тогда Линдсей вдруг сказал:

— Тебе незачем видеть короля. Мы тебе поможем, объединимся и…

— Вы можете аннулировать обручение? Можете защитить ее поместье от притязаний дяди? Остановить в Шотландии лэрда? Поверьте мне, когда я говорю, что другого способа нет, иначе бы я с удовольствием им воспользовался. Я не стремлюсь болтаться на веревке. Так что насчет аудиенции?

— Я ожидаю, — печально ответил Кристи. — Теперь это не так легко, как раньше.

— И сколько времени это займет?

Кристи пожал плечами:

— День. Неделю. Месяц. Предсказать невозможно.

— Я не могу сидеть запертым в этом доме, как зверь в ловушке, — раздраженно сказал Джек, думая о близости Лиззи. — Я уже сказал Уинстону, что никто не должен упоминать, что я здесь. Но как долго это можно держать в секрете?

— Да, это риск, Джек, — согласился Линдсей. — Ты еще можешь покинуть Лондон, пока никто о тебе не знает.

Очень заманчиво. Но Джек вспомнил Лиззи, стоявшую в холле, невыносимую боль в ее глазах.

— Не могу, — сказал он, залпом допивая виски.

Джентльмены ушли после полуночи, а Джек остался в красной гостиной, думая о многочисленных переменах в его жизни, случившихся за последние три месяца, и о тех, что у него впереди.

За этим занятием Фиона и застала его, вернувшись со званого ужина, куда затащила Гордона с Лиззи. Она сбросила шаль на диван, плеснула себе виски, а затем поцеловала брата в щеку.

— Твои гости ушли так рано? — слегка удивилась она. — Я была уверена, что вы еще сидите с картами в руках.

Три месяца назад так бы оно и было, но сейчас карточная игра казалась Джеку пустейшим времяпрепровождением.

— Учитывая обстоятельства, мне пока не до карточных игр. Линдсей сообщил, что у меня будет на это масса времени в Ньюгейте.

— Джек, ты не пойдешь в тюрьму! Думаю, они просто вышлют тебя из Англии. Это ведь более вероятно?

Джек не хотел пугать сестру правдой.

— Как прошел твой вечер?

— О! — Фиона закатила глаза. — Леди Гилберт явилась со своей маленькой отвратительной дворняжкой. Боже, она просто неисправима, а леди Гилберт абсолютно слепа к этому. Кстати, ты знаешь, что у миссис Керкленд незаконная связь с лордом Говардом? — взволнованно спросила она.

— Нет, — проворчал Джек.

Его занимали более серьезные дела.

— И они скандально этого не скрывают. Виктория Рансгейт говорила мне, что они были даже в опере! Можешь себе представить: явиться в оперу с любовником на виду у собственного мужа?

— Нет, — повторил Джек, удивляясь, что люди могут целыми днями заниматься такой ерундой. — А как наши гости отнеслись к вечеру?

— Очень хорошо, полагаю. Мистер Гордон был оживлен и довольно обаятелен. По-моему, сестра леди Гилберт, мисс Хэндлсмен, была совершенно очарована им. А он — ею. Он красив, что дает ему хорошие шансы в Лондоне. У него есть состояние?

Как будто состояние является настоящим мерилом человека. Он вряд ли мог винить Фиону, в высшем свете это обычный способ мышления.

— Не знаю, — ответил Джек. — А мисс Бил?

— Она была в подавленном настроении. Право, Джек, ты ведь не можешь ожидать, чтобы она вечер за вечером появлялась в одном и том же платье.

— Что?

— Ее платье, — нетерпеливо повторила Фиона. — Я считаю его красивым летним платьем, но для Лондона оно совершенно не подходит, и оно слишком простое.

— Она наденет другое, я уверен.

— Другое! У нее другого нет, и денег тоже. А для выхода в свет ей требуется соответствующий гардероб.

Ну конечно. Почему он не подумал об этом?

— Тогда помоги ей, Фиона. Найди соответствующие платья, которые она может носить. И шляпку.

— Шляпку?

— Да, да, — сказал Джек и вдруг поднялся. — Ты должна найти ей лучшую шляпу в Лондоне. И… одежду, обувь и прочие вещи. Но главное — шляпка, Фи. Лучшая, какую только может предложить Лондон.

— Шляпка. Понимаю. Если ты любишь ее, почему не скажешь об это прямо?

— Я не люблю ее, — проворчал он.

— Джек.

Сестра бросила на него взгляд, свидетельствующий, что она достаточно хорошо его знает.

Он со вздохом упал в кресло и провел рукой по волосам.

— Это все очень сложно, Фи.

— Глупости.

— Она провинциалка, я же… я…

— Мужчина? Которому требуется жена, которую он может любить безумно, самоотверженно и которая, в свою очередь, будет так же любить его?

— Я мужчина, которому грозит тюрьма. Или хуже того.

— Ничего подобного!

— Кроме того… она не согласится жить здесь. В Шотландии у нее сестра-инвалид, которая нуждается в ее помощи.

— Значит, ты должен согласиться жить в Шотландии. Я ведь согласилась и очень рада. — Фиона похлопала его по колену. — Я согласилась, и ты сможешь. Ты не подумал об этом?

— Нет.

Странно, Джек всегда думал о Шотландии как о стране без приличного общества. Но ведь в Торнтри он совсем не скучал по обществу. Возможно, общество — это то, что создаешь сам?

— Есть кое-что еще, — сказал Джек. — Наш отец.