Ольга Лебедева - Прекрасная Охотница

Диане, однако, показалось, что в голосе купца проскользнула нотка раздражения. Задумка-то, видать, была выгодной, коли Муртазин до сих пор по ней досадует!

— В таком случае не кажется ли вам, господа… — Прекрасная Охотница также сделал паузу, заостряя внимание охотников. — Не кажется ли вам, что без этого господина… Фомина… то есть, пардон, Фролова, наше собрание будет, мягко говоря, неполным?

— Вы хотите сказать, сударыня, недостаточным? — уточнил разом побледневший Меркушин. Кажется, у него были свои счеты с этим таинственным Фроловым. А поручик Звягин бешено сверкнул глазами, выдавая и свою неприязнь к губернскому Вильгельму Теллю. — В таком случае могу вас уверить: Фролов ни в коем случае не явится на турнир. И заявку на членство в нашем Обществе не подаст. Гордыня, изволите ли видеть…

— Благодарю, Константин Апполинарьевич, — кивнула Арбенина. — И все же я призываю вас, господа… Она обвела изящным жестом все собрание. — …содействовать всячески привлечению в наши ряды вышеупомянутого господина.

— Бесполезно, — вздохнул Боглаевский, и Дубинин со Звягиным поддержали его энергичными кивками.

— Что ж, — заметила петербургская дива. — В таком случае я сама желаю побеседовать с этим загадочным господином. И коли вы настолько скептичны в отношении моей затеи, обращусь за помощью к Николаю Яковлевичу. Уж губернатора-то сей Кожаный Чулок должен послушать?

Ответом ей было молчание, по всей видимости, исполненное глубочайших сомнений.

— Ну, вот и славно. — В голосе Прекрасной Охотницы прорезались стальные нотки, хорошо знакомые большинству ее незадачливых кавалеров. — Еду к Скарятину, и весь сказ. Прошу всех присутствовать здесь послезавтра, в тот же час, господа охотники. Надобно обсудить кандидатуры участников испытания стрелков. И, я полагаю, сумею привести сюда и вашего загадочного стрелка. Не будь я Диана Арбенина!

И Прекрасная Охотница с самым решительным видом звучно припечатала узкую ладошку к дубовой столешнице.

4. УГОВОР В СОЛОВЬИНОМ САДУ

Соловей недолго пробовал голос. Устроившись в густых кустах ивняка, невидимый певун очень скоро разразился порцией первых трелей.

Удивительно, думала Катерина, прогуливаясь по аллеям густых рощ, раскинувшихся под самым Кремлем. Вот уже и соловьи запели, и черемуха бурно начинает цвести, затопляя овраги лавинами сладких ароматов. А в сердце ни радости, ни волнения, которое когда-то неизменно пробуждалось бурлящими резвыми ручейками весеннего половодья чувств. Точно она навеки осталась стоять посреди пепелища, над которым тянулись столбы дыма, горького и удушливого, так что при одной лишь мысли об этом у Катерины перехватывало горло.

Поклонник запаздывал. Она назначила ему свидание тут, в черемуховых рощах, где над цветочными клумбами до поздней ночи озабоченно жужжали большие черные шмели. Дольше тянуть уже нельзя, может не успеть. В том, что он будет согласен на все, Катерина не сомневалась ни на мгновение. Она знала эту породу мужчин: скрытные, осторожные, исполненные затаенной силы и власти, высвободить которую способна одна только настоящая страсть — могучая и чаще всего, увы, безответная.

— Прошу простить великодушно за опоздание, Катерина Андреевна, — первым делом приложился к ее пальчикам, затянутым в тонкую лайковую перчатку, Поклонник. — Поистине мне нет и не может быть прощения.

Правда, в глазах мужчины не было и капли раскаяния — только присущее ему осторожное внимание и обходительность. И Катерине показалось, что она на миг углядела в них искорку затаенного торжества. Что ж, немудрено: после стольких дней пренебрежения его вниманием и отказа от подарков она, что называется, поплыла. Точно кисейная барышня, мечтательная институтка. Во всяком случае, так должно было казаться этому сильному, самолюбивому человеку.

— Оставьте свои дежурные пошлости, — искренне посоветовала Катерина. — Вам не за что извиняться: у меня разыгралась мигрень, и я пришла пораньше. Иногда хочется, знаете ли, побыть и в одиночестве, без докучливого внимания иных господ. Разумеется, к вам это…

Она сорвала клейкий листочек тополя, поднесла к лицу, вдыхая горьковатый, пряный аромат весны.

— В таком случае обещаю весь вечер быть нем как рыба, — с готовностью заявил Поклонник. — Единственно, о чем осведомлюсь — чудесная погода, не правда ли, сударыня?

— Вы сегодня что-то неоригинальны, мой друг, — покачала она головой. И свернула на одну из тех глухих аллей, где в это сумеречное время можно было прогуливаться одной в компании мужчины без риска повстречать знакомых.

Поклонник, кажется, воспринял этот женский маневр как приглашение к длительной романтической прогулке с блистательным финалом — назначением интимного свидания. Необходимо было развеять его иллюзии, и чем скорее, тем лучше.

— Я задержу вас ненадолго, сударь, — сухо молвила госпожа Мамаева, с мстительным удовольствием наблюдая, как в глазах Поклонника понемногу гаснет огонек предвкушаемого мужского торжества.

— Вот как? — Он поднял на нее уже потускневший взгляд. — Признаться, Катерина Андреевна, я полагал…

— Вы полагаете, а я располагаю, — презрительно хмыкнула она, нарочно напуская на себя поболе холоду. — Вы что же это, полагали, что я уже сегодня стану вашей любовницей?

Она взглянула на него в упор, но он не отвел глаз. За это ей и глянулся, оттого и выбрала его — откровенность ныне дорогого стоит. А уж в извечной войне мужской решительности и женского кокетства — вдвойне.

— Я жду ответа, — напомнила она спустя несколько минут молчаливой дуэли глаз.

— Признаться, да, сударыня.

— Что — да?

— Полагал именно так, — просто ответил он.

Из уст любого другого мужчины в этом городе Катерина восприняла бы подобные слова как откровенную наглость. Но не таков был Поклонник.

С первого дня знакомства он ясно и безапелляционно дал понять Катерине, чего именно желает от одной из красивейших дам губернского дворянского круга.

— Что ж, по крайней мере, откровенно, — заметила она.

Соловей неподалеку замолк на минуту, прислушиваясь.

— Думаю, ваше горячее желание может осуществиться. Но не сегодня, — усмехнулась она, хотя сердце в ее груди с этой минуты принялось колотиться все быстрее и тревожнее.

Поклонник почтительно наклонил голову. Мужчина понимал: главное, что женщина собирается ему сказать, еще впереди.

— Это будет зависеть исключительно от вас, сударь, — сказала Катерина, кутая плечи в персидскую шаль.

— Я — весь внимание, моя госпожа, — кивнул мужчина. Теперь он казался совершенно спокойным — просто ожидал очередного женского каприза. Сейчас он поплатится за свое легкомыслие!