Тереза Майклс - Приют любви

Освободившись от дел, полковник позволил себе снова думать об Элизабет. Он не хотел сосредоточиваться на ничем не обоснованной грубости Андре. Что-то, по-видимому, беспокоило его друга, иначе он никогда не позволил бы себе подобной выходки. Это надо будет обдумать позже, решил Колтер. Опасно полагаться на человека, не зная, что тот может выкинуть в следующий момент.

Пустив лошадь шагом, так как на улице было много народу, Колтер с трудом преодолевал усталость. Ему необходимо было поспать, хотя бы несколько часов, чтобы стряхнуть напряжение, накопившееся за недели, проведенные во вражеском тылу. Подъехав к перекрестку, он вспомнил, что здесь когда-то располагался его любимый седельный магазин, а дальше стояли отель и Ричмондский театр. Пепелище – вот все, что осталось от этих зданий после январского пожара. Закрыв глаза, он ждал, пока мимо проедут фургоны с беженцами, только бы не видеть их измученных лиц. Он не мог припомнить, чтобы в городе было столько народу. Пришлось сдержать коня, пропуская санитарный фургон, направлявшийся к складам вниз по Восьмой улице. После летних боев на самых подступах к городу целый поток раненых и их семей устремился сюда, и постепенно даже частные дома превратились в госпитали.

Колтер направил свою лошадь в небольшую конюшню около гостиницы. Он уже собирался спешиться, когда услышал голос Хьюго.

– Ты нашел ее! – воскликнул Колтер, зная, что в противном случае тот бы не вернулся. Хьюго подъехал к нему, но спешиваться не стал.

– Только что прибыли?

Колтер кивнул, и Хьюго, чувствуя его нетерпение, сразу назвал адрес. Утерев мокрое от дождя лицо, он подъехал ближе.

– Дом принадлежит Эмили Перкинс, вдове. Ее слуга был не слишком разговорчив. Насколько я понял, там никто больше не живет. Миссис Уоринг приехала с неделю назад. – Хьюго замолчал и оглянулся. Он не был уверен, стоит ли продолжать, ведь Колтер поймет, что он слышал почти весь его разговор с прелестной Элизабет.

– Хьюго! – Заметив нерешительность в глазах молодого капитана, Колтер понял, почему тот замолчал. – Все в порядке. Ты, конечно, слышал наш разговор. И мне как-то спокойней оттого, что ты знаешь об Элизабет. Так что...

– Я буду хранить вашу тайну и что-нибудь придумаю на случай, если Брайсу или Андре придет в голову выспрашивать.

– В этом нет необходимости. Они уже сделали свои выводы. – Колтера буквально жег вопрос, вертевшийся у него на языке: – Есть ли с ней ребенок?

– Нет. Мне очень жаль, Колтер. Послушайте, что мы как дураки стоим под дождем? Я не отказался бы от глотка горячего бренди, чтобы выгнать из себя этот проклятый холод.

– Давай, Хьюго. – сказал Колтер, сдерживая лошадь. – Да, чуть было не забыл. – Он вынул пропуск и передал его. – У тебя есть трехдневный отпуск. Не теряй времени и отправляйся получать военные пропуска.

– Я так скучал по Дженни! – воскликнул капитан с подкупающей искренностью. – Не знаю, как и благодарить вас...

– Не надо благодарить. Я сам в долгу перед тобой за то, что ты сделал для меня сегодня.

Хьюго с чувством пожал ему руку.

– Вы сейчас к ней?

– Я должен, – ответил Колтер так же искренне.

Усевшись на край обитого шелком дивана, Элизабет неторопливо потягивала подогретое для нее вино. В маленькой гостиной, отданной в ее полное распоряжение, горел огонь. Она дрожала, несмотря на то что, вернувшись из Ричмонда, переоделась в теплый фланелевый капот. Жаль, что гордость не позволила ей воспользоваться предложенной Эмили коляской. Неожиданно начавшийся дождь испортил ей не только лучшие ботинки, но и настроение. С другой стороны, именно дождь помог ей сбежать от Колтера.

Молодая женщина потерла ноющие виски. Колтер... Что же с ним делать? Какая непростительная глупость, что она сказала ему правду о Николь! Неужели забыла о невероятном упорстве, с каким он добивается своей цели? Сегодняшняя встреча не оставляет надежды, что он изменился.

Ее охватила паника: она упустила шанс поговорить с мистером Мэммингером о работе, и у нее нет денег уехать из города.

А даже если бы и были, куда она может убежать?

Элизабет пристально вгляделась в рубиновую жидкость в бокале и быстро осушила его, моля Бога дать ей силы. Она сможет защитить свою дочь, несмотря на угрозы и притязания Элмы Уоринг, и найдет достойный выход.

Начать надо с того, что выкинуть Колтера из головы. С какой стати он будет беспокоиться о ней? Четыре года он совсем не интересовался ее судьбой. А она, едва увидев его, лишилась покоя. Это извинительно, ведь Колтер когда-то был неотъемлемой частью ее жизни, но надо найти в себе силы, надо справиться с собой.

Ей не с кем было посоветоваться, не на кого опереться. Даже Джеймс, такой слабый и целиком, зависящий от матери, исчез.

Сгустившиеся сумерки соответствовали ее настроению. Элизабет начала заплетать свои длинные волосы, не замечая, что они еще мокрые. Закончив, поднялась и начала беспокойно ходить по выцветшему брюссельскому ковру. Время от времени подходила к окну и смотрела, как сбегают по стеклу капли. У нее не осталось слез. Она выплакала их все, пока убегала от Колтера.

– Почему? – шептала она. – Почему он оставил меня? – Надо было спросить его об этом самой, но она слишком сильно была потрясена встречей.

Элизабет так погрузилась в собственные мысли, что не сразу услышала голос Рут – кухарки, а теперь, когда рабы сбежали, и горничной. Молодая женщина подошла к двери и улыбнулась, слыша смех дочери.

– А вот и мама, – проговорила Рут, спуская с рук маленькую девочку, извивавшуюся всем телом.

Опустившись на колени, Элизабет обняла дочку. Светлые, как мед, колечки обрамляли личико, которое уже начало терять младенческую пухлость и обещало стать красивым. Погрузившись в сладкий детский аромат, Элизабет поклялась себе, что никто и никогда не отнимет у нее Николь.

– Мама, я хорошо себя вела, и Рут дала мне медовый пирог.

– Надеюсь, что хорошо, моя драгоценная. – Глядя поверх головы малышки, Элизабет заметила неодобрение в глазах Рут.

– Не мажьте маслом хлеб, который уже намазан, мисс Бетс.

– Не буду, Рут, – улыбнулась ей Элизабет, восхищенно глядя на ее высокую стройную фигуру и гладкое, как отполированное эбеновое дерево, лицо, по которому нельзя было определить возраст. Она поднялась, держа маленькую ручку Николь в своей. – Еще раз спасибо, Рут. Я знаю, как нелегко тебе приходится: вести дом, да еще ребенок...

– Не волнуйтесь. У мисс Эмили разболелись кости из-за дождей, и потому у меня совсем мало дел. Мне малышка не в тягость. Она ведет себя как настоящая леди. А скоро мистер Джош сделает для нее качели в саду.

– Вы балуете ее.