Ширл Хенке - Любовь к мятежнику

Марион утаил эти новости от своих людей, взяв с Квинтина клятву хранить молчание, и убедил его вернуться в Джорджию и возобновить свою деятельность в качестве тайного агента.

— Грязный шпион — вот кто я. Боже, до чего мне осточертел этот обман. — Квинтин потер глаза, затем потрогал подбородок с трехдневной щетиной. По крайней мере он насладился роскошью ванны, бритья и хорошей еды. И потом еще проблема с женой. Что ему делать с Мадлен? Ничто, казалось, не выходило в его жизни так, как он хотел.

Квинтин еще раз повторил объяснение своего долгого отсутствия. Часть была правдой. Он оказался зажатым между армиями Корнуоллиса и Гейтса. Тот факт, что он участвовал в сражениях на стороне мятежников, он утаит, подробно рассказав Роберту о своей деловой поездке в Уилмингтон.

Убедить старика будет нетрудно. Роберт был самонадеянно уверен, что разделяет его презрение к мятежникам. Но это никоим образом не решало его проблемы с Мадлен. Она была такой же преданной тори, как Роберт или Девон. Она знала тайну и могла выдать его. Ирония того, что он вынужден доверять свою жизнь капризам женщины, не ускользнула от него.

Когда впереди показался Блэкхорн-Хилл, Квинтин ощутил тот же эмоциональный подъем, который чувствовал после долгого отсутствия. «Во мне, может быть, и не течет кровь Роберта, но есть та же одержимость землей».

Он пустил Домино в легкий галоп. Объезжая вокруг кухни, он заметил огромный участок мертвой травы. Весь двор, когда-то зеленый, цветущий, теперь выглядел так, словно по нему пронесся табун лошадей или если бы здесь, между кухней и домом, произошло сражение. Он поехал дальше, к конюшням, охваченный дурным предчувствием.

Эбнер Граймс, главный конюх, вышел приветствовать его с удивленной улыбкой на усыпанном оспинами лице.

— Благодарение всевышнему, вы вернулись, мистер Квинтин! — Он покачал своей лысой головой, и солнце засияло на его розовой макушке.

Квинтин спешился, отдал Эбнеру поводья и последовал за стариком в полумрак конюшни.

— Что, черт возьми, произошло, Эбнер? Двор выглядит так, словно по нему пронесся огненный смерч, хотя все остальное вроде бы в порядке.

— Это, сэр, какие-то «Сыны Свободы» ворвались сюда, вернее сказать, банда дезертиров. Госпожа дала им жару. Вылила на них целый котел кипящего мыла, вот что. Конечно, ваш кузен, мистер Эндрю, и несколько его людей, подоспели, чтобы помочь ей. Госпожа была рада видеть их, а то как же, ведь вашего отца свалила лихорадка, и вас, опять же, нету… — Разговаривая, он любовно вытирал вороного.

Лицо Квинта помрачнело.

— Значит, мой кузен случайно проезжал мимо и спас ее, не так ли?

— О, не думаю, что случайно, нет, сэр, он частенько наведывается к ней. В некотором роде охраняет ее в ваше отсутствие, сэр. Он учит ее стрелять из винтовки Джегера и пистолета королевы Анны. Женщина нуждается в защите в эти беспокойные времена.

Словоохотливый старик продолжал говорить еще что-то, но Квинт уже не слушал.

— В защите, в самом деле! Я буду в доме. Домино не единственный, кто нуждается в уходе.

Он зашагал к задней двери и вошел в холл в поисках Мадлен, где едва не столкнулся с властной старой экономкой.

— Благодарение господу, вы здесь! Мистера Роберта снова свалила лихорадка, и все в полнейшем хаосе, мистер Квинтин.

— Это я уже заметил, — натянуто ответил он. — Что же все-таки там произошло, госпожа Ошлви? — Он махнул рукой в сторону разоренного двора, по которому только что проехал.

— Видите ли, сэр, я не вправе критиковать госпожу… — Она заколебалась, ожидая его поддержки.

— Да расскажите же, что вы знаете, женщина!

— Она приказала одному из рабов отпугнуть каких-то подонков, которые налетели неизвестно откуда. Конечно, ей не было необходимости этого делать, ибо неподалеку оказался мистер Эндрю со своими людьми и прискакал, чтобы защитить нас. С тех пор как вы уехали, он всегда так заботлив, как, впрочем, и прежде, конечно.

— Конечно.

— Ну и после всей этой неразберихи двор превратился в руины. Бессмысленная потеря, сэр. Я пыталась предложить, насколько это приличествует человеку моего положения, сделать так, чтобы госпожа оставила все домашние дела в моем ведении. В конце концов, ваш кузен и его люди могли бы справиться с тем человеком Малверна и без ее вмешательства.

Его глаза сузились:

— Люк Варен? Жирный боров со шрамом на лице? Тот ублюдок, который был с Эфраимом на дороге и которого потрепала ее собака!

Агнес Ошлви подавила удовлетворенную ухмылку и кивнула.

— Да, именно он, сэр. Не могу понять, чего он хотел, приставая к ней здесь, — чопорно добавила она.

— Где моя жена, госпожа Ошлви?

Она, казалось, заволновалась.

— Э-э, они с мистером Эндрю рано утром ушли стрелять. Я на самом деле не уверена, где… Внизу возле заводи, я думаю.

Он развернулся на каблуках и направился к задней двери. Когда она громко захлопнулась за ним, главная экономка самодовольно улыбнулась.

Мадлен плавала в дальнем конце небольшой заводи, впадающей в Саванну. Озеро было хорошо укрыто от посторонних глаз за густой рощицей высоких кипарисов и раскидистых ив, окруженное камышом и водными гиацинтами. Она обнаружила его лишь несколько дней назад, после того как они с Эндрю закончили урок по стрельбе. Вспомнив, как он был доволен и удивлен ее успехами, она улыбнулась. Бедняга Эндрю, такой заботливый и милый. Если бы только Квинт обладал его терпением и добротой. Квинт. Он уехал более шести недель назад, и за все это время от него пришла одна коротенькая записка, сообщающая, что он задерживается в Уилмингтоне. Словно то, что было между ними ночью, ничего не значило для него, но с другой стороны она боялась, что это действительно ничего не значило. Он использовал ее, чтобы обеспечить Блэкхорн-Хилл наследником. Он не любил ее. Ну почему она была так наивна и глупа, позволив себе влюбиться в него?

Мадлен закрыла глаза и медленно поплыла в успокаивающей воде, пытаясь отогнать от себя мысли о своем муже. Вспомнив последние недели и свои маленькие победы в качестве хозяйки плантации, она улыбнулась. Даже Роберт, кажется, стал относиться к ней немного лучше. Мадлен ухаживала за ним с терпением и мягкостью, хотя он своим поведением мог вывести из терпения даже святого.

Эта злобная домоправительница начала терять почву под ногами. За две недели Мадлен удалось убедить Роберта передать в ее ведение домашнюю прислугу и бухгалтерские книги госпожи Ошлви. Там были некоторые расхождения, которые она хотела…

— Наслаждаешься купанием, радость моя? Я удивлен, что здесь нет моего дорогого кузена Эндрю, чтобы порезвиться с тобой. — Квинт стоял, прислонившись плечом к стволу ивы, скрестив руки на груди. Небритый, одетый в грязные штаны и рубашку, он походил на разбойника с большой дороги. Мадлен хорошо знала этот взгляд — он был в ярости.