Скандальная страсть - Александер Виктория

– О да! – Она беззаботно рассмеялась. – «Открытые книги» такие.

– Тогда расскажите о себе.

– Я здесь не для того, чтобы говорить о себе. Я… – Корделия замолчала, подбирая нужные слова, – я тут совершенно ни при чем. Просто наблюдатель, рассказчик, не более того.

– Ничего подобного, мисс Палмер. Вы оказались в самом центре событий и во многом их центральный персонаж.

– Знаете, – она резко остановилась и недовольно посмотрела на молодого человека, – я определенно этого не хотела.

– Тем не менее это так. Такое случается, когда у человека есть четкая идея, он действует, руководствуясь ею. Особенно если эта идея требует мужества. – Он кивнул и двинулся дальше.

Существовала вероятность, что девушка не последует за ним. Конечно, она права, их прогулка вдвоем без всякого сопровождения, несомненно, неприлична. Но ведь девушка – компаньонка леди Корделии, хотя и слишком юная и слишком хорошенькая для такой обязанности. Дэниел, конечно, не был полностью уверен, что знает правила поведения людей в Лондоне, но подозревал: для женщины, самостоятельно прокладывающей себе дорогу в жизни, правила этикета менее строги, чем для невинной девушки из аристократической семьи. Он услышал торопливые шаги у себя за спиной и подавил довольную улыбку. Он совсем не представлял себе, что думает о леди Корделии, но ее компаньонка, безусловно, пленительна. Дэниел подождал, пока она его догнала.

– Итак, мисс Палмер, расскажите о себе.

– Пожалуй, это не принесет особого вреда. Отлично. – Она хмыкнула, но не от удовольствия. – Меня зовут Сара Элизабет Палмер. Моя мать была женой дальнего родственника матери леди Корделии. Я осталась сиротой, леди и лорд Маршам приняли меня в свою семью.

– И теперь вас заставляют зарабатывать себе на жизнь? – Дэниел нахмурился.

– Меня ни к чему не принуждают, – резко ответила Корделия. – Мое положение – исключительно собственный выбор. Семья всегда обращалась со мной как с родной, я стала компаньонкой леди Корделии, и это моя идея и мое решение.

– Почему? – Краем глаза разглядывая девушку, Дэниел отметил у нее упрямый и волевой подбородок.

– Лучше быть наемной служащей, чем бедной родственницей.

– Вы очень независимы.

– Да, мистер Льюис, я независимая, – твердо сказала она.

– Тогда могу предположить, ваше положение в доме изменилось?

– Как ни странно, нет. Правда, нет. – Она на мгновение задумалась. – Лорд и леди Маршам не слишком обрадовались моему решению, но дядя Филипп – лорд Маршам, – по-видимому, все понял, даже несмотря на то что у него есть определенное мнение относительно места женщины в этом мире и он вполне мог быть недоволен.

– Особенно тем, что касается независимости.

– Конечно. – Она протяжно выдохнула. – Я его очень люблю, хотя он может быть чрезвычайно упрямым. Мои комнаты остались в хозяйской части дома. Со мной обращаются как с членом семьи, тетя Эмма – леди Маршам – мечтает выдать меня замуж, как мечтает выдать замуж собственную дочь. Я впервые выехала в свет вместе с леди Корделией и сопровождаю ее на все светские приемы как член семьи.

– Значит, не найдя себе мужа, вы стали наемной служащей?

– Почему вы думаете, что я не в состоянии найти мужа? – В ее голосе явно почувствовалось раздражение.

– Знаете, мисс Палмер, компаньонки редко выходят замуж, – спокойно заметил Дэниел, – следовательно, единственный логичный вывод – предположить, что вы не способны найти мужа.

– Глупости. Я находила нескольких достойных женихов.

– Значит, вы возражаете против слова «не способна»?

– Это слово подразумевает, что меня постигла неудача, а с этим я не согласна. Я хочу встретить джентльмена, с которым желала бы провести остаток своих дней. Поэтому неудачу потерпели они, а не я. – Корделия нахмурилась. – Не уверена, что хочу выйти замуж, если это только ради того, чтобы иметь средства к существованию. Между прочим, леди Корделия страстно увлечена путешествиями…

Мгновенно в его воображении возник образ сильной женщины, одетой в практичную грубую одежду, такую же грубую обувь, с посохом в одной руке и компасом в другой. Господи помоги ему…

– …и уже начала писать о своих путешествиях, приключениях, о своих впечатлениях и о чужих странах. Статьи для женских журналов. Вот думаю, не помешает ли всему этому муж каждой из нас?

– Значит, леди Корделия не стремится выйти замуж? – с надеждой спросил Дэниел. Безусловно, этот факт сделал бы его жизнь проще.

– Нет, на самом деле она хочет выйти замуж, очень хочет. Но она еще разборчивее.

Слишком большие надежды. Дэниел не отличался скромностью, когда дело касалось собственной оценки в роли достойного мужа. Он полон честолюбивых замыслов и планов, способных увеличить его состояние. Восхищенные взгляды, часто бросаемые в его сторону слабым полом, подтверждали, что он привлекательный субъект. Правда, он американец, и это не в его пользу в рафинированном лондонском светском обществе. Но он не занимался активными поисками жены, поэтому это его не особенно беспокоило. Итак. Дэниел не сомневался: леди Корделия сочтет его более чем привлекательным.

– Расскажите мне о ней.

– Это обмен, о котором вы упомянули?

– По-моему, это справедливо.

– Что вы хотите знать? – со вздохом спросила Корделия.

– А что мне следовало бы знать? Или, вернее, – быстро поправил себя Дэниел, – что следовало бы знать мистеру Синклеру?

– Хорошо. – Она насупилась. – Думаю, мужчина его положения захотел бы узнать о ее характере. Она умная, много читает, пишет книгу советов для путешественников. – В голосе мисс Палмер звучало возбуждение, не соответствующее обсуждаемой теме. – Специально для путешествующих леди.

– Она очень… умна, – тихо сказал Дэниел. На образе представляемом им сильной женщины появились очки.

– Да, это правда! – радостно воскликнула мисс Палмер. – В наши дни все больше и больше женщин путешествуют самостоятельно, поэтому такая книга очень полезна.

– У меня складывается впечатление, что леди Корделия столь же независима, как и вы.

– Да. И она гордится своей независимостью.

Теперь образ леди Корделии приобрел черты амазонки.

– Но все же она хочет выйти замуж?

– Конечно, она хочет выйти замуж. Независимый характер этому не мешает. Ее ожидает замужество. Ее с детства воспитывали для этого. Не сомневаюсь, леди Корделия станет великолепной хозяйкой дома, хорошей женой, образцовой матерью. – Она высокомерно посмотрела на Дэниела, словно тот слишком туп, чтобы понять главные жизненные принципы. – Не знаю, как воспитывают молодых леди в вашей стране, но в Англии девушка из хорошей семьи помнит об обязательствах, соответствующих ее положению в обществе. Первое из них – сделать хорошую партию.

– А она уверена, что мистер Синклер хорошая партия? – холодно поинтересовался он, как будто ответ не имел абсолютно никакого значения.

– Не будьте глупым, – фыркнула Корделия. – Она совсем в этом не уверена. Она знает о мистере Синклере только то, что у него приличное состояние, что его отец вмешивается во все его дела, как и ее собственный, что он американец.

– Он лучший из лучших, – напомнил Дэниел.

– Да, так вы сказали, – сухо откликнулась она. – Но вы его друг, так что непредвзятость вашего мнения – это еще вопрос.

– Вероятно, леди Корделии следует искать подходящую партию где-то в другом месте.

– Вряд ли у нее большой выбор в этом смысле. – Мисс Палмер остановилась и посмотрела на своего спутника. – Вы уверены, что осведомлены о деталях предполагаемой сделки?

– Думаю, да. Мистер Синклер полностью доверяет мне, – с расстановкой произнес Дэниел. Существовало ли еще что-то, о чем ему следовало знать? – Но, возможно, я ошибаюсь.

– Тогда вы должны знать, что этот брак настолько же коммерческое дело, насколько и личное, верно?

– Смутно припоминаю что-то такое, – тихо ответил он. Честно говоря, Дэниел был настолько раздосадован вмешательством отца в его жизнь, что не удосужился прочитать в письме почти ничего, кроме имени и возраста леди Корделии. – Должен признаться, подробности в письме носили исключительно личный характер, я не мог уделить им пристального внимания.