Лаура Гурк - Прелюдия к счастью

Потянувшись за кошельком, Найджел вытащил из него золотой и держал его так, чтобы крестьянин видел.

— Сколько она пробыла с вами и вашей женой? И куда она пошла потом?

— Она прожила у нас пять дней, месье. Когда уходила, не сказала нам куда пойдет дальше, но я видел, что она направилась по дороге, ведущей в Марсель.

Найджел швырнул золотой крестьянину и тот уронил свою кепчонку, чтобы поймать деньги.

— Можешь идти, — сказал ему Найджел. Наклонившись, мужчина поднял с пола свою кепку и вышел.

Когда дверь за ним закрылась, Найджел повернулся к Мартину.

— Мы оба отправляемся в Марсель. Выезжаем завтра утром.

Мартин кивнул и вышел из гостиной, отметив, что Найджел даже не похвалил его за то, что он нашел этого крестьянина. А впрочем, Мартин и не ожидал никакой похвалы.

Глава 19

Александр отложил кисть в сторону. Он пытался рисовать все утро, но никак не мог сосредоточиться. Сегодня утром Генри сказал ему, что завтра они с Жанеттой уезжают домой. Поль и Леони хотели бы остаться, но Александр чувствовал, что их помощь здесь больше не понадобится.

Он понимал, что пришло время, когда Тесс может сделать свой выбор и уехать вместе с ними. Она уедет, и тогда Полю и Леони незачем будет оставаться в этом доме.

Тесс жила здесь, потому что ей некуда больше было пойти. Но если ей предоставится возможность устроить свою жизнь и жизнь Сюзанны в Марселе, она, конечно же, воспользуется ею. Александр был уверен, что Генри с Жанеттой с радостью предоставят ей место, ну, скажем, гувернантки для их детей. У Тесс появятся новые друзья, которые будут заботиться о ней. Может быть, даже она встретит в Марселе человека, которого полюбит и выйдет за него замуж. В Марселе, по крайней мере, ее ожидает какое-то будущее. С ним же она не будет иметь ничего.

Александру хотелось бы сделать жизнь Тесс такой же счастливой и благополучной, как и в Марселе, но ему нечего было предложить ей и ее дочке. Ничего, кроме древнего, разваливающегося замка и заброшенной винодельни. И себя. А ведь это так мало!

Когда Тесс уедет вместе с Генри и Жанеттой в Марсель, он снова останется в полном одиночестве, которого когда-то так страстно желал. В одиночестве, которого теперь так боялся.

Александр отошел от мольберта и вышел из мастерской. Спустившись вниз, на кухню, он застал там Леони, которая готовила чай.

— А где Тесс? — спросил ее Александр.

— Они с Жанеттой понесли маленькую Сюзанну на прогулку.

Леони указала рукой на дверь.

— Они сказали, что пойдут в розарий.

Александр направился было к двери, но голос Леони остановил его.

— Месье, если вы найдете их, передайте, пожалуйста, что их чай готов.

Александр кивнул, спустился по черной лестнице из дома и пошел по тропинке, которая вела к тому месту, что когда-то было розарием. Вскоре он нашел обоих женщин, которые сидели на каменной скамье, с трех сторон окруженные дебрями буйных, давно не подрезавшихся розовых кустов. Тесс наклонила голову и любовалась маленькой Сюзанной, завернутой во фланелевое одеяльце и уютно устроившейся у нее на руках. Тесс, должно быть, забыла дома свою шляпку и ее волосы в лучах октябрьского солнышка светились яркой медью. Она что-то напевала дочке, и Александр, остановившись в нескольких шагах, прислушался. Глаза его были устремлены на Тесс, а присутствие Жанетты он просто позабыл.

— Для моей прекрасной леди Гринсливз… Голос Тесс был необычайно мягким и ласковым, допев песню до конца, она поцеловала Сюзанну в лобик. — Мне, кажется, мы должны спеть еще одну песню, — снова услышал Александр голос Тесс. — Но на этот раз какую-нибудь французскую.

Тело Александра напряглось от улыбки, которая озарила ее лицо. Он вспомнил, как вчера Тесс, прячась за деревьями, наблюдала, как он учит мальчиков плавать, и всего его охватила нестерпимая волна желания.

Тесс начала петь.

— Frere Jacques, frere Jacques, dormez-vous[39]…

Александр наслаждался чудесными мгновениями, стоя недалеко от Тесс, слушая ее удивительно красивый голос, глядя с какой любовью, она смотрит на дочку. Но он боялся, что наслаждается подобной сценой в последний раз.

Александр, невидимый, стоял в тени деревьев, и думал о том, что для Тесс будет лучше, если она уедет. Но он любил ее и понимал, что жизнь его без этой девушки будет пустой и серой.

— …динь-дон, динь-дон.

Александр услышал только последние слова песни и, выйдя из тени, подошел к женщинам.

Тесс улыбнулась ему теплой и радостной улыбкой.

— Добрый день. А мы вышли подышать свежим воздухом. Сегодня такой прекрасный денек!

Александр пристально посмотрел на Тесс и заметил, как щеки девушки вспыхнули, она застенчиво опустила голову и стала поправлять фланелевое одеяльце на дочке. Догадавшись, что взгляд его был слишком пристальным, Александр перевел его на свою невестку.

— Леони просила передать, что ваш чай готов, — сказал он.

Жанетта поднялась.

— Пойду попрошу Леони принести чай сюда, — сказала она Тесс.

— О да, спасибо. Это было бы чудесно.

Жанетта кивнула и направилась к дому, но ее остановил голос Александра.

— Жанетта, пожалуйста, забери с собой Сюзанну, s'il vous plait[40].

Тесс бросила на него вопросительный взгляд, но передала девочку Жанетте. Александр присел на скамью рядом с Тесс и только после того, как Жанетта ушла, заговорил. Все еще не глядя на Тесс, он сказал:

— Генри с Жанеттой уезжают через несколько дней.

— Да, я знаю. Жанетта сказала мне об этом.

Стараясь говорить безразличным тоном, Александр продолжал:

— Вы можете взять ребенка и поехать с ними.

Он слышал, как Тесс затаила дыхание.

— Почему вы думаете, что мне нужно уехать? — тихо спросила она.

— Я уверен, что Жанетта с радостью примет вас у себя в доме. Возможно, вы станете гувернанткой для их детей. И сможете начать новую жизнь.

Александр почувствовал, как на его руку легла ладонь Тесс, и с неохотой повернулся к ней. В глазах Тесс тот же вопрос, вопрос которого он так боялся. Но она сказала немного:

— Если вы не возражаете, я бы предпочла остаться здесь.

Александр отвернулся и уставился на дикое буйство розовых кустов перед собой.

— Здесь ничего нет. Нет будущего для Сюзанны. А в Марселе вы сможете…

— Марсель — это, конечно, чудесное место, я уверена в этом, — перебила его Тесс. — И несомненно, многое может предоставить мне. Но все-таки в Марселе чего-то недостает, чего-то, что очень важно для меня.

Александр взглянул на нее.

— И что же это?

— Вы, — тихо сказала Тесс.

Александр медленно покачал головой, не желая это слышать. Он с самого начала подозревал, что она видит в нем героя. Но он не хотел быть героем. Неужели она думает, что все, что он рассказал ей об Анне-Марии, неправда?