Кэт Мартин - Опасные страсти

— Вы его не потеряете, — негромко произнес Адриан. — Пока нет никаких оснований думать, что он погиб. Если бы я знал, что это известие так вас встревожит, то ничего бы не сказал.

Элисса покачала головой.

— Все равно я узнала бы об этом, и очень скоро. У герцогини на жалованье целая сеть людей, которые поставляют ей подобные сведения.

— Ваш брат не пострадает, Элисса. Вы должны верить в это.

Она кивнула, соглашаясь с Адрианом. Было бы предательством по отношению к Питеру ожидать худшего. Она отодвинулась, и Адриан вытер слезы с ее щек.

— Извините, — сказала Элисса, беря предложенный Адрианом платок и промокая глаза. — Я так боюсь за Питера. — Подняв взгляд на полковника, она увидела в его лице силу и уверенность, которые постепенно передались и ей. — Мы должны ехать к Бекеру. Одному Богу известно, какова роль Ястреба в происходящем. Мы не можем терять время.

Адриан стиснул ее плечи.

— Послушайте, Элисса. Наполеон продвигается к Вене. В настоящий момент у нас нет уверенности в том, что Чарльз сумеет его остановить. Если бы вы немедленно уехали отсюда на юг, в Италию, то еще могли бы благополучно вернуться домой.

— Я уже сказала, что не уеду.

— Черт побери, вам нельзя оставаться! Это опасно.

— Для Питера тоже. И для вас.

— Это совсем другое дело.

— Отчего же? Потому что я женщина? Я могу помочь разоблачить изменника. Именно за этим я сюда прибыла и намерена отыскать Бекера независимо от того, поедете вы со мной или нет!

Адриан выпрямился во весь свой внушительный рост — грозный, яростный и вместе с тем такой невыразимо прекрасный, что у Элиссы замерло сердце.

— И каким же образом, осмелюсь спросить, вы собираетесь добраться до Бекера? Он всегда рядом с эрцгерцогом, переезжает с места на место с остатками австрийских войск. Вы ведь не можете просто появиться у входа в его палатку.

Всю последнюю неделю Элисса думала именно об этом, и в голове у нее созрел план.

— За армией следует немало женщин. Жены солдат, женщины, которые стирают и готовят им пищу, зашивают прорехи в их мундирах.

— Вы имеете в виду маркитанток? — На лице полковника отразилось недоверие. — Хотите двигаться с армией в качестве маркитантки?

Элисса отвернулась, не желая поддаваться испугу, который внушал ей жесткий взгляд Адриана.

— Я готова признать, что было бы гораздо проще, согласись вы поехать со мной. Я могла бы сыграть роль вашей… роль женщины, которая заботится о вас. Я могла бы делать вид, что интересуюсь Бекером, не опасаясь домогательств со стороны остальных мужчин.

— Это безумие.

— Нет, не безумие. Вероятно, вам уже приходилось возить с собой женщин, так поступают многие офицеры. — Скулы полковника слегка порозовели, и Элисса поняла, что попала в точку. Она заставила себя не думать о том, сколько женщин перебывало у Адриана, хотя отогнать эту мысль оказалось нелегко. — Мы должны что-то предпринять. Мой план не так уж плох.

Адриан отступил от Элиссы на несколько шагов, потом вновь повернулся к ней лицом.

— Приехать к вам меня заставили две причины. Во-первых, я хотел сообщить последние вести, во-вторых, собирался спросить, не можете ли вы рассказать что-нибудь еще относительно смерти вашего брата. Где это случилось? Чем он занимался в тот момент?

— Мне нечего добавить. Вероятно, его командир знаком с обстоятельствами убийства более подробно. Извещение о гибели Карла было подписано полковником Шульцем. Скорее всего сейчас он находится в расположении армии. Мы могли бы отправиться туда, расспросить его, выяснить, что ему известно. — «А я нашла бы Питера и убедилась, что он жив и здоров», — мысленно добавила Элисса.

— Мне это не нравится. Женщине не место на войне.

— Я не прошу вашего одобрения. Я прошу вас сделать то, что более всего соответствует намеченной цели.

Адриан впился в Элиссу неприязненным взглядом, пытаясь заставить ее отступить. Элисса не дрогнула. Еще мгновение сохранялась тишина — и наконец его плечи поникли, на лице отразилось смирение:

— Это не так легко, как вы думаете. Жизнь в чистом поле — совсем не то, что в особняке герцогини.

— Дома мы вели очень скромную жизнь. Я гораздо крепче, чем выгляжу. Могу готовить еду, стирать, ухаживать…

— Ладно, согласен. Вы вновь не оставляете мне выбора.

— Хотите сказать, что поедете со мной?

— Я говорю о том, что поскольку уже решил искать Беке-ра, а вы так чертовски упрямы, то мы поедем вместе. Не могу же я позволить вам действовать в одиночку.

«Почему бы нет? — хотела спросить Элисса. — Потому что вы обо мне беспокоитесь?» Но даже если он к ней неравнодушен, то этого мало. Подумав о Сесилии Кайнц, Элисса чуть приподняла подбородок:

— Я буду стряпать и стирать для вас, но спать с вами не стану.

На щеке Адриана напрягся мускул.

— Я и не рассчитывал на это. — Его губы тронула циничная ухмылка. — В конце концов теперь мне нечем вас шантажировать.

Неожиданно для себя Элисса уловила в его голосе горечь и нотку сожаления. Она открыла рот, чтобы сказать Адриану правду, признаться, что отдалась ему вовсе не из-за его угроз, а потому что влюбилась в него, хотя в ту пору сама этого не сознавала. Ее влечение к Адриану было столь же сильным, как страсть, которую он, казалось, испытывал к ней.

И все-таки Элисса решила не говорить этого. Адриан и без того приобрел над ней чрезмерную власть, к тому же в него, вероятно, влюблены десятки женщин. Если Элисса окажется среди них, Адриан сочтет это проявлением слабости.

— Как вы объясните свой приезд? — спросила она. — Британский офицер среди австрийских солдат…

Губы Адриана едва заметно дрогнули.

— Равенскрофт предусмотрел и это. Поскольку Англия вот-вот заключит с Австрией военный союз, я получил распоряжение отправиться к эрцгерцогу в качестве советника, чтобы продемонстрировать нашу поддержку.

— Когда мы отправляемся?

— Завтра утром. — Уголки рта полковника насмешливо приподнялись. — Как вы уже говорили, мы не можем терять время.

Под безоблачным синим небом занимался свежий бодрящий рассвет. Адриан прибыл с первыми лучами солнца, подъехав к парадной двери особняка герцогини на своем великолепном черном жеребце, ведя на поводу серую в яблоках кобылу под потертым кожаным седлом.

Элисса спустилась в вестибюль, одетая в амазонку из фиолетового бархата с белой оторочкой. В руках она несла небольшую холщовую дорожную сумку.

При виде девушки Адриан поморщился, с пренебрежением разглядывая дорогой наряд.

— Надеюсь, вы взяли с собой что-нибудь более практичное. Армейский лагерь — не лучшее место для демонстрации мод.

Элисса вздернула подбородок.