Мэри Грин - Поцелуй незнакомца

Глава 18

Раф доставил Андрию в Стоухерст, где его и на этот раз встретили весьма неприветливо. Затем он нанес визит в Роуэн-Холл. Маркизу стало гораздо лучше. Он заметно взбодрился и с помощью Морли даже начал, хоть и неуверенно, передвигаться по комнате.

Раф повеселел, чему во многом способствовали теплый прием в Роуэн-Холле и поддержка отца. Нужно было что-то решать с долгом Лохлейду, чтобы его бремя перестало давить на старого маркиза. Но ничего дельного пока не приходило ему в голову, кроме самого факта, то есть что долг нужно выплатить.

Треверс заверил Рафа, что тело Салли Вейн остается в склепе и никто из домашних об этом не знает.

— Нужно быстрей ее похоронить, — понуро сказал дворецкий, когда они остановились в вестибюле. — Или ее дух обратится против нас.

— Не беспокойся, Треверс. Скоро ее тело упокоится в священной земле, а убийцы понесут наказание.

— Что может быть несчастнее такой участи, как умереть совсем молодой.

Раф догадывался, что слуга пытается таким образом получить объяснение, но посчитал, что будет разумнее умолчать о тайне.

— Треверс, я совершенно не помню, как умер лорд Лохлейд, — сказал он, надевая плащ и шляпу. — Ты не мог бы мне рассказать?

— Конечно, милорд, — нараспев протянул дворецкий. — На него учинили нападение. Говорили, что грабители его полностью обобрали, потом закололи ножом и бросили в реку.

— Грабители? Но это такая редкость в наших краях, не правда ли?

— Да, но все-таки бывает. Во всяком случае, он не первый, кто пострадал.

— Спасибо, Треверс. — Раф похлопал старого слугу по сухонькому плечу. — И еще спасибо тебе за твою преданность.

— Я сохранил много секретов, милорд, — улыбнулся дворецкий. — Начиная с вашего детства.

— Как-нибудь мы с тобой выберем время, сядем вдвоем, и ты мне обо всем расскажешь.

— С удовольствием, милорд.

Раф ехал по деревне, обдумывая, как лучше поступить с Бо. Нагрянуть в его берлогу сейчас или подождать возвращения Ника? В сгущающихся сумерках от домов на землю падали длинные синие тени. За размышлениями Раф не сразу заметил, что его нагоняет Дерек, чья лошадь резво бежала по дорожке со стороны Роуэн-Гейта.

— Раф, я не уверен, поблагодарил ли я вас должным образом, — сказал он, когда их лошади поравнялись. Дерек намотал поводья на здоровую руку. Чувствовалось, что он нервничает. В меркнущем свете уходящего дня его лицо выглядело бледным.

— Я не мог поступить иначе, — сказал Раф. — Они не стоят того, чтобы из-за них вы пролили даже каплю крови.

— Раф, я хотел сказать… на будущее, что на вашем месте я бы держался от них подальше. Крисп и Малколм просто исходят злобой. Я также не советую вам ездить одному по ночам. Некоторым не по нутру ваше пребывание в Роуэн-Гейте.

— Мне это известно. Но спасибо за предупреждение. Сегодня я наконец узнал, что у меня врагов больше, чем я думал.

— Чтобы достичь своей цели, они ни перед чем не остановятся, — предупредил Дерек.

Раф внимательно посмотрел на него, словно только что прозрел. Сейчас он видел в Дереке не соперника, а просто хорошего человека.

— А вы, похоже, кое-что знаете? — с любопытством спросил он.

Дерек равнодушно пожал плечами:

— Я знаю их чуть ли не со дня своего рождения. Одно могу сказать: беда в том, что у них слишком много свободного времени.

— Гм. И отсюда желание острых ощущений?

Дерек кивнул:

— Скука порой толкает людей на безумства.

— Да, мне это знакомо по Лондону, — задумчиво протянул Раф. — Здешние джентльмены ничем не отличаются от столичных… Впрочем, к вам это не относится.

— Я вижу смысл жизни в другом и добиваюсь своего, даже если подчас это приводит к стычкам.

Раф посмотрел на покалеченную руку Дерека.

— Да, я понимаю.

— В свое время мне тоже были не чужды и карты, и распутные девки, — продолжал Дерек. — Но в конце концов все это мне до смерти надоело, и я от этого отказался.

Лошади начали нетерпеливо фыркать и бить землю копытами.

— Дерек, если уж мы так откровенны друг с другом, скажите, что вы думаете обо мне? Я действительно был таким несносным, каким меня представляет Андриа? Я имею в виду до того несчастного случая.

Губы Дерека растянулись в улыбке.

— Возможно.

— С тех пор я изменился? — взволнованно спросил Раф.

— Для меня — нет, во всяком случае, не в том, что касается Андрии. Ведь мы с ней друзья, и я оберегаю наши отношения. Правда, было время, когда я был готов сделать все, чтобы завоевать ее любовь. В конце концов мне пришлось сдаться. Мне даже в мечтах не пришло бы в голову соперничать с вами. Это было бы напрасной тратой нервов.

— Если вы знаете что-то такое, что позволит мне лучше понять мое прошлое, я бы хотел это услышать. Правда, даже если она жестокая, намного лучше незнания.

— Ну, о плохом вы уже знаете, но у вас есть и положительные качества. Вы всегда были порядочным и честным человеком. И очевидно, таким и остались. — Дерек помолчал, подбирая слова. — Вы были неподкупны, и за это кое-кто вас не любил. Мы с вами выяснили, что здесь в чести пороки.

У Рафа немного отлегло от сердца.

— Спасибо. Ваши слова очень много для меня значат. — После этого признания Дерека Раф решил задать вопрос, который не давал ему покоя: — Дерек, я до сих пор никого не спрашивал об этом. Кое-кто считает, что я причастен к исчезновению Бриджит. Как вы полагаете, я мог что-то сделать такое, что привело к ее похищению?

— Нет, никоим образом! В то время вы были очень далеко и никто вас здесь не видел. Я знаю, что вы любили девочку. Вы никогда не стали бы отрывать ее от матери. — Дерек сделал глубокий вдох, как будто собирался что-то добавить, но в последний момент передумал.

Раф почувствовал щемящую боль в груди, будто ему зажали сердце клещами. Дерек явно не хотел углубляться в эту болезненную тему.

— Дерек, вы ведь знаете что-то… важное?

Дерек покачал головой.

— Нет, — неохотно промолвил он. — Если бы я что-то знал, как вы думаете, стал бы я скрывать от Андрии?

Раф уловил в его голосе чуть заметную неуверенность. Подумав, он пришел к выводу, что давить на него бесполезно. Дерек скажет только то, что сам захочет.

— Смею надеяться, вы не стали бы утаивать от Андрии что-то важное.

— Однако я должен сказать… — Дерек беспокойно заерзал в седле. — Я полагаю, здесь существуют… злые силы, которые намеренно мутят воду. Они заинтересованы в разорении состоятельных собственников.

— Вы говорите о тех, кто уже лишился своих владений?