Данелла Хармон - Пират в моих объятиях

– Тогда что же это за корабль? Почему он не убирается подобру-поздорову? Почему преследует нас, не давая знать о своих намерениях?

– Черт его знает. Мне трудно угадать, что у них на уме. Это ты у нас ведьма, а не я. Чей он, как по-твоему?

– Я тоже не знаю. Но если бы я была ведьмой, то воспользовалась бы своей магической силой и сделала бы так, чтобы он исчез.

– Ничего, он скоро исчезнет. Капитану надоело играть с ним в кошки-мышки. Попомни мои слова: этой ночью он затеряется среди островов.

Страйпс проследил за взглядом Марии. Она смотрела на Сэма, стоявшего на носу с подзорной трубой в руке. Неожиданно он повернулся и, сунув трубу за пояс, зашагал по палубе.

– Если, конечно, не раньше… – добавил Страйпс.

– Эй, парни! Нам пора избавиться от нашего назойливого друга, – сказал Сэм, заходя в носовой кубрик.

Но после пирушки, устроенной в честь захвата бригантины, команда валялась на палубе мертвецки пьяная. Никто не пошевелился при появлении капитана, даже юный Джонни, который лежал, подложив одну руку под голову, а другой обнимая Ганнера. Только пес поднял голову, но тотчас же опустил ее.

Сэм обвел взглядом кубрик.

– А ну-ка, просыпайтесь, пьяные свиньи! – заорал он.

Никакого действия.

Сэм выхватил пистолет и выстрелил в воздух.

Ганнер в испуге вскочил. Пьянчуги же зашевелились.

– Господи, что это было?

– Нас атакуют!

Пираты стали хвататься за оружие и вдруг заметили своего капитана, стоявшего с дымящимся пистолетом в руке.

– Доброе утро, парни, – криво усмехнулся Сэм.

Пираты молчали. Наконец Нат застонал и протер кулаками глаза.

– Господи, наш капитан лишился рассудка, – пробормотал он.

– Это я лишился рассудка? Что ж, возможно, если набрал себе в команду таких лентяев. – Сэм указал пистолетом в сторону моря: – Видите паруса? Меня уже тошнит от них. Пора кончать эти игры и показать им, на что способен наш маленький шлюп. Поднять паруса!

Страйпс толкнул Марию локтем в бок.

– Я думаю, он знает то, чего не знаем мы, – сказал он. – Его улыбка… похожа на дьявольскую.

– Он всегда так улыбается, встречая опасность.

Страйпс поднялся на ноги.

– Подожди. Куда ты? – спросила Мария.

– Хочу выяснить, что он знает и что скрывает от нас.

Тут раздался голос:

– Развернитесь на левый борт, мистер Фланеган! Затем меняйте направление. Страйпс! Хватит болтаться без дела. Готовь корабль! Следите за парусами! Это военное судно, а не перевозчик эля.

Вскоре «Нечестивый» оторвался от преследователя. К полудню, когда солнце стояло в зените, горизонт впервые за много дней оказался пуст. Капитан повел свой шлюп на запад. Туда, где берег был изрезан лагунами, где были острова, наносные песчаные бары – самое пиратское место – и где команда «Нечестивого» могла прятаться долгие дни и даже недели.

Они с помощью лота осторожно продвигались вдоль берега, стараясь не сесть на мель. Вскоре пиратское судно, ведомое опытным капитаном, достигло узкого полуострова, заросшего высокими соснами. Там они и бросили якорь.

Пираты вновь устроили пирушку, на сей раз на берегу. Но влюбленные, не обращая внимания на их крики, тихо лежали совсем недалеко от пирующих. Ласковый ветерок что-то шептал в кронах деревьев, охлаждая их разгоряченные тела; в ночном воздухе разносился запах жареной оленины; пахло соснами и морем; и виднелся за стволами деревьев шлюп «Нечестивый», огни которого отражались в темных, почти неподвижных водах.

Однако Марию интересовал вовсе не шлюп. И ей не было дела до пиратской пирушки на пляже. Для нее сейчас существовал лишь один-единственный человек – загорелый до черноты красавец пират, растянувшийся на песке рядом с ней.

Неподалеку была разбросана их одежда, едва различимая во тьме.

Сэм смотрел на Марию с улыбкой на губах, и глаза его светились любовью.

– Ведьма… – произнес он тихо, почти шепотом.

– Наверное, так и есть, если я лежу с самим дьяволом.

– Ах, принцесса, мы чудесная пара, не так ли?

Мария тихонько засмеялась и приложила палец к его губам. Сэм умолк. Он лежал, наслаждаясь близостью Марии и глядя на ее залитое лунным светом лицо.

Она провела пальчиками по его чувственным губам, и Сэм впился в нее пылающим взглядом. Перехватив руку Марии, он крепко сжал ее в своей.

– Наверное, ты никогда не насытишься, моя маленькая принцесса? – спросил он с нежностью в голосе.

– Я? – Она звонко рассмеялась. – Да, никогда. Вернее, пока не насытишься и ты.

Мария положила ладонь ему на грудь и почувствовала, как бьется его сердце. Лицо ее озарилось улыбкой торжества.

– Ведьма… – прошептал Сэм. – Искусительница. Сирена. Господи, Мария, посмотри, что ты делаешь со мной.

Она окинула взглядом его обнаженное тело, и этот взгляд воспламенил его. Мария же, улыбнувшись, принялась поглаживать пальцами его грудь, живот и набухшую мужскую плоть. Не в силах выдержать такую пытку, Сэм обхватил ее рукой за шею и привлек к себе, прижал к своей широкой мускулистой груди. Заглянув в его черные глаза, она прошептала:

– Сэм, знаешь что?..

– Что, принцесса?

Мария еще крепче прижалась к нему. Сейчас он был глиной в ее руках, и она, зная это, доводила его до безумия. В эти мгновения она была ведьмой, околдовавшей его, как и в день их первой встречи. Сэм никогда ею не насытится. Он мог снова и снова обладать ее прекрасным телом, мог потерять голову от ее ласк, но ему никогда не загасить то пламя, которое она зажгла в его сердце.

– Я люблю тебя, – прошептал он.

Она вновь принялась ласкать его своими тонкими пальчиками и нежными губами. Глаза Сэма закрылись, и он услышал над своим ухом мелодичный голосок:

– Я тоже люблю тебя, Сэм.

Он уже не в силах был сдерживаться. Застонав, словно раненый зверь, он приподнялся и уложил Марию на песок, все еще сохранявший дневное тепло. Сердце Марии трепетало, глаза ее наполнились счастливыми слезами. И тотчас же его широкие плечи и прекрасное лицо закрыли от нее ночное небо. Мария тихонько застонала, наслаждаясь его чудесным запахом – запахом ветра и моря.

– О Сэм, – прошептала она. – Пожалуйста, возьми меня. Будь моим свирепым капитаном. Не давай мне пощады.

– Сдаешься на милость победителя?

– Сдаюсь.

Сэм провел своей мозолистой ладонью по груди Марии, по ее бедрам, по животу… Громко застонав, она выгнулась дугой.

– Видишь, что ты сделала со мной, принцесса? Говоришь, не давать пощады? Видит Бог, что ее не будет.

Он принялся страстно и неистово ласкать ее, разжигая в ней такое же сильное желание, какое она разожгла в нем. Его ладони, пальцы, губы ласкали стройное тело Марии, все сильнее распаляя ее. С жадностью принимая его ласки, она со страстью отвечала на них. Тело Сэма прикрывало ее, словно пылающее одеяло, и Марии казалось, что кровь закипает в ее жилах.