Джулия Хилпатрик - Ретт Батлер

– Вы из Нью-Йорка? – задал наконец вопрос мужчина и ей, хотя до этого момента он ни о чем ее не расспрашивал, предпочитая рассказывать больше о себе. И то, что женщина, в основном, молчала, казалось, не волновало мужчину, с которым она прогуливалась под руку в прохладной ночи, освещенная лунным светом.

– Нет, – тихо проговорила она, – я из Сан-Франциско.

– Едете в Лондон навестить друзей? Или в Париж?

– В Лондон, – а в мыслях добавила: «Спасти дочь из лап грязного чудовища, похитившего ее». – Так, на несколько дней.

– Такое длительное путешествие ради нескольких дней? Вы, должно быть, любите морские прогулки? – Мужчина повернул к ней голову, когда они случайно остановились около двух кресел, стоящих на палубе.

– Присядем? – Скарлетт села, не зная зачем, но с ним было так легко и спокойно. Мужчина сел на соседнее кресло, прикрыл ноги Скарлетт пледом и снова взглянул на женщину.

– Извините… Совсем забыл представиться, – с мягкой улыбкой он протянул ей руку – Джон Мак-Гроув из Лондона. – Скарлетт пожала руку Джона, удобнее устраиваясь в кресле.

– Скарлетт О'Хара Батлер.

– Миссис? – напрямик спросил Джон. Скарлетт с улыбкой кивнула, стараясь понять, какое это имеет значение для него. – И Вы – вдова? – Когда Скарлетт подтвердила и это предположение Джона, он удивленно поднял бровь.

– Ага! Все вокруг Вас окружено тайной. О Вас говорят люди, – заинтриговал ее Джон, и она от неожиданности рассмеялась… Джон был забавный и нравился Скарлетт.

– Не может быть.

– Я уверяю Вас. На Вас обращают внимание. Две леди сказали мне сегодня, что с нами на пароходе находится красивая дама, которая в одиночестве гуляет по палубе, ни с кем не разговаривает и обедает, завтракает и ужинает исключительно у себя в каюте.

– Это, должно быть, кто-то другой, – ответила Скарлетт, улыбаясь Джону.

– Вы гуляете в одиночестве по палубе? Гуляете. Я знаю, можете не отрицать, потому что видел это сам, – и добавил весело, – и даже сталкивался с этой самой красивой дамой. Вы питаетесь у себя в каюте? – Джон вопросительно повернулся к Скарлетт, которая рассмеялась и покачала головой.

– Нет. Ну… не все время… иногда.

– Ну, вот видите. Вы та самая загадочная дама, привлекающая к себе внимание окружающих, разжигая в них любопытство. И я должен сказать Вам, что люди не замедлили придумать разные необыкновенные истории по Вашему поводу. Одни говорят о Вас как о прекрасной молодой вдове, которая едет в Европу, чтобы оплакать мужа. Другие считают, что Вы пережили трагический развод. Третьи, что Вы – большая знаменитость. Правда, никто не может догадаться, кто именно скрывается под этой маской, но, без сомнения, кто-то всем известный и любимый. – Джон задумался на мгновение, прищурил глаза и взглянул на Скарлетт: – Например, Джоан Кентуэй.

Скарлетт рассмеялась от такого предположения, а Джон только улыбнулся.

– У Вас богатое воображение, мистер Мак-Гроув.

– У меня исключительно сложное имя, не правда ли? Особенно, когда произносится с американским акцентом. Пожалуйста, зовите меня Джоном. А что касается Вашей личности, я думаю, Вам следует сказать правду и признаться, кто Вы такая, чтобы все пассажиры первого класса перестали сходить с ума от неизвестности. Должен признаться, что я и сам целый день ломал над этим голову, но безуспешно.

– Боюсь, что все будут очень разочарованы, я самая заурядная личность. Еду в Европу, чтобы встретиться там с дочерью. – Скарлетт произнесла это, как можно беззаботнее, но все, что она сказала, чрезвычайно заинтересовало Джона.

– И намерены остаться в Лондоне только на несколько дней? Как это печально для нас. – Джон улыбнулся, а Скарлетт, глядя на него, подумала, что он очень привлекательный.

– Удивительно, что Вы вдова и до сих пор снова не вышли замуж, – в голосе Джона, действительно, слышалось неподдельное удивление. – Американки как-то очень необычно легко и просто, а иногда даже с удовольствием переживают свое состояние свободы. Английские девочки начинают впадать в панику, если не имеют жениха в двенадцатилетнем возрасте и им не удается выйти замуж в первый же сезон их пребывания в свете, дома их готовы сжечь заживо. – Скарлетт засмеялась над этими высказываниями Джона. Она сама расценивала свое одиночество скорее, как достоинство или волю судьбы. В ее случае, это проявление долга, жертва Ретту.

– Я не думаю, что незамужнее состояние – исключительно американское искусство. Все женщины, кто бы они ни были, хотят выйти замуж за любимого человека или за любого, если уж им очень хочется выйти замуж, или чтобы доказать кому-то, – Скарлетт усмехнулась, вспомнив себя в юности. – Все то же самое. А иногда выходят и просто так, неизвестно почему… – она подумала о Розмари и снова усмехнулась. – У меня родственница замужем за англичанином, – неожиданно закончила она без всякой последовательности со своими предыдущими словами.

– В самом деле? А за кем? – спросил Джон, как будто знал всех в Англии.

– За лордом Мейсоном. Но он умер несколько лет назад.

Джон задумался, потом кивнул.

– Мне кажется, я его… Вероятно, его хорошо знал мой отец. По-моему, у него был очень сложный характер. – Скарлетт засмеялась над таким заявлением и поняла, что Джон, действительно, знал Лестера, если мог знать и о таких подробностях.

– Его отличала, главным образом, педантичность. И Розмари боялась своей собственной тени, а до замужества была очень решительной девушкой. Кто знает, почему она вышла замуж, да еще за Лестера. Он терзал ее своими подозрениями. Мы ездили навестить ее в имении Хейвермур. – Скарлетт хотела добавить «несколько лет назад», но неожиданно поймала себя на мысли, что не хочет говорить об этом Джону. – Ее голос приобрел печальный и горький оттенок. – С тех пор я не была в Англии.

– А когда Вы были там? – заинтересовался Джон, как будто и не заметив ее замешательства.

– Давно.

– Давно? – Джон внимательно посмотрел в лицо Скарлетт. – И тогда произошло что-то, о чем Вы не можете забыть до сих пор?

Скарлетт кивнула, печаль тенью пробежала по ее лицу, но собеседник опять сделал вид, что ничего не заметил.

– Да. – Скарлетт встала, собираясь уходить. Она устала от воспоминаний о прошлом и от решения проблем в настоящем. – Мне пора. С Вами было приятно поговорить, мистер Мак-Гроув.

– Джон, – поправил мужчина. – Могу я проводить Вас до каюты или предложить Вам что-нибудь выпить? В баре в самом деле очень неплохо. Вы, вероятно, еще не были там? – Но меньше всего Скарлетт хотела коротать время этого вынужденного путешествия, сидя в баре, что так напоминало ей такие же развлечения на том, утонувшем корабле. Никогда в жизни больше не хотела она находиться на судне, но сейчас вынуждена была делать это из-за Кэт.