Кэт Мартин - Остров любви

И, прежде чем девушка успела возразить, Николас Блэкуэлл взял ее за руку и повел в сторону танцующих. Другой рукой он обнял девушку за талию небрежным движением собственника, что показалось и вовсе возмутительным. Но ей ничего не оставалось делать, как подавить в себе волну нарастающего негодования, потому что Николас уже закружил ее в вальсе.

– Вы очень красивы, когда сердитесь, – сказал он, – но все же улыбка идет вам больше!

– Не кажется ли вам, капитан, что можно придумать что-нибудь пооригинальнее?

– Возьмите себя в руки, – продолжал посмеиваться над ней капитан. – Ведь вам вряд ли захочется, чтобы одна из ваших собачонок решила, будто я оскорбил вас. Можно вызвать меня на дуэль и тем самым подписать себе смертный приговор.

Вспомнив слухи о виртуозном обращении капитана с пистолетом, Глори похолодела и невольно отшатнулась от него, но Николас только сильнее прижал ее.

– Возможно, мой отец и считает вас образцом добродетели, но я слышала, что вы – распутник и повеса. Просто не ожидала, что придется так скоро убедиться в этом.

– А я слышал, мисс Саммерфилд, что вас слишком избаловали и испортили, и поэтому нужен мужчина, который сумеет сбить с вас спесь.

Не поддерживай Николас девушку, она, определенно, упала бы. Только так можно было скрыть гнев, от которого ее голубые глаза потемнели.

– Улыбайтесь, – не сдавался Николас. – Не забывайте о своих собачонках.

– Отпустите меня, – прошипела Глори сквозь зубы. – Не понимаю, как отец может быть без ума от вас?

– Мы закончим танец, мисс Саммерфилд, а потом я отведу вас назад к вашим… друзьям.

– Вы – самый презренный…

В первый раз за сегодняшний вечер лицо Николаса Блэкуэлла озарила искренняя улыбка.

–Мне кажется, мы поладим, – сказал он.

Его охватила волна облегчения, такая же долгожданная, как ранний весенний дождик. Николаса потянуло к этой девушке, стоило увидеть, еще сильнее влекло сейчас, когда он держал ее в своих объятиях. Николас знал, чем сильнее привяжется к ней, тем труднее будет расставание. Хотя он и пытался обуздать свои мечтания, перед глазами то и дело мелькал образ стройной блондинки, очутившейся в его постели.

Эта девушка была дочерью Джулиана Саммерфилда, стало быть, мечты Николаса могли осуществиться только в случае женитьбы на ней, а это вовсе не входило в ближайшие планы. Будет лучше, если девушка возненавидит его и будет держаться как можно дальше.

Танец подошел к концу, и Николас отвел Глори на место, вверив ее заботам Эрика Диксона. Щеки девушки пылали от негодования, но вела она себя по-прежнему игриво, значит, прислушалась к его совету. По крайней мере, теперь красавица совсем не похожа на ту бесчувственную кокетку, за которую Николас принял ее раньше.

– Благодарю вас за танец, мисс Саммерфилд, – сказал он не без доли сарказма.

– Мне было очень приятно, капитан Блэкуэлл, – в словах Глори прозвучала та же ирония, что и в его собственных.

Бросив на партнершу оценивающий взгляд, Николас повернулся и направился к стойке, возле которой собрались мужчины.

Где-то в зале слащавым голоском щебетала Лавиния Бонд.

– Господи, Глори, кто этот мужчина? – Мириам Аллстор, лучшая подруга Глори, никак не могла успокоиться. Глория кружилась перед зеркалом в своей комнате и приводила в порядок прическу, слегка растрепавшуюся во время шотландки, на которую ее пригласил Джек Фланаган, один из поклонников.

– Это капитан Блэкуэлл, друг моего отца.

– Боже! Неудивительно, что его считают распутником.

– А еще он – самонадеянный осел, – выпалила Глори, в которой с новой силой начала клокотать злость. – Этот мужчина – не джентльмен, в этом я абсолютно уверена.

– Блэкуэлл что-то предлагал тебе? О Глори, как это интересно! Я, наверное, упала бы в обморок, скажи он мне что-нибудь подобное. – При мысли об этом Мириам подняла свои зеленые глаза к потолку.

– Ничего подобного он не предлагал. И вообще, я совсем его не заинтересовала. Этот мистер Зазнайка считает, что я собираю вокруг себя мужчин только для своего… Не имеет значения, что он там считает. Капитан Блэкуэлл – просто самовлюбленный болван.

– Возможно. Но при этом, привлекательный мужчина, самец, хищник. – Девушка лукаво улыбнулась.

Подруги вышли из комнаты Глори и спустились на лестничную площадку перед танцевальной залой. Мириам тотчас отыскала Николаса Блэкуэлла, который, прислонясь к колонне, беседовал с Лавинией Бонд и другими замужними леди. По выражению лица капитана можно было догадаться, что все это надоело ему до чертиков.

–Лавиния к нему явно неравнодушна, – заметила Мириам.

Глори не удержалась и тоже посмотрела в сторону капитана.

– Обо мне этого сказать нельзя. Надеюсь, она получает удовольствие в его компании.

Наклонившись к Глории, Мириам прошептала ей на ухо:

– Ходят слухи, что вчера рано утром капитана видели выходящим из дома Лавинии. Представляешь?

– Я уверена, что ты ошибаешься! – резко ответила Глори.

– Сама я этого не видела. Но видел Уиллард Дарси, который рассказал Саре Хашим, а та – мне.

– Не стоит обращать внимания на сплетни, Мириам. И потом, отец вряд ли пригласил в свой дом такого аморального человека.

– Но мужчины рассуждают не так, как мы, Глори. Я знаю, как ты наивна, но…

– Мне думается, пора сменить тему разговора. Капитан Блэкуэлл – гость моего отца, – сказала Глори, притворяясь, будто хочет соблюсти все правила приличия. Но внутри девушки все кипело от негодования, когда она видела, как Лавиния наклоняется к капитану, словно специально демонстрируя пышную грудь. – Даже если он и… самец! – Увидев смущение на ангельском личике подруги, Глори с трудом подавила довольный смех. – А сейчас мне пора идти. Я обещала этот танец Марку Уильямсу. Он будет меня искать. – Взмахнув своими пышными юбками, девушка вбежала в залу, оставив Мириам в полнейшем недоумении.

За ужином Глори сидела между капитаном Блэкуэллом и Эриком Диксоном. Николас был увлечен разговором с Алисией Таунсенд, симпатичной вдовой из Гус Крика, последний муж которой дружил с отцом Глори. Алисия – довольно привлекательная, стройная женщина с густыми каштановыми волосами, отличалась умом и умением поддерживать разговор. Неожиданно для себя Глори обнаружила, что напряженно вслушивается в разговор соседей по столу. И хуже всего – была не в восторге, что Николас уделяет этой хорошенькой брюнетке так много внимания.

– Что-нибудь случилось, Глори? – спросил Эрик после того, как слуга унес тарелку супа из крабов, к которому девушка так и не притронулась.

– Что? Нет, Эрик. Я совсем не голодна. – Мягкий, грудной смех вдовы действовал на нервы, вызывая неосознанное беспокойство – а не тщеславие ли заговорило в ней? Неужели можно так расстроиться только из-за того, что какой-то мужчина тебя игнорирует? Так думать о себе не хотелось, но других причин для скверного настроения не было.