Мишель Яффе - Нимфа

— Меня удивляет ваш вопрос, Софи. Честно говоря, я действительно это сделал. Но совсем не в том смысле, на который вы намекаете.

— Что вы имеете в виду?

— Я взломал замок, который принадлежал покойному мужу Констанции, вашему крестному. Настоящий замок, — поспешил уточнить он. — Замок на двери его лаборатории.

— Это было до или после того, как вы занимались с Констанцией любовью в ее гардеробной? — без обиняков спросила Софи.

— Софи, я не занимался любовью с Констанцией Грос-грейн в ее гардеробной, — ответил Криспин, сдержав улыбку, так как видел, что Софи на самом деле расстроена.

— Ни к чему отрицать. Я вас видела.

— Меня? Сегодня? В гардеробной? С Констанцией? — раздельно повторил ее слова Криспин, надеясь, что так они обретут смысл. — Но я даже близко не подходил к ее будуару.

— Где же вы были?

— В Сент-Мартин-Филдз. На складе фальшивомонетчика.

— Вы же сказали, что были в лаборатории лорда Грос-грейна. Или это еще одна метафора для описания прелестей Констанции?

— Прошу тебя, Софи, оставь в покое Констанцию и ее… замок. — Криспин снова чуть не рассмеялся. — Это не имеет никакого отношения к нашему разговору. Я отправился в лабораторию лорда Гросгрейна, а обнаружил там склад со множеством оттисков монет разных стран и мешки с фальшивыми золотыми, готовые к вывозу из страны.

— Вы хотите сказать, что мой крестный был фальшивомонетчиком? — недоверчиво вымолвила Софи.

— Боюсь, что это так. Во всяком случае, он имел отношение к крупнейшей в Англии организации фальшивомонетчиков.

— Но это невозможно. Он никогда не разбирался в деньгах.

— Что не помешало ему сколотить внушительное состояние на угольных шахтах, — заметил Криспин.

— Я не могу в это поверить, — отмахнулась от его слов Софи. — Крестный не мог быть фальшивомонетчиком.

— Организация, которую я разоблачил сегодня, колоссальна, и если он не был ее идейным руководителем, то наверняка возглавлял какую-нибудь ее часть. Например, ведал тем, что касалось химии.

— Но как он… — Софи осеклась, решив задать более интересный вопрос: — А как вы догадались заглянуть на склад?

— Очень просто. Монеты, которые дала мне сегодня горничная Суитсона, оказались подделкой. И очень хорошей подделкой, что под силу только человеку, привыкшему иметь дело с разными металлами.

— Например, алхимику, — вставила Софи. — И поэтому вы решили, что это имеет отношение к лорду Гросгрейну?

— Отчасти да. Но оставался еще один вопрос — его шантажа. Это и привело меня сегодня в его лабораторию, — сказал Криспин. Ему не следовало говорить Софи, что он узнал эти монеты сразу же, как только увидел их на ладошке девочки; он распознал в них подделку, причем весьма своеобразную — такие фальшивые золотые Феникс впервые увидел и конфисковал два с половиной года назад. Тогда он сорвал планы преступной организации, не позволив пустить монеты в оборот, но ему пришлось уехать из страны прежде, чем он смог добраться до руководителей организации и уничтожить ее полностью. На этот раз он надеялся довести дело до конца.

— Значит, лорда Гросгрейна шантажировали, зная, что он был фальшивомонетчиком? Поэтому его и убил этот шпион Феникс?

— Феникс его не убивал, — уверенно возразил Криспин и готов уже был сказать больше, но Софи перебила его, боясь упустить свою мысль:

— Но это бессмысленно. Зачем было лорду Гросгрейнустановиться фальшивомонетчиком?

— Возможно, ему нужны были деньги. Ведь он платил тебе по тысяче фунтов в месяц.

— Но он имел огромные деньги, — покачала головой Софи.

— Ты уверена? Он владел угольными шахтами, но цены на уголь в последнее время упали. Ты наверняка знаешь, что он был платежеспособен?

— Да, безусловно. Я… — Софи хотела что-то сказать, потом передумала и замолчала, затем решилась: — Ты действительно не был сегодня сКонстанцией?

— Я надеялся, что это мы уже выяснили, — нахмурился Криспин, но тут же добавил: — Я действительно не был с ней.

— Если это был не ты, то кого же я видела?

— Ты хорошо разглядела того мужчину?

— Я видела его со спины, но и этого было достаточно.

— Ну, это все объясняет. Смею думать, что такого привлекательного лица, как у меня, больше ни у кого нет, но готов признать, что сотни мужчин в Англии похожи на меня со спины.

Софи не могла с этим согласиться, но промолчала. Вместо этого она пристально взглянула ему в лицо:

— Скажи, я могу доверять тебе, Криспин?

— Конечно.

Софи на мгновение прикрыла глаза и тут же решительно их открыла.

— То, что я собираюсь рассказать тебе, я хранила как страшную тайну целых десять лет. Это не моя тайна, но я призвана ее хранить. Если я разделю ее с тобой, ты будешь хранить ее так же свято?

Нимфа из его сна вдруг превратилась в величественную богиню. Криспин с достоинством кивнул, отдавая должное торжественности момента.

— Я знаю точно, сколько денег было у лорда Гросгрейна, потому что это я давала ему их, — начала Софи.

— Что значит «я давала ему деньги»? — изумился Криспин. — Разве лорд Гросгрейн не владел угольными шахтами по всей стране?

— Нет, это я ими владела. Они принадлежат мне.

— Тебе?

— Да. А также ветряные мельницы, водопроводные сооружения, четыре судоходных канала и полдюжины овцеводческих ферм. Я начала все это покупать, когда мне не было еще и шестнадцати, поэтому мне нужен был человек для официального заключения сделок. Тогда я наняла лорда Гросгрейна.

— Наняла? Своего крестного?

Софи поняла, что проговорилась и едва не раскрыла слишком многое.

— Да, вроде того. Согласись, никто не стал бы иметь дело с шестнадцатилетней девчонкой, — объяснила она, стараясь сгладить свою оплошность. — А с лордом Гросгрейном было приятно работать, хотя он ничего и не смыслил в делах.

То, что рассказывала Софи, казалось невероятным. Но, судя по тому, что Криспину было о ней известно, вполне возможным.

— Он платил тебе тысячу фунтов в месяц, — сказал Криспин. — Ты говорила, что это твое содержание, но если ты сама всем владеешь, зачем тебе оно? Почему он платил тебе?

— Он хотел вернуть мне долг, — с тоской вымолвила Софи. — Когда мы покупали нашу первую шахту, он оказался без средств к существованию, потому что потратил свое состояние на алхимические опыты. Он был настолько беден, что вынужден был отправить Бэзила жить к родственникам. Я немного разбиралась в алхимии, достаточно, чтобы помочь ему сделать себе на этом имя и вернуть хотя бы часть денег. У меня тоже были кое-какие сбережения. Мы объединили наши средства и вложили их в шахту. Она начала приносить прибыль, и лорд Гросгрейн снова разбогател и захотел отблагодарить меня за то, что я вернула ему былое благосостояние. Я отказалась брать у него деньги. Я всегда находила способ незаметно вернуть ему их обратно.