Мэдлин Хантер - Обольщение в красном

— Ага, вот и они… — пробормотал он. — Небольшая фабрика, судя по всему. Довольно поздно вступила в игру — судя по записям, порох у них начали покупать с начала года. Возможно, им было заплачено около семидесяти тысяч. Конечно, это может показаться существенной суммой, но для промышленного предприятия она совсем невелика. Даже странно, что мы имели с ними дело. Впрочем, нам был необходим дополнительный порох.

— А когда была последняя оплата? — поинтересовался Себастьян.

Мистер Холмс провел толстым пальцем вниз по странице.

— В мае 1814-го, — ответил он. — Вероятно, они думали, что война будет длиться вечно. Интересно, осознали ли они, что их капиталовложения вернулись через три года?

Возможно, не осознали. Это соображение натолкнуло Себастьяна на новую идею.

— А вам известно, кто владел «Р&Е»? — спросил он.

— В записях об этом нет ни слова. Пожалуй, я бы мог узнать имя человека, которому мы отправляли деньги, но это может быть вовсе не владелец фабрики. Само ее название говорит о том, что владельцев скорее всего двое, но я не знаю людей с фамилиями Петтигру или Эвершем, — сказал мистер Холмс. — Мой предшественник, мистер Элкок, мог знать их, но, разумеется, с ним связаться невозможно.

— Если бы вы смогли выяснить, кому отправлялись деньги, я был бы очень вам признателен, — промолвил Саммерхейз. — Буду ждать вашего письма.

Себастьян вернулся в Сити и навестил одного из своих адвокатов. Он попросил этого человека выяснить все возможное о «Р&Е», так что теперь ему была известна возможная дата создания компании. Одно это поможет вести расследование более продуктивно.

Глава 20

— Этот парень опять флиртует с твоей женой. — Хоксуэлл нарочно не смотрел в сторону Одрианны, произнося эту фразу.

— Ну да. — Себастьян тоже не взглянул в их сторону. Однако он все держал под контролем.

— Надеюсь, прошедшие недели помогли тебе избавиться от восторга, вызванного новизной брака, и теперь ты не захочешь быть ослом, — сказал Хоксуэлл.

Это еще выяснится. Судя по словам лакея, который слышал новость от дворецкого, «этот парень» заходил к Одрианне на неделе. Похоже, у «этого парня» довольно много друзей и его очень часто приглашают на вечера, что в общем-то не положено. Какой тогда смысл расквартировывать полк в Брайтоне, если офицеры там не бывают?

— Его зовут майор Роджер Вудрафф, я это выяснил специально для тебя, — проговорил Хоксуэлл. — Он попал в свет благодаря тетке своей матери. Тетка замужем за баронетом, и Роджер вовсю использует ее связи.

Похоже, Хоксуэлл провел тщательное расследование. Стало быть, ему известно и то, что майор Вудрафф и Одрианна когда-то были помолвлены.

— Думаю, он весь сезон будет болтаться у нас под ногами, — сказал Себастьян. Признаться, он был не слишком против этого. Одрианна сказала, что больше не любит майора Вудраффа. Он был склонен верить ей — хотя бы потому, что в противном случае он стал бы ослом, как выражался Хоксуэлл.

Однако присутствие Вудраффа напомнило Себастьяну о давних капризах судьбы. Он понимал, что если бы не опала ее отца, если бы не зашифрованное объявление в «Таймс» и не скандал, которым закончилась его первая встреча с Одрианной, они едва смогли бы познакомиться.

Впрочем, это не совсем верно, ведь все могло повернуться иначе. Он вполне мог бы прийти на такой же вечер и встретить ее после того, как она вышла замуж за этого офицера.

А если бы она привлекла его в такой ситуации? Ему пришлось бы соблазнять жену еще одного мужчины.

— Я должен извиниться перед тобой, Одрианна, — проговорил Роджер. — Я был слишком дерзок, когда заходил к тебе с визитом.

— Ты слишком дерзок сейчас! — отрезала Одрианна. — И ты не должен впредь держаться со мной так фамильярно. Особенно когда наш разговор могут слышать другие.

Оглядевшись по сторонам, Роджер покраснел.

— Разумеется. Просто… — Он не мог подобрать нужных слов. — Мне следовало догадаться, что ты не сможешь свободно разговаривать здесь со мной. Но я обрадовался, когда увидел твое объявление.

— Объявление?

— В «Таймс», — шепотом пояснил он. — Ты получила от меня ответ? Я оставил его, как и было указано в инструкции.

Внезапно Одрианна все поняла. Она публиковала объявления для Домино. При этом она старалась завуалировать их смысл, но, похоже, это ей не удалось. И Роджер по глупости заключил, что сообщения адресованы ему.

Одрианна несколько дней не заглядывала в заведения, куда могли доставить ее корреспонденцию. Так что послание Роджера должно быть все еще там, что бы он ей ни написал.

— Я не понимаю, о чем ты толкуешь, — сказала она. — И никакого объявления для тебя не публиковала. — Одрианна в жизни так дерзко не лгала, но в данной ситуации у нее не было иного выбора. К тому же она действительно не публиковала никаких объявлений для Роджера.

— «O.K. хочет встретиться с Д. для того, чтобы обсудить некоторые конфиденциальные вопросы, — процитировал Роджер. — Отправьте ответ мистеру Ловерсаллу по адресу Портман-сквер, 7». И это писала не ты?

— Нет, разумеется, — покачала головой Одрианна. — И почему ты решил, что объявление адресовано тебе?

Роджер покраснел.

— Видишь ли, в школе меня называли Дампфри. Вот я и решил… — Замявшись, он посмотрел в сторону Себастьяна. — Ты ведь едва ли стала бы указывать мои настоящие инициалы — Р.В.? Это было бы слишком очевидно.

— Знаешь, думаю, в Лондоне тысячи женщин с инициалами O.K., — заметила Одрианна. — И мне жаль, что ты ошибся.

— Черт! Он идет сюда! — прошептал Роджер.

Себастьян действительно шел в их сторону. Хоксуэлл не отставал от него ни на шаг. А в их третьем спутнике Одрианна узнала герцога Каслфорда.

Роджер отвернулся.

— Я, пожалуй…

— Ты останешься на месте, — оборвала его Одрианна. — И я представлю тебя. Если ты будешь избегать моего мужа, он может неправильно понять твой интерес и мое дружеское отношение к тебе. А я не хочу остаток жизни объяснять ему, что ты попросту струсил.

Себастьян подошел к жене, чтобы представить ей Каслфорда. Бог наградил его стройной фигурой, элегантной манерой держаться и красивым лицом. И все же, несмотря на аристократичность и изысканность Каслфорда, от него исходило нечто такое, что тревожило женские инстинкты. И когда он наклонился, чтобы поцеловать Одрианне руку, предупреждающие колокольчики громко зазвонили у нее в голове.

«Плохо! Опасно! От него одни неприятности и головная боль!» — распевно твердили они. Лишь самая глупая женщина могла остаться на месте и не спрятаться, когда этот человек устремлял на нее свой взор. Однако глаза Каслфорда говорили о том, что он прекрасно понимает: мир полон глупых женщин.