Ширли Басби - Покорность ей к лицу

Изабел неохотно кивнула и указала на медальон в его руке:

— Так что мы будем делать?

— Пойдем со мной, — сказал он.

Они подошли к камину. Маркус вытащил из медальона портреты и бросил их в огонь.

Изабел стояла рядом и со смесью боли и облегчения смотрела, как исчезают в пламени лица Хью и Розанны.

Когда смотреть стало уже не на что, она, не сводя с пламени глаз, спросила:

— А медальон?

Маркус долго смотрел на него, а потом бросил на решетку камина.

— Жар от огня не уничтожит его полностью, но инициалы исчезнут, — сказал он.

Изабел перевела взгляд на его мрачное смуглое лицо.

— Спасибо, — тихо сказала она. — Я знала, что так и нужно поступить, но не могла себя заставить.

Маркус притянул ее к себе и улыбнулся:

— От этого зависела жизнь Эдмунда. В конце концов ты бы и сама это сделала.

Наклонившись к нему, Изабел спросила:

— А теперь он в безопасности?

— Да, — ответил Маркус. — В безопасности.

И будет в безопасности еще большей, когда Уитли отправится на тот свет.

Глава 14

Когда следующим утром Изабел проснулась, она с удивлением обнаружила, что в постели одна. Посмотрев на шелковый полог над головой, она вспомнила, что произошло после того, как они с Маркусом уничтожили портреты и медальон, и все ее тело обдало теплом.

Она помнила с поразительной ясностью, как Маркус взял ее на руки, отнес в ее комнату и опустил на постель. С улыбкой, от которой ее сердце бешено колотилось, а низ живота превратился в жидкий мед, он тихонько проговорил:

— А теперь, моя милая, я сделаю все так, как должен был сделать в первый раз.

И он исполнил обещание.

Тепло, которое она ощущала во всем теле, превратилось в жар, по мере того как воспоминания о минувшей ночи проносились перед ее мысленным взором. Его прикосновения, поцелуи, такие нежные и сладостные, сводили ее с ума, а когда он в конце концов слился с ней, она уже неистовствовала, изнывая от желания почувствовать, как его набухший член скользнет внутрь ее. Если их первые занятия любовью можно было назвать чудесными, то эти — просто роскошные!

Брак с Маркусом обернулся для нее всем, о чем она когда-либо мечтала. Она так боялась, как он отреагирует на ее девственность и на ту ложь, что откроется вместе с ней, но ей следовало знать, что Маркус никогда не предаст ее. Как же она раньше этого не понимала? Он никогда ее не обманывал и не подводил, и даже когда она впадала в бешенство от того, что он делал, она в глубине души знала, что он просто пытается защитить ее — сначала беспутную подопечную, потом беспокойную соседку. Сердце ее подпрыгнуло. Может быть, он ее любит? Как мужчина любит женщину? И его чувства к ней сильнее, чем она предполагала? И он испытывает к ней нечто большее, чем простую привязанность из чувства долга?

Она сидела на постели, глядя перед собой невидящим взглядом. В голове царил хаос. Она никогда не сомневалась, что Маркус привязан к ней. Но возможно, по неопытности своей она не видела, что за его заботой скрывается нечто большее, чем просто симпатия? Когда в то утро на тропе Уитли взялся ее шантажировать, он тут же вмешался со своим ошеломительным заявлением о помолвке. А когда она изо всех сил постаралась выяснить, что такого есть у Уитли против нее, он взял и добыл для нее медальон. И что еще важнее, прошлой ночью, узнав правду о ее браке с Хью и рождении Эдмунда, он, ни секунды не колеблясь, решил вместе с ней скрывать правду и дальше. Она жила в страхе, что как только в первую брачную ночь Маркус узнает истину о тех роковых днях в Индии, жизнь Эдмунда, спокойствие лорда Мэннинга и ее собственная репутация разлетятся вдребезги. Она нахмурилась. Да как подобные глупости вообще пришли ей в голову?! Как она могла хоть на мгновение поверить, что Маркус ее предаст? Разве он когда-то предавал ее? Разумеется, он защищал и свою репутацию, но разве он ведет себя не как мужчина, которому не просто нравится какая-то женщина? Разве его поведение не напоминает поведение мужчины, влюбленного в эту самую женщину? О, как же она надеялась на это!

В душе Изабел бурлила радость. Она выскользнула из постели, схватила халат и закружилась по комнате. О, как это возможно! Маркус любит ее?! Так же страстно, так же отчаянно и беззаветно, как она любила его всю свою жизнь?

— Так-так, сдается мне, кто-то нынче утром очень счастлив, — заметила Пегги, которая только что вошла в комнату с подносом, уставленным всяческими тарелками, чашками, блюдцами, горшочками и чайниками. Поставив его на столик у одного из кресел, она ослепительно улыбнулась Изабел. — Похоже, замужество пришлось вам по вкусу.

Слишком счастливая, чтобы смущаться, Изабел подскочила к ней и обняла за талию:

— О да, Пегги! Я и вправду несказанно счастлива!

Пегги нежно потрепала ее по щеке:

— И вы это заслужили, милочка. Я всегда знала, что вы с мистером Шербруком составили бы прекрасную партию.

— Да? — Изабел потянулась за тостом. — А почему?

— Потому что вы всегда были влюблены друг в друга, это ж ясно как день.

Изабел нахмурилась:

— Ну, я так не думаю. Мы много лет избегали друг друга.

Пегги хмыкнула:

— Может, и так, но я-то знаю, какой у вас делался взгляд, когда он наезжал с визитом к лорду Мэннингу, и как вы потерянно слонялись по дому еще несколько часов после этого.

— Возможно, — неохотно признала Изабел, досадуя, что не сумела скрыть своих чувств получше. — Но это не значит, что я ему сколько-нибудь нравилась.

— Глупенькая вы! И вы еще небось думаете, что он так добр к Эдмунду только потому, что обожает, когда по нему лазает мальчуган. Я уж не припомню, сколько раз видела, как Маркус в лучшей столичной одежде барахтается на земле с Эдмундом. Или какие взгляды он бросал на вас, когда приезжал на ужин или другое какое собрание в Мэннинг-Корт…

— Правда? — сияя, выдохнула Изабел.

— Правда-правда! — с улыбкой ответила Пегги. — А вы как слепая ничегошеньки не замечали…

Изабел торопливо умылась и принялась одеваться. Как, оказывается, много времени это занимает! Пока Пегги причесывала ее, она ерзала и возмущалась медлительностью горничной. Пегги спокойно собрала ее локоны в пучок на макушке и повязала его лентой зеленого шелка, вытащила несколько завитков, чтобы они обрамляли лицо. Удовлетворенная результатом, Пегги наконец-то отпустила Изабел, и та, подхватив юбки зеленого муслинового платья с узором из веточек, легко сбежала вниз в поисках мужа. Мужа! У Изабел кружилась голова от счастья, и ей казалось, что она вот-вот взлетит! Маркус Шербрук — ее муж!