Кристина Додд - Принц похищает невесту

А ведь он нисколько не был виноват в том, что им не удалось навестить Кларису!

Но Сорча все равно обвиняла его в том, что он подозрителен и недоверчив, так что она вполне может обвинить его в том, что их преследовали наемные убийцы. Ведь это из-за них пришлось свернуть с дороги, которая вела к ее сестре.

Говоря по правде, он не осознавал прочности уз, которые связывали сестер, и сомневался в том, что Сорча так уж о них тревожится. И возможно – он готов был допустить, что это возможно, – он совершил ошибку, не успокоив ее сразу же, как разобрался в ее характере. В любом случае он не видел причины не умолять Кларису и Эми навестить их и почувствовал огромное облегчение, когда они сообщили, что скоро приедут.

Может, это растопит сердце Сорчи.

– Послушай, мальчик… – Бабушка обладала редким талантом превращать его в младенца. – Ты не понимаешь. Я вырастила девушку, на которой ты женился. Я увидела ее, когда она была еще крошкой, и с того дня беспокоилась за нее. Она милая, добрая, ранимая: она из тех женщин, которых мужчины вроде тебя используют, не понимая, какое им досталось сокровище.

– Мужчины вроде меня?

Что, к дьяволу, она хотела этим сказать?

– Но Сорча изменилась. Она уже не та милая, ранимая девушка. Она часто возмущается, выходит из себя. Но просто так ничего не бывает. И виноват в этом ты. Если не хочешь прожить всю жизнь, удерживая на цепи женщину, которая рвется на свободу, выслушай меня.

Он уставился на карты Бомонтани и Ришарта, пытаясь вспомнить, почему считал их настолько важными.

– Почему я должен слушать, что вы будете говорить о моей жене?

– Потому что надеюсь, что ты тоже изменился.

Бабушка права, дьявол ее побери! Он должен что-то предпринять. Его план заставить Сорчу полюбить его позорно провалился.

Хоть он и держал ее в объятиях каждую ночь, доводя до экстаза, он ощущал, как она все больше и больше замыкалась в себе. И хотя Ренье был завален работой, он постоянно ощущал тоску, которая угрожала в любой момент взорваться яростью и болью.

Именно так он чувствовал себя в темнице. И был сыт этим по горло.

– Ренье, сжалься над старухой и докажи, что ты уже не тот избалованный юнец, каким был до того, как тебя захватили в плен.

Бабушка говорила скорее устало, чем раздраженно, и это само по себе пугало.

– И что я должен сделать? – едва слышно спросил Ренье.

– Драгоценности, цветы, прогулка… – бабушка погрозила ему узловатым пальцем, – во время которой ты скажешь ей, каким был дураком, и пообещаешь, что больше такое не повторится.

Именно этого Ренье хотелось меньше всего.

– Когда я сбежал из тюрьмы, то дал клятву, что никогда больше ни перед кем не встану на колени, никого ни о чем не буду умолять.

– Тогда никакого торжественного бракосочетания и коронации в соборе не будет, я аннулирую ваш брак, – заявила бабушка.

– Что?! – взревел он.

– Я не хочу, чтобы Сорча была несчастлива из-за твоего упрямства. – Глаза бабушки напоминали голубые осколки льда. – Вы поженились в чужой стране. Я подкуплю свидетелей, уничтожу ваши брачные свидетельства и найду ей другого принца, который сделает ее счастливой.

– Этого не будет! – Его руки сжались в кулаки. Он никогда не поднял бы руку на женщину, тем более на старуху, но сейчас с трудом сдерживался, чтобы не поддаться искушению. – Сорча моя. Она всегда будет моей. Я привязал ее к себе, чтобы отвоевать свою страну, но сохраню ее потому…

Бабушка подалась вперед:

– Договаривай.

Потому что он ее любит.

Он любит ее, но она с ним несчастлива. Он лишил ее чувства собственного достоинства, то же самое граф Дюбелле проделал с ним. Почему он только сейчас это понял?

– Ренье! – позвал его Марлон.

Возмущенная неуместным вмешательством, бабушка всхрапнула, словно старая лошадь, и уперлась обеими руками в стол.

Тяжело опираясь на палки, весь в поту, Марлон спешил к ним в сопровождении встревоженной охраны и советников.

– Ради всего святого, Ренье, выслушай меня!

– Что случилось?

Ренье бросился, чтобы его подхватить.

– Они захватили ее, – с трудом произнес Марлон. – Люди графа Дюбелле.

Бабушка схватилась за плечо, словно ее ранили.

– Они захватили принцессу. Граф Дюбелле оставил записку со своими требованиями. – Марлон извлек из кармана листок бумаги, пробитый ножом. – Он назначит день и час, в который ты должен будешь приехать за ней.

Ренье вырвал у него листок, пробежал глазами.

– Через две недели, рядом с тем замком, где нас заточили в темницу. Ваше высочество, – добавил Марлон, – он требует вас.

– Меня он получит. – Ренье швырнул листок на пол и зашагал к двери. – Но Сорча у него не останется!

Глава 26

Спустя две недели несколько мужчин, одетых во все черное, скользили в темноте по притихшему лесу, разыскивая место, где на следующий день должна была разыграться драма.

С ними была одна лошадь.

– Ваше высочество, место нашли, – тихо сообщил Марлон.

У Ренье оборвалось сердце. Он последовал туда, откуда сверху виднелась лужайка, покрытая травой.

Марлон вытянул руку.

В свете луны Ренье увидел ловушку, которую приготовил для него Дюбелле.

– Дьявол, – сказал он.

– Может, переодеть кого-нибудь так, чтобы он был похож на вас? – спросил Марлон.

– Нет.

Ренье был намерен выиграть этот бой лично.

– Мы могли бы перехватить ее высочество, когда ее будут везти сюда, и спасти, прежде…

– Нет. – Ренье прекрасно понимал тревогу Марлона. – На этот раз я вас не подведу.

Марлон посмотрел в лицо Ренье.

– Я верю в вас, – искренне произнес он.

– А я в тебя. Вот что мы сделаем.

Он отдал Марлону распоряжения, и Марлон отправился отдавать приказы людям. А Ренье еще раз осмотрел ловушку.

Ну конечно же. Именно этого и надо было ожидать.

Единственное, с чем он не смел столкнуться.

И тем не менее он должен это сделать. Ради своего народа. Ради Сорчи.

– Ваше высочество! – Хьюберт открыл дверь, но не посмел перешагнуть через порог и войти в камеру Сорчи. – Двор отправляется на охоту, и вас умоляют присоединиться.

– Умоляют? Да неужели?

Сорча не стала поворачиваться лицом к Хьюберту. Вместо этого она продолжала смотреть на панораму, которая открывалась из башни замка. Черные вершины гор пронзали синее небо. Густые зеленые леса взбирались по склонам. Далекие поля ожидали первых всходов.

– Ришарт – красивая страна. Если смотреть издали.

– Прошу вас, ваше высочество! Я должен доставить вас в большой зал.

– Однако чем внимательнее я присматриваюсь, тем заметнее провал графа Дюбелле.